Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

Граф Жаров выделялся среди них, как горящая лампочка среди потухших. Он кусал нижнюю губу, стараясь не показывать охватившего его эмоционального возбуждения, но это у него выходило из рук вон плохо. Его глаза светились торжеством, а лицо кривила предвкушающая гримаса. Он уже мысленно представлял, как будет снисходительно глядеть на меня, когда я примусь просить у него прощения.

— Проходи, Громов, — между тем разрешил мне Пётр Ильич, махнув рукой. — И быстрее, быстрее. Не отнимай у нас время. Оно, знаешь ли, неумолимо и течёт только вперёд. Ни вбок, ни назад его не повернуть. Ну, это мы ещё на «физике» рассмотрим.

— Извините, но я всё-таки вынужден отнять у вас ещё чуть-чуть времени. У меня есть небольшое объявление, — мрачно проговорил я, подойдя к доске.

— Что у вас, Громов? — скривился Фрост, словно у него зуб заболел.

Жаров же наоборот расцвёл, как ребёнок в ожидании долгожданного подарка. Он даже бросил многозначительный взгляд на сидящих рядом с ним кадетов. А те покивали, дескать, да, сейчас начнётся. Кажется, он уже успел нашептать им, что Громов будет перед ним извиняться.

— Знаете, — обратился я к аудитории, вонзившей в меня десятки взглядов, — я в вашей академии всего несколько часов, но она мне уже безумно нравится. Чудесное место.

— Всё? — спустя пару секунд моего молчания бросил преподаватель и следом фыркнул: — Громов, ты бы мог это сказать и в перерыве.

— Душа требовала сказать это прямо сейчас, — скромно улыбнулся я и двинулся к своему месту.

— Как все⁈ — ошеломлённо выдохнул граф Жаров, будто ему обещали безумно интересный кинофильм на два часа, а он закончился через минуту, да и конца у него была просто ужасной.

— А вы хотели что-то ещё? — насмешливо спросил я, не замедляя своего шага.

Рыжий захлопнул рот и нахмурился, поймав на себе взгляды кадетов. Он поиграл желваками и молча уткнулся в тетрадь, зло схватив ручку, словно хотел сломать её.

А я мысленно довольно потёр руки. Шалость удалась.

— Продолжаем, продолжаем лекцию! — громко сказал Фрост и с неудовольствием посмотрел на солнечные лучи, внезапно залившие доску.

Преподаватель махнул рукой, выпустив бледно-голубую магию. Та вцепилась в шторы и заставила их закрыть окно, перекрыв поток солнечного света.

Фрост удовлетворённо кивнул и продолжил орудовать мелком, покрывая доску затейливыми формулами, попутно объясняя, как их решать. И зачем это стражам?

— Как прошёл разговор с ректором? Он жив? — тихонько спросила Белова, когда я уселся на лавку.

— Пока да, но думаю, это ненадолго.

— Громов, ты же не планируешь его убить? — нахмурилась Огнева.

— Я? Нет. А вот ожирение — да, — усмехнулся я.

— Так зачем он тебя вызывал? Из-за Жарова? — продолжила расспросы любопытная графиня, склонив голову так, чтобы преподаватель не видел, как шевелятся её сочные, чувственные губы. — Жаров, когда вернулся в аудиторию, сиял так, что глазам больно было. Ещё и дружкам что-то своим нашептал, победно улыбаясь.

— Не знаю, почему он себя так вёл. Может, на ком-то отвёл душу? Кошку какую-нибудь пнул и хвастался геройством?

Блондинка недовольно запыхтела, попутно поправив локоны, касающиеся парты. Её явно не устроил мой ироничный ответ.

— Ничего он не расскажет. Это же Громов, — буркнула Огнева и отвернулась.

Белова сокрушённо покачала головой и прекратила задавать мне вопросы.

Вот и хорошо.

Остаток лекции прошёл вполне спокойно. А когда она закончилась, мы все отправились на «историю». И я по пути заметил раздражённые взгляды графа Жарова, которые он бросал на меня, попутно хмуря брови.

Меня искренне позабавило его поведение. А ведь игра только началась… Паренёк ещё не понял, что его ябедничество ничего не дало.

Жаров всю лекцию по истории нервно вертелся на учебной скамье, будто у него резко образовался геморрой. Оно и понятно. Графа сгубил собственный длинный язык, создав такую щекотливую ситуацию. Он же рассказал своим друзьям-товарищам, что Громов будет извиняться, а я и не собирался этого делать. Вот аристократики и начали подтрунивать над Жаровым, обливая его насмешливыми взорами. А тот злился всё больше, даже во время лекции получил пару замечаний от седовласого лектора, что он постоянно крутится, как неусидчивое малое дитя.

А когда занятие подошло к концу, графенок рассерженной пулей выскочил из аудитории. Гор его знает, куда он помчался, но вот все остальные кадеты отправились домой. Учёба на сегодня была окончена.

— Как-то расслабленно они тут учатся, — удивлённо заметила баронесса Огнева, когда мы втроём вышли из аудитории.

— Можно сказать, что нас отправили на каникулы, — приподнято выдала Белова, не забывая улыбаться кадетам, восторженно смотрящим на неё. — Никто не хочет прогуляться сегодня вечером по городу? У нас теперь полно свободного времени.

Обе девицы посмотрели на меня. А я проронил:

— У меня не получится. Надо много всего успеть сделать.

— Жаль, — огорчилась графиня и следом спросила: — А где ты остановился?

— Да так… В «Божественном замке», — скупо произнёс я, будто говорил о каком-то бараке.

— Ого! — удивлённо взметнула брови мулатка.

— Думаешь, слишком мелко для меня? Надо было сразу в императорский дворец заезжать?

— А ты бы мог туда заехать? — вроде бы весело спросила Белова, но в её бездонных голубых глазах застыло напряжение. Может, я и правда сын императора?

Однако ответ на её вопрос девушке не суждено было услышать. Внезапно к нам деловито подошла женщина из числа местных сотрудниц.

— Добрый день, молодые люди, вы же из Стражграда? — спросила она и после наших кивков продолжила: — Ректор принял решение, что с завтрашнего дня вам надлежит приходить в академию в ваших прежних кителях, которые вы носили в родной академии. Или же закажите себе форму, похожую на ту, что носят здесь. Хорошего дня.

Она ушла, виляя бёдрами.

— Кто-то уже успел нажаловаться на вас, — усмехнулся я, пройдясь многозначительным взглядом по их платьям, резко выделяющимся на фоне однотипной формы девушек-кадетов.

— Ничего страшного, — пожала плечами мулатка, продолжив путь.

— Сборище доносчиц и завистниц, — в противовес ей зло прошипела Белова, одарив парочку девиц рассерженным взглядом. Те аж отшатнулись и наверняка бы перекрестились, если бы были христианками.

А я отреагировал на известие так же, как Огнева. Оно меня совсем не зацепило. Мне плевать, в чём приходить на учёбу. Могу и голым прийти. Я же Локки.

Но пока мы покинули академию и вышли за ворота. Там Белову подхватил автомобиль с гербами её рода, а Огнева уехала на люксовом такси. И ни одна не предложила мне поехать с ней. Удивительно даже. Неужто они заключили какое-то соглашение? Что-то вроде перемирия. Чудеса прям какие-то.

Потрясённо покрутив головой, я поймал такси и