Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

— Откуда мне было знать, что ты настолько благороден, что готов помочь даже едва знакомой вампирше? Извини, но я вышла из другой среды. Там подобных принцев не водилось, — Белладонна так перенервничала, что ей внезапно стало совершенно всё равно — эмоции в ней будто отключились, даровав спасительную пустоту. Она отошла, подняла с пола свою сумку и вытащила из неё чёрный конверт, после чего протянула его Рикарду. — Моя последняя просьба: передай, пожалуйста, это письмо Марселю.

Сумрачно глянув на неё, он вырвал из пальцев конверт и вышел из спальни. Совсем скоро его тяжёлые шаги оборвались за хлопком двери, и Белладонна осталась одна.

7 глава: (вторая часть — письмо)

Здравствуй, Марсель. Раз ты получил это письмо, значит, я уже спрыгнула с моста и лечу в реку с большой высоты, не зная, разобьюсь, утону или выплыву. Мы с тобой связаны одним канатом. Но у тебя есть несколько часов, чтобы решить: разорвать эту связь или последовать за мной в неизвестность.

Однако прежде чем примешь решение, ты должен узнать правду, которую я тебе не рассказывала по ряду причин. Среди них, разумеется, на первом месте стоял эгоизм — я отчаянно нуждалась в близком существе в том ужасном месте. Вампире, рядом с которым я могла бы на миг расслабиться и почувствовать себя в безопасности.

Звучит утопически в рамках клана Лафайет, не правда ли?..

Вот и я так думала долгие первые двадцать шесть лет вампирской жизни. А потом появился ты. И я сразу поняла, что ты никогда не ударишь мне в спину. Только тебе я могла довериться. Поэтому смею надеяться, что ты сможешь понять и принять природу моего эгоизма.

На самом деле, оставлять тебя в неведении было на руку нам обоим.

Если бы я раскрыла тайну твоего рождения, скорее всего, ты сорвался и натворил бы глупостей в тот же день. Само собой разумеется, мне приятнее прикрываться желанием защитить тебя, а не страхом снова остаться одной. Но ты же знаешь, я всегда думаю в первую очередь о себе, а потом о других. И даже сейчас рассказываю правду в письме, а не лично. Всё по той же причине. Боюсь увидеть разочарование в твоих глазах.

Это так низко, беречь собственные чувства в подобных обстоятельствах… Как ты меня терпишь, братец?..

Вероятнее всего, после того как дочитаешь это письмо до конца, ты больше не захочешь меня видеть. Может, даже возненавидишь. Я бы могла написать красивые и полные достоинства слова:

«Если ты не сможешь меня простить, я тебя пойму. И с пониманием приму любое твоё решение, даже если ты захочешь разорвать со мной все связи. Я тут же уйду из твоей жизни и больше никогда не попадусь тебе на глаза».

Но это всё будет ложью. Поскольку на самом деле я не хочу тебя потерять. Ты — моя единственная семья, от которой я никогда не откажусь. Поэтому, даже если ты меня возненавидишь, сделаю всё, чтобы заслужить твоё прощение. Не имеет значения, сколько потребуется сил и времени. При необходимости я готова стать самой наглой и приставучей сестрой на свете, которая будет преследовать тебя до конца жизни.

Прости, что так долго оттягиваю суть письма. Ты наверняка уже злишься, но я почти сто лет хранила это втайне. Сложно с ходу раскрыть такой важный секрет.

Суть в том, что ты, Марсель, не должен был переродиться вампиром.

Знаешь ведь, даже у аристократии есть строгая очередь: один вампир на ветвь раз в пятьдесят лет, и не больше трёх новорождённых на клан в сто лет. Но ты сумел влезть в список без очереди, так как тебя никто не планировал обращать — тебя пытались убить.

Я не знаю всех подробностей, потому как была юна и из поместья мне не позволяли выходить. В тот период за мной особенно зорко следили из-за моей провинности. А единственным источником информации являлись слухи. Посему не могу ручаться за достоверность информации.

Всё началось за год до твоего появления в поместье. Умер один из наших кузенов — не отличающийся богатым интеллектом или хорошими манерами сын Дарика. Все судачили, что его убил обычный, пусть и одарённый магическим талантом, человек. И как ты, наверное, уже догадался, этим человеком был ты. Ты сжёг Марселя при помощи артефакта. Убил из мести. Но за кого именно мстил, я не знаю.

Да-да, всё верно, тебя в последующем назвали