Умереть или выжить - Виктория Рогозина

Все обернулись. Возле одной из коек стояла девушка, словно сошедшая с рекламного постера спорт-корпорации будущего. Светлые, почти серебристые волосы падали ей до бедер шелковым водопадом. Фигура стройная, живая, будто в каждой линии скрыт ритм тренировок. Черный топ подчеркивал упругость плеч, леггинсы сидели идеально, как будто их надевали специально для выступления. Но в ее лице было что-то мягкое, человечное — спокойная решимость, не поза.

Она поправила выбившуюся прядь и вздохнула:

— Я… кажется, заполняла какую-то заявку. Месяц назад. Это был какой-то проект по выживанию или что-то похожее… не думала, что это всерьез. А вчера — точно помню — тренировалась в зале, делала спринты… потом резко стало плохо, и… — Она огляделась. — И вот я здесь.

Слова повисли в воздухе, не встречая возражений. Тут было слишком много необъяснимого, чтобы спорить. Девушка сделала шаг вперед, выпрямилась, как будто собиралась вести тренировку, и сказала:

— Раз уж мы тут… давайте хотя бы познакомимся. Я Рената.

Паша поначалу молчал, переминаясь с ноги на ногу. Потом шумно выдохнул и буркнул:

— Ладно. Паша.

Он отвел взгляд, будто имя — это уже слишком личное для такого места. Кто-то в углу снова застонал. Лера поймала себя на мысли: они еще даже не поняли, где находятся, а уже начинают собираться в стаю. И возможно, это единственное, что даст им шанс.

К ним лениво подошёл ещё один парень, будто не проснулся, а соизволил материализоваться. Он двигался с тем самым расслабленным высокомерием, которое свойственно людям, привыкшим жить на диванных облаках привилегий. Лера сразу подумала: мажор. Определение липло к нему, как наклейка на чемодан.

У него были светлые, почти пепельно-серебристые волосы, взъерошенные так аккуратно, что становилось ясно — это не «просто так встал». Высокие скулы, холодноватые серые глаза, которые смотрели сверху вниз даже при одинаковом росте. Пухлый, дорогой капюшон под металлическим оттенком куртки, перетянутые шнурки тяжелых ботинок, идеально сидящие брюки. Весь образ кричал о том, что он привык быть центром любой комнаты.

Он коротко кивнул, будто раздаривает автографы:

— Данил.

Паша что-то фыркнул, но промолчал. Данил же сразу скользнул взглядом по Ренате и тут же задержал его — слишком долго, слишком оценивающе.

— Ты… слишком перекачанная, — выдал он с ленивой ухмылкой.

Рената моргнула, затем вскинула голову:

— Я фитнес-блогер и спортивная модель, если что.

— М-м, — протянул Данил, — трата времени и прожигание жизни. Люди, которые вечно качаются… пытка какая-то. Личной жизни нет? Так устроим.

— Без тебя разберусь, что делать с моей жизнью, — отрезала Рената.

— Ага, как же. Бабы вечно фигнёй страдают.

— А чем ты таким важным занимаешься? — заинтересовалась девушка. — Вдруг приобщусь

— Бизнес кручу и кайфую от жизни, — Даня сделал неприличный жест бёдрами, намекая как именно он развлекается. Рената поморщилась. Осадок от мажорчика был неприятен и разговор с ним не хотелось продолжать, однако он и сам потерял к блогерше интерес.

Данил перевёл взгляд на Леру. Игла сарказма в глазах блеснула ярче.

— А ты чего молчишь? Немая?

Лера чуть дёрнула уголком губ — не в улыбке, а скорее в раздражении, заглушенном воспитанием. Она открыла рот, но не успела ответить. Взгляд Данила по какой-то причине сместился выше. Точнее — за её плечо.

— Вы чё, вместе? — спросил он так же ядовито, будто собирался этим вопросом уколоть сразу двоих.

Слова едва отзвучали, как позади Леры раздалось ледяное, без капли эмоций:

— Не демонстрируй свою глупость.

Данил моргнул, будто его на секунду сбили с внутреннего пьедестала. Рената тихонько хихикнула — негромко, но с явным удовольствием.

— А тебя как зовут? — спросила она, повернув голову.

Тишина была короткой, но плотной, словно даже воздух предпочёл не отсвечивать.

— Макс, — холодно прозвучало за спиной Леры.

И это имя будто впилось в пространство так же уверенно, как он сам.

— Лера, — наконец произнесла она, чуть мягче, чем собиралась. Имя прозвучало не для всех, а скорее для Ренаты — та одна из немногих не резала пространство токсичностью. Рената кивнула, будто принимая её в свой круг.

И тут с соседней кровати раздался ленивый вздох. Девушка, до этого неподвижная, потянулась так грациозно, будто позировала невидимой камере. Длинные тёмные волосы скользнули по плечам и рассыпались по подушке. На ней было короткое золотое платье, блестящее и откровенное, с открытой спиной. Каждый её жест был медленным, уверенным, будто она всё ещё на подиуме клуба, где музыка вибрировала под кожей.

Она села, стрельнула глазами по комнате и протянула голосом, который был чересчур милым для всей этой мрачной обстановки:

— Господи, какие вы шумные… я же вчера в клубе пропадала, дайте хоть прийти в себя…

Она поднялась — высокая, с плавной линией бедер, и двинулась к ним так, будто пол под ней сам расстилался. Улыбка — тёплая, но слишком уверенная. Взгляд — оценивающий, знающий себе цену.

Данил тут же приподнял подбородок:

— А тебя как зовут, цыпочка?

Она повернулась к нему, чуть приподняв уголок губ. В этом было снисхождение, как будто он попросил её автограф, а она решала, стоит ли пачкать ручку.

— Ты не мой уровень, — сладко протянула она. — Но ладно… так и быть… Даша.

Данил фыркнул, но глаз не отвёл. Даша вздохнула, будто ей пришлось потратить на них слишком много внимания за один раз:

— И да… никаких заявок я не заполняла. На подобную чушь точно не подписывалась.

Она скользнула взглядом по Лере — не враждебно, но с подозрением, как кошка изучает незнакомого гостя.

— А вот ты… — она наклонила голову. — Какая-то странная. Слишком тихая. Слишком… собранная. Ты точно что-то знаешь.

Лера нахмурилась. Холодным узлом внутри скрутилась злость — не к Даше, а к самой ситуации. Она здесь случайно. Как и все. Ну… почти.

Паша, как всегда, рванул с места в карьер:

— И че нам делать? — он дернул плечом, словно пытаясь сбросить неприятное чувство. — Как тут вообще с этими куклами выживать?

Рената скривилась, будто от кислого. Грубость Паши явно была для нее как песок на зубах. Данила лениво оглядел комнату, провел пальцами по подбородку.

— Для начала надо бы осмотреться. Понять, где мы вообще. Стены не расскажут.

— И разделяться не стоит, — заметила Даша, накинув волосы за спину. — Это всегда заканчивается плохо. Видела я хорроры.

Паша хмыкнул:

— Давайте вниз. Осмотрим здание от и до. Что полезное найдем — тащим сюда. По складам кто-то из вас точно шарится, — он широким жестом показал на всех и кого-то конкретного одновременно.

Никто не возразил. Даже Макс за спиной Леры не произнес ни слова, но его тишина была