Фантастика 2026-81 - Максим Шаравин

— Интересно, — сказал я, отводя взгляд от него к звездному небу. — Но я не тороплюсь. У меня есть время, чтобы подумать о твоем предложении.

— Как хочешь, — ответил Мухаммед с улыбкой. — Я не тороплюсь. Я буду ждать тебя здесь, в тени. Но не трать слишком много времени, ибо я легко найду работу у султана Адаля.

Он растворился в темноте, словно призрак, и я остался один перед раскинувшейся передо мной паутиной звезд.

Но я понял, что имею дело с сильным и хитрым противником. Но я не боялся. Ибо владел силой духов. Но я также знал, что в этом мире не всегда достаточно быть сильным. Иногда нужно быть и более хитрым, чем твои оппоненты. И посему я решил использовать предложение Мухаммеда в своих целях. Я не знал, что ждет меня в будущем, но я был готов к любым испытаниям.

Подошел к грубо сколоченному деревянному столу, на котором лежала небольшая коллекция предметов, собранных за время моих странствий по побережью. Среди потрепанных книг, старых карт и разнообразных безделушек лежала бутылка вина, обернутая в пыльный холст. Ее привез с собой один из моих зомби, бывший берберский торговец, попавший под мою власть не так давно.

С нескрываемым интересом я рассмотрел бутылку. Стекло было темным, словно отражало звездное небо. На нем четко просматривалось клеймо венецианских гильдий — знак качества, который являлся гарантией превосходного вкуса для крепкого напитка.

Я взял бутылку в руки и с удовольствием почувствовал ее тяжесть. Я давно не пробовал вина, да и пробовал ли вообще? И сейчас мне так хотелось расслабиться, отключить мозг и просто насладиться вкусом напитка. Ловко откупорил бутылку с вином и сделал пару жадных глотков. Но вкус, который я ожидал почувствовать, оказался совершенно не таким, как я представлял. Во рту осталась лишь кислость и ни капли градуса, словно я пил компот.

— Проклятье… — прошептал я, грустно вздыхая. — Даже напиться нельзя. Воистину проклятье какое-то и ни разу не дар. — угрюмо сетовал на жизнь, не в силах с этим хоть что-то поделать, да и надо ли делать, тот ещё вопрос, однако.

Недовольно отложил бутылку подальше. Вино было бесполезным. Но это не значило, что я не могу наслаждаться красотой этой ночи. Звезды продолжали мерцать на небе, отражаясь в гладкой поверхности моря. Ветер доносил до меня запах соленой воды и дерева. Напитав силой приказ, повелеваю духу воды сделать шум моря более приятным и убаюкивающим, так и задремал на причале свежепостроенного порта. Шум воды успокаивал, а приятный ветерок дарил столь желанную прохладу.

Шаманизм и ничего лишнего ну или почти

«Кто долго ищет, тот теряет самого себя»

Ницше

* * *

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багряные тона. Ну а я размышлял о возможности создать нечто новое, величественное, отражающее мою собственную сущность. Моя рука скользнула по камню в центре дворца. Я чувствовал в нем силу, могущество, которое не поддается времени. Мои мысли обращались к стихиям, к огню и земле, которые стали моими верными спутниками.

В обмен на небольшую плату, на символические подношения духам огня и земли, я попросил их о помощи. Я попросил их подарить мне огонь и лаву, чтобы создать в сердце дворца место, где я мог бы обрести покой и гармонию.

Духи согласились. Они почувствовали во мне силу, потенциал, который они сами желали разбудить. И вот, под их покровительством, в центре двора стал расти небольшой вулкан. Извергался он не пеплом, а лавой, которая стекала вниз, формируя озеро, где плавали огненные острова. В центре озера я создал водопад, струи магмы, падающие вниз, создавали невообразимо красивое зрелище.

В этом месте и в этом «эфемерном» аду я чувствовал себя как дома. Огонь и земля давали мне силу, энергию, успокаивали мой разум и дарили столь желанный покой. Вблизи лавы я чувствовал себя в безопасности, словно в нежных объятиях матери. Огонь давал мне пьянящее чувство свободы, позволял забыть о земных заботах и погрузиться в мир безграничных возможностей.

Спокойно пройдя по огненным островкам, что образовывали тропку до центра озера лавы, я сел в позу лотоса и начал медитировать. Вдохновение, что я получил от духов, было настолько сильным, что я ощущал, как внутри меня зарождается новая сила.

Я сосредоточился на потоке энергии, что исходил от озера лавы. Ведь это был не просто огонь, это была сама суть той энергии, её первозданная форма, источник жизни и разрушения. Я вбирал эту энергию в себя, чувствуя, как она проникает в каждую клетку моего тела, как она заполняет меня, как она превращается в магию, что я контролировал.

Дворец будто вздохнул, ощущая приток новой энергии. Каждая колонна, каждая арка, каждый элемент дворца был пропитан магией. Духи, что служили мне, были в экстазе. Их песни, ранее тихие и еле слышимые, превратились в мощный хор, что эхом разносился по всему полису.

Я чувствовал, как мое тело становится всё более и более устойчивым, как моя душа приобретает новую твердость, как мой разум становится все более острым. Был в гармонии с огнем и стал частью этой стихии и ее выражением. Я медитировал, вбирая в себя мощь огня, познавая его секреты, чувствуя, как он меняет меня изнутри и открывает что-то доселе спавшее. В этом огне я видел не только разрушение, но и свое своеобразное созидание, видел не только хаос, но и порядок, ощущал не только смерть, но и саму жизнь.

Фокусируя всю свою ману в одной точке, я смотрел на лавовый водопад. Горячий воздух, пропитанный запахом серы, обжигал кожу, но я не чувствовал боли. Моя концентрация была абсолютной. Вся моя энергия слилась в единый поток, направленный на открытие Врат Призыва.

Я представлял себе символ истинного огня, символ, являющийся ключом к призыву. С каждым ударом сердца поток маны усиливался, символ на моей груди светился ярче. И вот, в воздухе перед водопадом, возникло мерцающее круговое свечение, медленно расширяясь и становясь более четким.

Из Врат, образовавшихся в центре свечения, с грацией короля выступил человекоподобный ифрит. Его кожа была цвета раскаленного металла, глаза — два яростных пламени. На его плечах красовались огромные крылья, отливающие золотом и раскалённой добела лавой.

Он взглянул на меня, его губы, тонкие и острые, расплылись в хитрой усмешке.

Какая-то пара секунд, и «обжигающий» образ ифрита преобразился. Он стал более