Легенды старого города - Юрий Бровченко

лёг в руку. Это была сложенная пополам фотография с двумя изображёнными на ней людьми. Первым был сам Тибеев. На ней он выглядел моложе, но костюм с тех пор не изменился. Вторым человеком являлась красивая девушка. Она была чуть ниже своего парня и имела растрёпанные чёрные волосы, что ничуть не делало её менее привлекательной. Тибеев прекрасно помнил ту девушку. Единственный человек, к которому он ходил, заранее приведя себя в порядок, надев приличную одежду и обрызгавшись одеколоном. В те времена он не был одним из Охотников, но «работа» его не особо отличалась – такая же опасная и омерзительная. Но девушка, изображённая на фото, делала его жизнь ярче. Благодаря ей, он смог вырваться из того проклятого круга, в котором жил раньше. Но…

На припаркованные машины падали белые снежинки. Ветер стих, и они плавно ложились на землю. До Нового года оставались последние часы. Тибеев прекрасно помнил, как весь день ни разу не присел, приводя своё холостяцкое жильё в приличную квартиру. За один день он сумел не только убраться в комнатах, но и нарядить ёлку, украсить квартиру гирляндами и дождиком, закупиться хлопушками и фейерверками, раскрасить окна и подготовить стол. Каждое из блюд в тот день Тибеев делал своими руками. Такое количество салатов, гарниров и закусок, заполнявших стол, он не видел ни до, ни после того дня. Разумеется, не всё вышло идеальным, а торт пришлось готовить три раза, чтобы его можно было есть. К вечеру Тибеев чувствовал себя выжатым, словно лимон, но это ничуть не уменьшало его радости. Маленький стеклянный гномик аккуратно лежал в коробочке с красивой обёрткой, дожидаясь своего часа. Пусть этот подарок не особо полезный, но Тибеев знал, что ей он понравится. Это был первый Новый год, который он должен был встретить вдвоём со своей девушкой…

Но вместо неё в дверь позвонил незнакомый мужчина. Что происходило дальше, Тибеев помнил смутно. В памяти только сохранились разбитый вдребезги гном и лежащий на полу человек, постепенно рассыпающийся прахом. Мерзкие воспоминания из прошлого лезли в голову, и избавиться от них не было никакой возможности. Стукнули стрелки на часах, но праздничная атмосфера уже покинула дом. В ту ночь к Тибееву больше никто не пришёл.

В последний раз он увидел её только через три дня. Но девушку уже нельзя было назвать человеком.

Возможно, та новогодняя ночь была последней, когда Тибеев чувствовал себя счастливым – когда ощущал себя живым. С того вечера он вступил в ряды Охотников. Они сами пришли к нему в квартиру. Теперь, каждый раз выходя на улицу или задание, Тибеев продолжал надевать костюм и приводить себя в порядок. Он не знал, когда они вновь встретятся, но верил в одно: их последняя встреча станет такой же восхитительной и переломной, как первая.

– Что за фотография?

Тибеев успел вовремя заметить приближение кладовщика и, аккуратно проведя пальцем по любимому лицу, убрал листок обратно.

– Личное, – как всегда сухо ответил Тибеев.

Долгоправов горестно вздохнул:

– Вот так всегда с тобой. Ладно, держи, – он протянул сумку с собранным добром Охотнику.

Тибеев принял её, не проверяя. Он был уверен, что ответственный за подготовку Охотников положил всё необходимое. Но вместо слов благодарности из его уст вылетел вопрос:

– И где моя жертва?

– С минуту на минуту должны позвонить, – пробубнил Долгоправов, доставая мобильник. – На след уже вышли, осталось только найти убежище.

– Прекрасно.

***

– Мам, мам, опять ты ходишь!

– Да, сейчас.

– Пап, пап, ты снова слишком долго думаешь!

– Да, да, уже хожу.

Игра в уно была в самом разгаре, но удовольствия она доставляла мало. Родители сидели как на иголках, то и дело отвлекаясь на самый незначительный шорох. Из-за постоянных отвлечений и замираний девочке вечно приходилось возвращать их к игре. С каждой секундой ей становилось всё скучнее и скучнее.

В тот самый момент, когда она уже готова была обидеться, в дверь позвонили. Отец с матерью резко вздрогнули и с ужасом переглянулись.

– Мам, пап, кто это? – спросила девочка, но в ответ родители только приложили пальцы к губам. Маша хоть и не знала, что происходит, но замолчала.

Отец осторожно вышел в коридор, стараясь не издать ни звука. За ним, прикрывая дверь, вышла жена.

– Открывайте, хватит тянуть время!

Мужчина подошёл к двери и глянул в глазок. На лестничной площадке стоял человек в полицейской форме. Ни муж, ни жена раньше его не видели. Однако по лёгкому подёргиванию и вольности, которые говорили, что полицейскому явно было не в радость торчать в незнакомом доме полвторого ночи, можно было с уверенностью сказать, что перед ними самый обычный человек.

– Народ! – раздался новый звонок. – Я же знаю, что вы в квартире. Ваш топот только глухой бы не услышал.

Муж пододвинулся, уступая место жене. Дождавшись, пока она увидит, кто стоит за дверью, вопросительно кивнул. Нервно сглотнув, женщина кивнула в ответ. Она отошла от двери, но всё равно оставалась рядом. В коридоре загорелся свет, и, попытавшись сделать невыспанное лицо, муж выглянул из квартиры.

– Что вы звоните в такой поздний час? Я понимаю, что вы блюстители закона, но совесть иметь надо? – с лёгким зевком пробурчал мужчина, поправляя мятую футболку.

– Что вы сказали? – угрожающе проговорил полицейский.

– Ой, простите, простите, случайно с языка сорвалось, – быстро залепетал мужчина. Ответ гостя ясно показывал, что их догадка верна. – Так по какому поводу в столь поздний час?

– Ай, чёрт с тобой, – махнул рукой полицейский. Своей небрежностью он лишь окончательно убедил жильцов, что перед ними обычный человек. – Лейтенант Мишустин, – гражданин в форме показал своё удостоверение. – Извините за столь поздний визит. Дело в том, что за вашим домом произошла кража. Ваши окна выходят как раз к тому месту и живете вы невысоко – на третьем этаже, – поэтому к вам вопрос: вы ничего не слышали около получаса назад?

– Полчаса назад я спал, как все нормальные люди.

Мишустин кивнул и, достав телефон, задал второй вопрос:

– А этого человека вы знали? Гаврила Степанович Макаров, жертва.

Мужчина поглядел в экран. На нём была фотография улыбающегося старика. Лёгкая седина, короткая бородка – все черты человека оставались незнакомы. Да и как они могли быть знакомы человеку, предпочитающему бодрствовать в то время, когда все спят.

– Нет, не знаю.

– Вот как, – вздохнул полицейский, – тогда, счастливой ночи. Если что-нибудь вспомните или ещё услышите, позвоните по этому номеру.

Мишустин протянул мужчине бумажку с номером телефона. Хозяин дома с секунду помедлил – в нём ещё сохранилось лёгкое недоверие. Однако отказ выглядел