Выживание - Mark Reverse

— А тебе-то откуда знать? — усмехнулся Сергей. — Лично присутствовал?

— Я — Марк Соколов.

— Аха-ха! Блять, ты — Марк Соколов? Да он старик давно, кому ты втираешь?

Я простонал и пробил лицо фейспалмом. Эту ситуацию я в жизни переживал уже не в первый раз.

— Марк Соколов — внук того самого. Меня назвали в честь деда. Точка.

— А докажи?

— Делать мне больше нечего, да?

— Правда, внук? — неожиданно встрял Григорий, до этого молча ковырявшийся в костре. — И тоже в инженеры пошел?

— Да… — вздохнул я. — Дед настоял, когда наконец нашел меня в банде сирот-оборванцев — Я поднял палец, пародируя суровый дедовский голос: — «Династии инженеров нужен продолжатель, бу-бу-бу».

Григорий медленно пережёвывал жёсткое мясо, его взгляд, тяжёлый и неотрывный, был прикован ко мне.

— Династии… — произнёс он тихо, больше для себя. — Интересный психологический конструкт. Ожидания, переданные как эстафета. Могут стать каркасом личности… или её прокрустовым ложем.

Он отложил еду и тщательно вытер руки.

— Я десять лет описывал последствия. Последствия аварий, катастроф, фатальных ошибок в расчётах. Часто — гениальных расчётов.

Голос его был ровным, бесстрастным, как диктовка протокола. Он замолк на секунду, его взгляд упёрся в пламя, но видел, очевидно, что-то иное.

— «Мост Прогресса». Ты должен помнить, Марк, по учебникам. Аура красоты и мощи. Я месяц собирал фрагменты тел с опор номер три и пять. Среди обломков нашёл игрушечного медвежонка в синем комбинезончике. Занёс его в опись как «объект ТК-114, небиологическое происхождение». Видишь обугленные останки чуда, и понимаешь: амбиция — это тоже форма энергии. Неуправляемая, она сжигает всё на пути. Включая того, кто её породил.

Он посмотрел прямо на меня, и в его глазах не было осуждения — лишь холодная констатация факта. В его словах прозвучала не просьба, а предупреждение коллеги-специалиста. Он брал меня на карандаш.

Закончив с едой, товарищи один за другим отползли на импровизированные лежанки из мха — мягкие, прохладные и удивительно удобные.

Мое место дежурного было рядом с лежанкой деда Максима. Свою винтовку он никому не доверял, даже во сне, поэтому в случае тревоги главную огневую мощь следовало будить немедленно.

Усевшись поудобнее у уже привычного костерка, я погрузился в рутину. Для успокоения расшатанных нервов решил пополнить «Бестиарий». Материала за день накопилось предостаточно.

Нечисть из бункера я решил обозвать «Бледный крикун», за буквально белую кожу и неистовый визг, хотелось обозначить так же их слепую натуру, но звучного названия не выходило.

Описание гласило: «Гуманоиды ростом около 2 метров. Слепы, компенсируют отсутствие зрения, предположительно, развитым слухом и обонянием. Гипертрофированная мускулатура плеч и рук. Способны к быстрому передвижению как на двух ногах, так и (значительно резвее) на четвереньках. Населяют техногенный бункер. Происхождение неясно: мутировавшие аборигены, дегенераты-потомки строителей или вторичные захватчики? Ведут стайный образ жизни, в группе наблюдались особи, значительно превосходящие сородичей размерами и агрессивностью (условно «Альфы»)»

В заметке про крикунов я решил использовать новый подход, и не проверенную информацию подчеркивать карандашом так как в дальнейшем мои теории могут не оправдаться.

«Слабости: Черепа достаточно хрупкие, после повреждения черепа перестают подавать признаки жизни.»

Честно хотелось добавить строчку про слабость к громким звукам, что для подобных существ должно быть правдой, но уж больно быстро оклемалась тварь, прокусившая мне плечо. Когда вновь полезем в этот проклятый бункер, стоит проверить. А я был уверен, что полезем, там наверняка скрыто много интересного, да и для нас может быть отличная база после полной зачистки от неприятеля.

С крысюком все обстояло проще, обозвал банально — «Пещерные крысы». Описание гласило: «Крупное существо, длина тела около 1 м, высота в холке — 40 см. Стайное. Населяет влажные, мшистые пещеры с водными источниками. Всеядно (строение зубов и содержимое желудка). Одна взрослая особь дает до 5 кг съедобного, нежирного мяса. Анатомия в целом аналогична земным грызунам, но с аномалиями: сердце смещено в нижнюю часть грудной полости, почти к диафрагме. Легкое одно, подковообразной формы, частично охватывает желудок. На лапах — по два основных пальца и один противопоставленный, все — с крепкими, втяжными когтями кошачьего типа. Хвост длинный, голый, с ороговевшим утолщением на конце (возможно, ударное оружие или балансир)»

Закрыв блокнот, я откинулся на спину, глядя в темноту над головой, где таинственно мерцали неизученные светлячки. Огонь потрескивал, вода в дедовой кружке потихоньку закипала, издавая успокаивающее шипение. Романтика.

Тишина подземного мира была обманчивой. Присмотревшись к сводам, я заметил, что не все зеленые огоньки неподвижны. Часть из них медленно дрейфовала в темноте, словно живые угольки, подхваченные невидимым течением. Светился не только мох — светилось что-то еще. Насекомые? Колонии микроорганизмов? Рассмотреть поближе возможности не было — подвижные огни держались на почтительной высоте, не спускаясь в нашу, человеческую, зону обитания. Мысль зацепилась за эту загадку и потянула за собой другие: а что в озере? Есть ли там рыба? Какая экосистема скрывается в этой вечной темноте, помимо гигантских крыс и светящегося мха?

Мои размышления о местной экологии грубо прервал звук, от которого я вздрогнул, — дед Максим резко и громко захрапел, словно запуская под каменным сводом старый дизельный двигатель. На секунду сердце ёкнуло от иррационального страха. Ладно. Вернемся к реальности. На повестке у ночного дежурного — мох, кипячение воды и… чудеса местной геологии в кармане.

Сняв с тлеющих углей дымящуюся кружку, я аккуратно подлил в нее уже остывшей кипяченой воды, чтобы не поплавить пластик бутылки, и перелил драгоценную жидкость. Поставив свежую порцию и подкинув в огонь подсохшего торфа, я наконец выудил из потайного кармана рюкзака заветный свёрток.

Развернув вощеную бумагу, я снова увидел его. Кроваво-алый камень. В полумраке его внутреннее сияние казалось приглушенным, ритм мерцания — более медленным, ленивым. Или это мне просто мерещилось после дня, полного адреналина?

Глава 10. Разбор находок

Но было кое-что новое. Если присмотреться на просвет, внутри камня виднелись темные, неправильной формы вкрапления. И они двигались. Чтобы убедиться, я осторожно потряс кристалл в ладони. Да, определенно. Темные «островки» медленно плыли в яркой красной массе, как капли масла в густом сиропе.

Вот это уже интересно. Вероятно, это какая-то смола, органический полимер, который внутри затвердевшей оболочки сохраняет жидкое, текучее состояние. Испортить один образец не страшно — я знал, где взять еще. Жаль, не набрал больше. Что ж, работаем с тем, что есть.

Для вскрытия я решил использовать трофейный нож. Инструмент,