Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

Элиза осторожно и доверчиво коснулась его пальцев. Вик почувствовал, какая у нее маленькая, тонкая ладонь, и понял, что теперь Лиззи совсем его не боится. От этого стало так спокойно, так легко на душе.

– Ты действительно хороший, – сказала она. – Я так рада, что мы вместе станем учиться в Академии.

– Мы не станем, – качнул головой Вик. – Ты не знаешь? Меня выгнали.

– Это ты не знаешь, – улыбнулась Лиззи, – уже снова приняли! Ты сказал Коре, что не хочешь возвращаться, но она решила: вдруг передумаешь!

– Что?

Вик не верил своим ушам.

Он прекрасно помнил тот разговор с Корой. Она спросила, не хочет ли он вернуться в Академию, а Вик гордо отказался и потом тысячу раз пожалел о своем опрометчивом поступке. Он тогда злился на весь мир, который отвергал мальчишку-бастарда, а сейчас подумал: чтобы его приняли таким, какой он есть, надо сначала доказать, что он чего-то да стоит. Как Кора доказала.

– Смотрю, ты просто кладезь информации, – пробурчал он, не разрешая себе глупой надежды. – Кора сама тебе рассказала?

– Это на обручении произошло. Сначала случился страшный скандал! Кора призналась Рану, что ты ее целовал. Я таких черных глаз у Раннитара еще не видела. Все испугались, что он пойдет тебя убивать. А Кора удержала его за руку и сказала: «Я сама попросила! Сама!»

– Серьезно?

Вик почувствовал, что на его лице расползается глупая и счастливая улыбка. Кора его защищала, подумать только.

– Серьезно. Потом они поговорили, и Кора рассказала, как ты перенес ее в замок Маринер. Сказала, что на самом деле ты не такой уж плохой парень. Что надо дать тебе шанс. Вообще, я подслушивала, так что никому не говори, ладно?

– Ладно.

В душе Вика разгоралась радость. Нет, он понимал, что Кора потеряна для него навсегда, но она не держит на него зла, она его простила.

Лиззи придвинулась к нему ближе, прижалась теплым боком.

– Холодно, – объяснила она. – Жалко, что магия пока не вернулась. Сейчас бы костер разжечь…

– Ага, – согласился Вик.

Что он еще мог сказать.

Огонь… Он так привык к нему за эти годы. Он был уверен, что стихия никогда его не покинет. Пусть иногда огонь жжет, причиняя боль, и порой трудно справиться с гневом, вспыхивающим в одну секунду.

Но он понял, что огонь не только опаляет – он еще умеет согревать. Как сейчас Лиззи отогревала его своим теплом. Как мама в детстве, когда пела ему колыбельную и качала на руках. Строчки песни отчетливо возникли в памяти, и Вик почти услышал мамин голос:

Гори-гори ясно,

Чтобы не погасло.

Чтобы не погасло

Высоко и красно.

Пусть на небе солнце,

Как огонь, вьется,

Так в груди сердце

Пусть всегда бьется.

Согревать слабых,

Позабыв ярость.

Утешать милых

И дарить радость.

Вик почувствовал, как по его венам потек жар. Где-то в районе солнечного сплетения возник клубок красных, желтых и белых нитей, и во все стороны брызнули лучи, прошивая его насквозь. Вик протянул ладонь, и на ней заплясал, забился яркий огонь.

– Я согрею тебя, – сказал он Элизе.

Филин Глитч

Арморн — Сталь вместо заклинаний. Том 1 + Том 2 + Том 3 + Том 4

Том 1й: Точка невозврата. Глава 1: Пробуждение в огне

Последнее, что я помню – запах горелого пластика и боль в груди.

Полигон номер семь, испытания термобарической смеси. Я стоял в полусотне метров от мишени и смотрел в бинокль, как лаборант Коля – мальчишка, только из университета – возится у пульта. Индикатор мигнул красным. Я понял раньше всех: таймер сорвало, до детонации три секунды вместо тридцати. Коля стоял в пяти метрах от заряда.

Я побежал. С больным коленом, с одышкой, в свои сорок пять. Успел вытолкнуть парня за бетонный блок. Сам – не успел.

Вспышка. И темнота, провалом, без перехода.

Потом – другая боль. Тупая, пульсирующая, будто кто-то от души треснул по затылку дубиной. Чужие голоса. Запах гари, но не химической, а деревянной.

Я открыл глаза.

Надо мной висело низкое серое небо в дыму. Я лежал на спине на булыжной мостовой и пытался сообразить, где я. Голова раскалывалась. Во рту привкус крови. Тело казалось чужим – слишком лёгким, слишком молодым.

Я попытался сесть. Руки дрожали – не от страха, от слабости. Тонкие, мальчишеские. Эти руки никогда не держали ничего тяжелее книги.

– Господин! Господин, вы живы?!

Рядом со мной на колени упал какой-то мужик лет пятидесяти. Седая щетина, бельмо на левом глазу, старый шрам через бровь и щёку. Кожаная куртка, на боку короткий меч в деревянных ножнах.

– Господин Арморн! – он схватил меня за плечи и встряхнул. – Очнитесь, именем всех богов!

Арморн.

Имя ударило изнутри, и вместе с ним хлынула чужая память. Не моя – но теперь и моя тоже. Целый мир сложился в голове за пару секунд.

Барон Арморн ди Валье, семнадцать лет. Наследник крошечного баронства Валье на восточной окраине королевства Аркен. Мать умерла три года назад от лихорадки. Отец – месяц назад, кинжалом в спину, от наёмника, которого нанял сосед, граф Маурицио Черро. Земли небогатые, долги огромные, крестьян семь десятков душ – половина едва годится на работу. И вот теперь нас взяли в осаду прямо во дворе замка.

Замок, впрочем, было громко сказано. Скорее, укреплённая усадьба: каменный донжон три на четыре сажени, деревянный частокол, конюшня, кузня, амбар. Сейчас частокол горел в двух местах, и через дыры лезли вооружённые люди.

– Встать, – сказал я. Голос вышел тонкий, незнакомый, но твёрдый.

Мужик с бельмом – Олаф, всплыло из памяти, дядя Олаф, брат матери, бывший наёмник – поднял меня на ноги. Я огляделся.

Во дворе человек десять. Серые куртки, разное оружие. Четверо моих крестьян с вилами и дубинами пятились к донжону. Один уже лежал и не двигался.

– Сколько их? – спросил я Олафа.

– Снаружи ещё человек двадцать, – он сплюнул кровь. – Ворота держат. Пока.

– Пока, – повторил я.

Голова работала странно. С одной стороны – паника, чужое тело, чужой мир. С другой – то самое холодное спокойствие, которое всегда приходит на полигоне, когда что-то идёт не по плану