Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

- Ну, чо? – говорит один, самый бугаистый, – Извиняться будешь, или как?

А я не знаю, что на меня нашло. Упал я на колени … и давай кулаками об пол стучать! Как на разминке перед рукопашным боем.

- А-а-а!!! – ору истошным голосом, – А-а-а!!!

Вскакиваю с колен, гляжу бешеным взглядом, а эти дембеля с лица малость побледнели и глаза вытаращенные. Я в стойку боевую встаю, благо хоть этому научить успели, ногой в стенку тамбура – хрясь! Чуть связки на ноге не порвал! Ибо не тренированый ещё был как следует. Но, удар как раз на уровне лица этих … пьяных придурков пришёлся. Смачный, такой удар. Гулкий. Впечатляющий.

- Порву! – кричу, – На ремни порежу!

- И что? – спросила я с любопытством.

- Да, в общем-то ничего, – пожал плечами преподаватель, – Кинулись они меня всей шоблой … успокаивать. Повели водкой отпаивать. Пришлось, кстати, хряпнуть с ними стакан за мировую. Пообщались поближе. Неплохие, в целом, ребята оказались …

- Врёте вы всё! – надула я губы.

- Нет, не вру, – задумчиво сказал Кольцов, – А преподаю урок из своей жизненной практики. Вот, скажи мне, почему они меня всей толпой не забили? Хоть и пьяные были?

- Испугались? – предположила я.

- Не меня, – отмахнулся Кольцов, – Будь на моём месте хоть самый-пресамый Брюс Ли или Джеки Чан, если в тесном тамбуре толпой напасть, шансов у них немного будет. А испугались они той репутации, которая про ВДВ по всей стране гремит. Заслуженной, к слову сказать, репутации. Что десантник скорее сдохнет, чем сдастся. Что биться будет не до синяков, а до смерти. Что заберёт с собой на тот свет столько, сколько сможет. Плюс ещё одного. Это всё правда. И они эту правду в моих глазах увидели. И каждый подумал, что связавшись с таким идиотом, как я, именно он может до дому живым не доехать. Понимаешь, к чему я это говорю?

- Н-н-не очень, – призналась я.

- Я говорю это к тому, – раздельно произнёс Роман Викентьевич, – чтобы ты осознала: у нас боевой маг – это то же, что во времена моей юности, десантник. Слава о твоём всемогуществе далеко впереди тебя бежит. Заранее твоих врагов пугает. Но и посрамить эту славу у тебя права нет. Хоть сдохни. Теперь понимаешь?

- Понимаю, – согласилась я, – И постараюсь поддерживать.

- И ещё один вывод из этой истории можно сделать, – небрежно выдал Роман Викентьевич, – Будь непредсказуемым! Ведь эти парни ожидали от меня всего, чего угодно, только не того, что увидели. И растерялись.

- Ага, – согласилась я, – Это с троллями хорошо проходит. Нужно их сперва в ступор ввести. А потом уже можно делать чего хочешь.

- Про харчевню под твоей охраной наслышан, – махнул рукой Кольцов, – И, даже, представь себе, одобряю. Но, это же мелочь. Не загордись, девочка!

- Я постараюсь, – тихо повторила я, подумала ещё немного и спросила, – А что труднее всего в искусстве боевой магии?

- Я думаю, искусство допроса, – почти сразу ответил преподаватель, – Научить ломать головой кирпичи достаточно просто. А научиться так воздействовать на пленного, чтобы он тебе все тайны выдал, это действительно искусство. И не всегда магия в этом деле помощник. И не всегда нужно пленного пугать. И не всегда нужно к пленному применять методы форсированного допроса. Хотя приходится, порой, поступать более чем жестоко. Даже более жестоко, чем средневековая инквизиция. И к этому нужно быть морально готовым. Но, этот вопрос мы с тобой подробно на третьем или четвёртом курсе обсудим.

- Э-э-э … сказала я в замешательстве, – А как вы вообще из внешнего мира в наш мир попали?

- А вот это уже выходит за рамки учебной программы, – холодно ответил Роман Викентьевич, – Поднимайся, отдохнула. Нам ещё упражнения с мечом отрабатывать!

Глава 9

Какие рёбра, таковы и Eвы.

Леонид Либкинд.

- Вставай, лежебока! – сладко зевнула я, поднимая голову с постели и глядя на соседку, спящую непробудным сном. Солнечные лучи били мне прямо в глаза и для меня продолжать спать было совершенно невозможно.

- М-м! – невнятно ответила Алина, поворачиваясь на другой бок.

- Ах, так? – возмутилась я, – Ну, соня, держись! Я, между прочим, предупреждала!

- М-м! – слабо отмахнулась русалка.

Ну, нет! Так не пойдёт! Я вскочила с постели и толкнула русалку в бок.

- М-м! – недовольно буркнула Алина.

Ну, всё! Я, конечно, если вы заметили, девочка терпеливая, но всему же есть предел!

- Хлоп! Хлоп-хлоп! – это я огрела соседку подушкой.

- Ты чего?! С дуба рухнула?! – подскочила с постели русалка.

- Хлоп! – это вместо ответа.

- Ты так, да? – завизжала Алина, хватя свою подушку, – Тогда получи!

Минут через двадцать мы выдохлись и упали на кровать. По комнате носился куриный пух. Котёнок, сидя на шкафу, пытался лапкой ухватить пролетающие пушинки.

- Ну, вот и зарядка! – вздохнула русалка.

- А заодно, тренировка в бое на мечах, – поддакнула я, – Удары почти такие же.

- Так вот почему ты побеждала? – возмутилась русалка, – Не потерплю!

И мы ещё минут десять упоённо колошматили друг друга подушками.

- Фу! – Алина без сил свалилась в кресло, – Опять к завхозу идти?

- Да, – печально согласилась я, осматривая остатки подушек, – Снова клянчить.

- Тогда пошли! – встала русалка, – Не будем откладывать!

- Опять?! – побледнел бедный гном-завхоз, упоённо пересчитывавший какие-то коробки, увидев нас с подушками, – Опять менять?!

- Да! – твёрдо и независимо ответила русалка, – Пока вы не дадите нам по-настоящему хорошие спальные принадлежности, мы будем каждый день приходить к вам и менять эту дрянь!

И русалка с видимым отвращением отбросила комок, ещё недавно носивший гордое имя подушки.

- Да, вам надо деревянные чурбаны выдать, чтобы вы их вместо подушек под голову подкладывали! – завопил несчастный завхоз, – Каждый день! Нет, надо же! Каждый день эти двое меняют у меня подушки!

- Так дали бы сразу крепкие и хорошие, – вкрадчиво предложила Алина, – Не было бы лишних вопросов.

- А то, обижаете бедных студенток! – поддержала я умную мысль, и хитро прищурилась на завхоза,