Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

частью гораздо более широкой игры. Не обязательно сегодня. Не обязательно по его прямому приказу. Просто мир больших домов так устроен: любое личное слово рядом с троном немедленно обрастает политическими костями.

— Вы предлагаете нам стать ширмой?

— Нет. Я предупреждаю, что вас ею сделают вне вашего желания.

— Кто?

— Да все, кому будет выгодно. — Он пожал плечами и повернулся к нему полностью. — Вы получили благословение Войны, маркиз. Запомните: война не всегда приходит с армиями. Иногда она приходит в виде брачного предложения. И победа — это не всегда трупы врагов на поле боя. Иногда это всего одна маленькая девочка, взятая под крыло.

Когда Ардор вернулся в зелёный салон, Альда и Лиара уже находились там. Помещение, расположенное в боковой части дворца, было достаточно близко к празднику, чтобы не выглядеть бегством, и достаточно далеко, чтобы можно говорить без лишних ушей. Высокие окна выходили в маленький внутренний сад, лампы горели мягко, на столе стояли вода, фрукты и блюда, к которым никто за вечер толком не притронулся.

Лиара сидела у окна, Альда стояла рядом с камином, хотя огонь в Марсане в такую погоду был скорее символом уюта, чем необходимостью.

— Логрис знал, — сказал Ардор.

Альда кивнула, словно другого и не ожидала.

— Конечно.

— Но не приказывал.

— Это тоже понятно.

Лиара повернулась к ним.

— Она действительно сама?

— Думаю, да, — ответил Ардор.

От этого Лиаре, кажется, стало одновременно легче и тяжелее.

В комнате повисло молчание. Не злое. Просто наполненное тем, что невозможно решить за один вечер. Сегодня они дали клятвы, боги благословили их дом и сегодня сотни людей поздравляли их именно как троих. И сегодня же в этот дом постучалась возможно четвёртая — не случайная, не удобная и не слабая. Принцесса, за которой стояли Шардал, Логрис, будущие войны, будущие союзы и её собственная попытка остаться человеком.

Альда подошла к столу и налила фруктовой воды в три бокала.

— Мы не решаем это сейчас? — сказала она.

— Нет, — согласился Ардор.

Лиара взяла бокал обеими руками.

— Я боюсь.

— Я заметил.

Она посмотрела на него без раздражения.

— Не её даже. Не только её. А того, как быстро всё может измениться. Утром я едва стояла в храме, днём пыталась не сбиться на поклонах, вечером стала женой, а через несколько часов принцесса просит оставить ей место. У меня ощущение, будто жизнь несётся быстрее, чем я успеваю понять, кто я в ней.

Альда села рядом с ней.

— Это ощущение никогда не пройдёт полностью. Просто ты научишься держаться на ногах при большей скорости.

Ардор прислонился плечом к стене.

— Есть ещё один слой. Логрис предупредил, что дело Таргор-Увира может стать бо́льшим. Если глубинные отряды использовались не только там, ему понадобится отвлечение. Наша свадьба и Эльга — удобная тема.

Альда помрачнела.

— Значит, слухи полезут быстро.

— Уже начались, — сказала Лиара.

Они посмотрели на неё, и та пожала плечами.

— Пока вы говорили с Логрисом, ко мне подошли две дамы. Очень милые. Одна сказала, что принцесса Эльга сегодня особенно прекрасна. Вторая спросила, не утомил ли меня столь насыщенный день. Обе смотрели так, будто уже примеряли на меня траурное платье при живом браке.

— Бляди. — Произнесла Альда, сжав веер так, что тот рассыпался в труху.

Ардор подумал, что госпожа Тарина, услышь она такое, окончательно ушла бы в монастырь. Или, напротив, решила бы, что воспитание Лиары ещё можно спасти на фоне старших примеров.

— И что ты ответила? — спросил он.

Лиара чуть улыбнулась.

— Что принцесса действительно прекрасна, а день не утомил меня настолько, чтобы перестать отличать сочувствие от желания влезть ногами в дела Короны, и получить законные последствия в виде утреннего посещения палача.

Альда посмотрела на неё с неподдельной гордостью.

— Неплохо.

— Я потом почти упала за колонной.

— Это уже детали. — Отмахнулась она.

Ардор подошёл и сел напротив. Впервые за весь день он почувствовал усталость не телом, а чем-то глубже. Храм, гости, король, Эльга, разговоры, благословение, скрытые угрозы, проблемный маркизат — всё это наслаивалось одно на другое, и где-то внутри росло желание просто закрыть двери, снять с себя все знаки, форму, титулы, остаться с ними двумя и хотя бы несколько часов не быть маркизом, владельцем земель, отцом-командиром и человеком со знаком Бога Войны на плече.

Просто мужем.

Слово всё ещё было непривычным, но уже не таким отстранённым.

— Сегодня больше никакой политики, — сказал он.

Альда подняла бровь, а Лиара поставила бокал и вдруг посмотрела на них очень серьёзно.

— А если однажды мы всё же скажем ей да?

Этот вопрос был честнее, чем молчаливое избегание. И больнее.

Альда не отвернулась. Ардор тоже.

— Тогда это должно быть наше решение, — сказала Альда. — Не Логриса. Не двора. Не слухов. Не страха войны. Наше. И только после того, как мы поймём, что она просит не убежище от одной клетки, чтобы попасть в другую.

Лиара медленно кивнула.

— Я не хочу ненавидеть её только потому, что испугалась.

— Это было бы слишком просто, — сказал Ардор.

— С некоторых пор я стала очень любить простое.

— Я тоже. Но нам его редко выдают.