Экзобарон. Том 2 - Михаил Ежов

— Прос-стите, мой барон, но могу я узнать, для чего?

— Пришло время войти в рифт.

— Мой повелитель, это безумие! — воскликнул Садко, впервые потеряв самообладание. Если такое понятие применимо к ИскИнам. — Никто не возвращалс-ся оттуда! И ничто — тоже!

— Мне это известно. Неси скафандр.

— Я в отчаянии, мой барон! Ес-сть ли с-спос-соб отговорить вас-с?

— Ни малейшего. И обеспечь полное экранирование этой части берега. Я не хочу, чтобы у кого-то оставался хоть малейший шанс увидеть то, что будет здесь происходить.

— Повелитель, я отправлюсь с вами! — воскликнул Иолай. — Что бы ни ждало вас в этом болоте, мой долг — разделить вашу участь! Кстати, любопытный факт: граф Оливье, соратник знаменитого Роланда, погиб во время схватки с сарацинами, не пожелав спастись и разделив печальную участь своего…

— Это исключено! — поспешно перебил я. — Ты останешься здесь. Возьму только штурмовую винтовку. И боеприпас. И нет, даже не думай спорить.

Спустя полчаса я был в скафандре, предназначенном для исследования геологических объектов в экстремальных условиях. В ранце и подсумках находилось всё необходимое. Имелся также резервуар с кислородом. В скафандр был даже встроен полевой автолазарет. Но я надеялся, что он не понадобится. Впрочем, кто знает. Я ведь понятия не имел, чем кончится для меня моё путешествие. Мог, и правда, не вернуться. Но это вряд ли. Если кайдзю проходят сквозь рифт, то и я должен.

— Экраны активированы? — спросил я.

— С-с того момента, как вы велели дос-ставить с-скафандр, барон, — отозвался Садко.

Закинув винтовку на плечо, я направился к краю кипящего жидкого газа.

— Что мне делать, ес-сли вы не вернётес-сь, повелитель? — спросил вдогонку ИскИн.

— Ждать, — ответил я, не оборачиваясь. — И надеяться.

Через минуту мои ноги в специальных ботинках, бывших частью скафандра, коснулись зелёного газа, и я начал постепенно погружаться в рифт.

Поначалу было мелковато. Идти пришлось метров десять прежде, чем болото скрыло меня до пояса. Дальше дело пошло быстрее.

Когда я погрузился с головой, за стеклом шлема поначалу не было видно ничего, кроме бурлящего жидкого газа. Вокруг царила тишина. Температура снаружи не менялась. Я будто двигался в густом тумане.

Не знаю, сколько именно я шёл прежде, чем понял, что вижу, как завихрения хронида складываются в определённые узоры. Чем дальше я продвигался, тем более определённый вид они приобретали. И вот, наконец, стало ясно, что передо мной находится нечто вроде воронки. Внутри неё мелькали короткие зелёные молнии, вокруг которых мерцали вкрапления крошечных звёзд.

Через десяток шагов я почувствовал лёгкое покалывание — будто к моей коже под скафандром прикасались тысячи крошечных иголок. Ощущение не было болезненным и очень быстро прошло. Однако я успел почувствовать некое влияние, которое испытали при этом встроенные в мой ДНК паттерны, составлявшие геном кайдзю. Меня как будто просканировали.

И пропустили.

Едва я это подумал, как зелёный туман передо мной рассеялся. Резко, буквально в один миг.

Повертев головой, я понял, что нахожусь посреди подобия каменного бассейна, вырубленного в полу гигантской пещеры. Он был заполнен зелёным газом, из которого я «вынырнул» и в котором теперь стоял примерно по пояс.

Неимоверно высокий потолок был покрыт шевелящимся люминесцентным слоем, который и освещал то, что предстало моему взору.

А посмотреть было, на что!

Бассейн, в который из гигантских потрескавшихся резервуаров стекал хронид, был окружён… городом!

Я двинулся через бассейн и вскоре почувствовал, что дно поднимается. А через минуту уже вышел на каменный бордюр.

Город казался заброшенным. Трудно было представить, чтобы кто-то обитал в этом царстве тишины.

— Садко! — позвал я. — Ты меня слышишь?

Ответом была лишь гнетущая тишина. Значит, сюда сигнал не проходит. Скорее всего, и отсюда — тоже.

Я двинулся по городу, разглядывая всё, что попадалось на глаза.

Своды, похожие на перевёрнутые купола хрустальных озёр, колонны из полупрозрачного минерала, широкие проспекты, выложенные плитами из мерцающего камня, уходили в холодный сумрак, теряясь среди исполинских строений с изогнутыми фасадами. Здания напоминали то гигантские раковины морских чудовищ, то сплетения кристаллических деревьев. Их окна — овальные проёмы без стёкол — смотрели в никуда, будто пустые глазницы.

Через некоторое время я увидел башню, похожую на спиральный кристалл. Её грани отражали тусклый свет, струившийся с потолка циклопической пещеры, создавая иллюзию движения — казалось, будто она медленно вращается. Я понял, что это обман зрения, когда приблизился к ней.

У подножия лежали обломки скульптур: высокие изящные фигуры с тонкими конечностями, жуткими лицами и глазами, похожими на многогранные алмазы, были разбиты и покрыты слоем пыли.

Всё говорило о том, что я нахожусь в очень древнем городе, покинутом существами, чьи следы давным-давно стёрло время.

Попадались причудливые машины, похожие на аппараты для прокладки тоннелей, но их формы были стёрты временем и коррозией. Когда я прикоснулся к одной из них, часть её немедленно превратилась в труху и осыпалась мне под ноги.

Вблизи было заметно, что здания и мостовые покрыты трещинами, сквозь которые проглядывал только шевелящийся светящийся мох, из-за чего казалось, будто город светится изнутри. Ещё одна иллюзия.

Всё, что я видел, молчаливо свидетельствовало о былом величии. И не менее великом забвении.

Не было похоже, чтобы здесь произошла какая-то катастрофа. Ни тел, ни особых разрушений я не заметил. Должно быть, город покинули. Очень и очень давно.

Интересно, почему. И где он находится — тоже было бы недурно понять.

Словно в ответ на мой невысказанный вопрос, из-за здания в двадцати метрах справа показалась бледная голова мирминоида. Насекомое шевелило длинными усиками, ощупывая пространство вокруг себя. А затем застыло, уставившись на меня множеством чёрных глаз, отражавших бледный свет пещеры. Спустя пару секунд из-за мирминоида появился ещё один, а следом — третий.

Город и пещера находились на Авроре! Судя по всему, пройдя через рифт, я