Кастелламмарская война - Наиль Эдуардович Выборнов

Ну а потом… Буду ждать хода Маранцано, мяч на его стороне, если говорить спортивными терминами. Остается только надеяться, что он не станет затягивать с этим ходом.

Я завел машину и тронулся с места. Все, кое-какие идеи есть, так что теперь остается только работать.

Интермеццо 2

Один из охранников Гаэтано Рейны припарковал машину возле высокого здания из серого камня. Здесь находилось агентство по недвижимости, а на самом деле офис Сальваторе Маранцано — одного из сильнейших мафиозных боссов Нью-Йорка.

Рейна и сам был боссом, и предпочел бы союз равных, но понимал, что этого не выйдет. И ему придется не просто выступить в качестве просителя, а присягнуть на верность как боссу всех боссов. Но делать было нечего, ситуация оборачивалась совсем плохо.

Охранник открыл заднюю дверь и Рейна вышел из машины. Его правая рука висела на перевязи под пальто, в нее вчера влетело несколько дробинок. Доктор наложил швы, забинтовал. Болело, конечно, но терпимо. Главное — это то, что он был жив.

Гаэтано двинулся в сторону входа в здание, возле которого стояли двое мужчин в темных костюмах — охрана. Его узнали, кивнули. Один открыл дверь.

— Дон Сальваторе ждет наверху, — сказал он.

Рейне пришлось подняться на лифте. В коридоре его встретил еще один охранник, обыскал, проверил на наличие оружия. Рейна не возражал, это обычная процедура, да и всех, кто к нему приходил, тоже обыскивали.

Охранник открыл дверь в офис и пропустил его внутрь. Рейна заметил, что с последнего раза, как он посетил его, здесь кое-что изменилось — появились новые картины. Итальянские пейзажи, виды Сицилии. Маранцано явно ностальгировал по старой родине.

Сам он сидел за столом, а перед ним лежала открытая книга. Как всегда, в любую свободную минуту, он читал.

Маранцано поднял взгляд, увидел Рейну, закрыл книгу. Встал из-за стола и сделал шаг в его сторону.

— Гаэтано, — сказал он негромко. — Ты пришел.

Рейна подошел ближе, остановился и с уважением в голосе проговорил:

— Дон Сальваторе. Вы, наверное, уже знаете, что случилось. Я обдумал ваше предложение и решил согласиться.

— Вижу, что случилось, — сказал Маранцано, задержав взгляд на раненой руке. — Садись, расскажешь.

Рейна сел в кресло, Маранцано тоже сел за стол, сложил руки перед собой.

— Что случилось? — спросил он.

— Покушение, — ответил Рейна. — Вчера ночью, двое убийц — Вито Дженовезе и Джо Пинцоло. Массерия послал их меня убить.

— Перестрелка в Бронксе? — спросил Маранцано.

— Да, — кивнул Гаэтано.

— Я слышал по радио. Четыре тела. Значит, двое из них — это они, раз ты жив?

— Да, — подтвердил Рейна. — Вито и Пинцоло мертвы, двое моих людей тоже погибли. Но я жив.

— Как так вышло? — спросил Маранцано. — Если они напали вдвоем, а у тебя было только двое охранников?

Рейна помолчал секунду, будто раздумывая, стоит ли говорить правду. А потом сказал:

— Меня предупредили заранее. Я подготовил засаду.

Маранцано прищурился и спросил:

— Кто тебя предупредил?

Рейна посмотрел ему в глаза.

— Чарльз Лучано, — ответил он.

Маранцано замер. Несколько секунд смотрел на Рейну молча. Потом откинулся на спинку кресла.

— Лучано, — повторил он задумчиво. — Тот самый Лучано, до которого я так упрямо пытался добраться. Снова он.

— Да, — кивнул Рейна. — Он самый.

Маранцано постучал пальцами по столу и попросил:

— Расскажи подробнее.

Рейна выдохнул, начал рассказывать.

— Он позвонил мне два дня назад. Сказал, что Массерия ему приказал убить меня, а он передал задание Вито Дженовезе. Предложил встретиться тайно, обсудить. Я согласился.

— И?

— Мы встретились на складе, ночью. Одни, без охраны — я сам настоял на этом. Он предупредил меня о том, что ему выдали заказ. Сказал, что подписал на это дело Дженовезе. А потом предложил устроить засаду.

Маранцано слушал внимательно, не перебивая. Рейна рассказывал дальше.

— Он сказал, что хочет союза. Сказал, что война вот-вот начнется, и, чтобы выжить, нам надо действовать вместе. Против Массерии.

— И ты согласился?

Рейна помолчал немного. Все-таки союз с Лучано — это не то, чего хотел Сэл. К тому же он не знал толком ничего о договоре с Маранцано, хоть Чарли и обмолвился об этом.

— Сначала я не поверил ему, думал, что это ловушка, — признался он. — Но он приехал один, как и обещал, отдал оружие. А вчера он действительно спас мне жизнь. Ночью, после перестрелки, он появился снова. Помог уйти от полиции, отвез к доктору.

— Он приехал лично? — уточнил Маранцано.

— Да, — подтвердил Рейна. — И собственноручно убил Вито Дженовезе. Двойным выстрелом в голову. А потом помог мне добраться до врача.

Маранцано задумался.

— Значит, он не просто предупредил тебя, — сказал он медленно. — Он участвовал в засаде, убил человека Массерии. Своего собственного солдата.

— Да, — кивнул Рейна. — Он перешел черту. Теперь пути назад у него нет. Если Массерия узнает — он мертвец.

Маранцано встал из-за стола, подошел к окну, посмотрел на улицу, помолчал несколько секунд. Потом повернулся к Рейне.

— Гаэтано, — сказал он. — Ты пришел сюда не просто рассказать мне об этом. Ты пришел присягнуть мне. Официально перейти на мою сторону. Так?

Рейна встал, кивнул.

— Да, дон Сальваторе, — сказал он. — Я пришел присягнуть вам. Официально.

Маранцано подошел к нему, встал с ним лицом к лицу.

— Ты понимаешь, что это значит? — спросил Маранцано. — Что тебе придется поддержать меня в войне, и отсидеться уже не получится. И что тебе придется отдавать мне долю.

— Понимаю, — ответил Рейна твердо. — Массерия уже пытался убить меня. Он не остановится. Война началась, хочу я этого или нет, — он вдруг усмехнулся. — И я должен был стать первой жертвой в этой войне.

Маранцано кивнул медленно.

— Тогда присягни мне, Гаэтано.

Рейна опустился на одно колено, как того требовала традиция. Поцеловал руку Маранцано.

— Я, Гаэтано Рейна, босс Семьи Рейна, — сказал он торжественно. — Присягаю вам, дон Сальваторе Маранцано, как боссу всех боссов. Обещаю служить вам верой и правдой, подчиняться вашим приказам, защищать вашу честь и вашу жизнь. До самой смерти.

Маранцано положил руку ему на плечо.

—