Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Второй противник оказался моложе почти втрое. Юноша рубил быстро, полагаясь на силу и молодость, но старый лорд пережил слишком много, чтобы соревноваться в скорости. Он принял удар на щит, шагнул внутрь, лишая противника пространства для нового замаха, и коротким уколом под мышку нашел щель в латах.

Юноша рухнул, захлебываясь собственной кровью.

Третий успел ударить сверху. Сталь с оглушительным звоном скользнула по шлему Эйвора, заставив того на мгновение пошатнуться. Мир перед глазами поплыл, но руки продолжали работать сами. Щит ударил рыцаря в лицо, ломая нос, а следом меч рассек горло в месте, где горжет неплотно прилегал к шее.

Кровь брызнула на поседевшую бороду Фрея, вокруг него уже кипела рукопашная.

Фрейевские латники дрались с каким-то почти упрямым ожесточением. Они не собирались отступать ни на шаг, потому что рядом с ними бился их собственный лорд.

Он строил их дороги, он вытаскивал их семьи из голода, он хоронил их павших.

Теперь настала их очередь закрыть его собой. Каждый раз, когда западникам казалось, что они вот-вот прорвут строй, навстречу им вставали новые щиты.

Каждый раз, когда падал один фрейевец, его место занимал другой.

Никто не отходил, никто не оглядывался назад.

Они были тем оружием, которое Эйвор ковал десятилетиями — не в кузнице, а мирной жизнью, справедливым судом, сытыми зимами и исполненными обещаниями.

Западники дрались за приказ.

Фрейи дрались за человека.

Сам же Эйвор, несмотря на возраст, продолжал двигаться вперед. Адреналин заглушал боль в пояснице, старые раны молчали, а тело будто вспоминало молодость. Позже он еще долго будет проклинать себя за эту безрассудную ярость, несколько дней не сможет толком разогнуться, но сейчас старый лорд был подобен разъяренному кабану, которого невозможно остановить.

Он не искал поединков, он просто шел туда, где становилось тяжелее всего.

И всякий раз строй выпрямлялся вслед за ним.

**

К полудню давление трех армий начало сказываться, воинство Леффорда постепенно сжималось.

Позади оставалось все меньше суши, все чаще люди дрались уже по колено в воде.

Лучники теряли возможность вести огонь, кавалерия почти перестала существовать.

Рыцари, сброшенные с коней, продолжали бой пешими. Многие предпочитали погибнуть с мечом в руках, чем просить пощады.

Когда солнце стало склоняться к закату, сопротивление превратилось в отдельные очаги.

Одни западники бросались в Божье Око, надеясь переплыть огромное озеро, большинство погибало.

Тяжелые доспехи быстро утягивали их на дно, других настигали стрелы.

Третьих добивали уже среди камышей, вода у берега окрасилась в густой темно-красный цвет. Именно тогда родилось название, которое позже переживет всех участников битвы - Рыбья Кормежка.

**

Победа осталась за «черными», но никто не праздновал.

На поле осталось лежать несколько десятков тысяч человек.

Северяне потеряли свыше двух третей своего войска. Из пяти атак Зимних Волков каждая стоила им сотен жизней.

Однако ни разу они не обратились в бегство.

Даже бывалые речные лорды потом признавались, что никогда прежде не видели людей, которые настолько спокойно принимали собственную смерть.

Сам Родерик Дастин позже скажет лишь одну фразу:

- Они получили то, за чем пришли.

А Эйвор, объезжая поле после боя, не чувствовал радости победителя. Он лишь молча смотрел на тысячи тел, устилавших берега Божьего Ока. Еще одна армия исчезла. Еще одно королевство потеряло своих сыновей.

Победа была достигнута именно так, как он и опасался: безупречно с военной точки зрения — и чудовищно с человеческой.

Берег озера превратился в огромное кладбище. Между камышами плавали тела людей и лошадей, выброшенные на мель щиты и обломки копий. Вода, еще утром прозрачная, приобрела бурый оттенок. Местами она была настолько густо покрыта мертвецами, что казалось, по ней можно пройти пешком.

Недаром пережившие эту бойню солдаты дали ей другое имя.

Рыбья Кормежка.

Армия Западных земель перестала существовать.

Тысячи рыцарей, оруженосцев, латников и лучников остались лежать у Божьего Ока. Лишь немногие сумели скрыться в лесах, но организованной силы Ланнистеров больше не было.

Однако победители заплатили за нее страшную цену.

Фрейи и Маллистеры потеряли около двух тысяч человек. Из Зимних Волков, пришедших с Родериком Дастином на юг искать достойную смерть, осталось не более двух тысяч воинов. Почти две трети северян навсегда остались на берегах озера.

Речные Земли пострадали еще сильнее.

После бесконечной череды сражений от их собственных знамен осталось около шести тысяч человек. Погибли многие лорды, наследники, рыцари и опытные сержанты — люди, которых невозможно заменить одним новым набором крестьян.

Когда вечером собрался военный совет, спорить почти не пришлось.

Все понимали одно и то же.

Собрать новую большую армию Речные Земли уже не могли.

Даже победив, они оказались истощены до предела.

Поэтому было принято единственно разумное решение.

Основные силы расходились.

Северяне, Фрейи и Маллистеры забирали своих раненых, погибших, обозы и добычу и отходили к переправам через Красный Зубец и к Эворхоллу. Остальным предстояло перейти к малой войне — разрушать переправы, нападать на обозы, уничтожать разведчиков, не позволяя врагу навязать новое генеральное сражение.

Это уже была не война армий.

Это становилась война на истощение.

Эйвор не возражал.

Напротив, именно к этому он и стремился с самого начала. Война была выиграна не тогда, когда уничтожили западную армию. Она была выиграна тогда, когда у «зеленых» осталась лишь одна крупная полевая армия — войско Штормовых Земель. С запада больше никто уже не придет.

Оставался Эймонд.

Оставался Вхагар.

И пока самый старый дракон мира был жив, никто из присутствующих не позволил себе назвать эту войну оконченной.

***

Когда вести о гибели лорда Джейсона Ланнистера и полном уничтожении западной армии у Божьего Ока достигли Железных островов, Далтон Грейджой окончательно перестал сдерживать своих людей.

До этого Красный Кракен действовал расчетливо. Он наносил удары по побережью, сжигал отдельные гавани, захватывал торговые суда и небольшие замки, испытывая оборону Западных земель. Теперь же препятствий почти не осталось.

Вся военная сила Ланнистеров погибла далеко на востоке.

Далтон решил, что настал час великой жатвы.

Сотни длинных кораблей один за другим покидали гавани Железных островов. Они расходились небольшими эскадрами, чтобы одновременно ударить по всему западному побережью. Каждый капитан знал лишь одно — брать все, что можно унести, и сжигать то, что невозможно увезти.

Западные Земли погрузились в хаос.

Главной целью Красного Кракена стал Ланниспорт.

После гибели Джейсона Ланнистера леди Джоанна Ланнистер сумела быстро понять положение своего дома. Она не пыталась удерживать город. Все имеющиеся