Любовь, горькая и сладкая - К. Ф. Шредер

– А я говорю тебе еще раз, – как можно любезнее сказал Люсьен, подражая интонациям матери, – что тебе пора, мама.

Она тяжело вздохнула.

– Не хотела бы я причинять тебе боль. Вам обоим, – сказала Амалия, повернувшись к Зоре. – Ты ведьма, ведь я права? У тебя особенный взгляд, каким ведьмы часто гордятся. Ты уже видела, кто нас ждет снаружи?

Зора действительно видела. Наряду со множеством телохранителей мотыльки обнаружили мага с эмблемой «Горящей лилии», он уже ждал у порога. Какого черта?! Маги синдиката были могущественными, это Зора усвоила еще в городе Крепостная Стена. Она могла защититься – и останавливала только одна мысль: как ей вступить в схватку, не причинив вреда посетителям ресторана, веселящимся всего двумя этажами ниже?

– Говори. Что там? – скомандовал Люсьен.

– Она привела телохранителей, – объяснила Зора. – Самое меньшее дюжину, и они вооружены. А на входе ждет условного знака маг из «Горящей лилии».

– Только один? – спросила Амалия, с вызовом поднимая бровь. – Присмотрись получше, ведьмочка.

Проклятье. Неужели их больше?

– Я мог бы и догадаться, – пробормотал Люсьен.

Амалия решительно помотала головой:

– Сын, дошло наконец? Но все равно ты меня понял неправильно! «Горящая лилия» хочет установить тотальный контроль, которому подчинитесь ты, правительство – да просто все государство! Зачем, по-твоему, я здесь? Для того, чтобы защитить тебя от них!

Но Люсьен ее не слушал. Он поднял свинку и прижал ее к груди.

– Мама, верю, что ты действительно ни перед чем не остановишься. Но и я тоже. Представь, я больше не ручной! Не пойду с тобой и твоими новыми друзьями из «Горящей лилии», стоит только пальчиком поманить. Если понадобится, я расчищу себе дорогу на выход огнем.

– Не выставляй себя на посмешище, Люсьен! – воскликнула Амалия. – Я знаю, что у тебя хватит мощи устроить представление, но сперва ты должен научиться контролировать свои силы. Иначе ты только навредишь себе.

– Что, поспорим? – спросил он и прогнулся в спине.

Сначала Зора подумала, что Люсьен сейчас испепелит собственную мать. Но потом он повернулся к Зоре. В его глазах горел огонь, который она уже так много дней не видела. Ярость и отчаяние, страсть и воля, желание показать себя смешались в горячую лаву, готовую перекинуться и на Зору. Ее магия инстинктивно среагировала на Люсьена. Покалывающей волной она пробежала по рукам и ногам Зоры и полилась свободно. Невидимые токи, скользнувшие к Люсьену, искали его огня и нашли. Двумя широкими шагами он оказался рядом с Зорой, вложил свинку ей в руки. Потом взял ее за руку, вспыхнувшую от его прикосновения.

– Мы сможем, – прошептал он – и Зора ему доверилась.

– Что вы задумали? – воскликнула Амалия.

Зора закрыла глаза, канализировала огонь Люсьена и превратила его в мощный воздушный поток, который направила на Амалию и одновременно на единственное окно комнаты. Мать Люсьена взвизгнула, когда ее сбило с ног. Одновременно оконное стекло разлетелось на миллион осколков.

– Давай! – крикнула Зора.

Вместе они ринулись к окну и прыгнули. Зора прижимала к себе свинку, а Люсьен обнял ее сзади. Магический огонь разлился по ее коже, она ощутила, как сильно прижимает ее к себе Люсьен. Его кожа превратилась в чешую, пальцы стали когтями, телом он прикрывал ее как щитом. Оно увеличивалось на глазах. Становилось все больше, еще и еще.

Желудок Зоры перевернулся, когда он выпустил ее из объятий, потеряла равновесие и упала бы, если бы Люсьен не поймал ее когтистыми лапами. Секунда – и он взмыл в воздух. Свинка взволнованно хрюкала. Зора слышала крики где-то внизу и видела через мотыльков, как охранники наперебой кричали, а некоторые посетители ресторана бросились наружу, чтобы увидеть, что там вызвало такой переполох. Один из телохранителей поднял пистолет, но второй крикнул:

– Не стрелять!

Внезапно ударила встречная волна света и ветра. Но Зора играючи блокировала эту магическую атаку. От могучего рыка Люсьена задрожала земля, и даже от отзвука эха по спине Зоры пробежали мурашки. Пропуская огонь Люсьена через себя, она чувствовала себя невероятно могущественной. Его магия пульсировала в их телах, как будто они были половинками единого целого. Когда они действовали сообща, то чувствовали мощный приток силы.

Чувство, словно ничто и никто не мог стать им поперек дороги.

Внизу бегали маги «Горящей лилии» и телохранители Амалии, а Люсьен взлетал все выше и выше, пока его хвост не скрылся в облаках.

9

Негодяй должен знать, что я его погибель

Кари

Равномерное сопение наполняло пространство. Но Кари не могла заснуть. Она лежала с открытыми глазами на продавленном матраце и вслушивалась в себя, пытаясь разбередить пустоту в груди и восполнить пробелы в воспоминаниях. Благодаря защитному колдовству Зоры теперь она отчетливо понимала, какие куски воспоминаний были грубо вырезаны из ее сознания. Знание об утрате, которую без магии не постичь, да и не представить, не давало ей заснуть. Наэль. Она беззвучно формировала губами имя. Наэль. Наэль. Наэль. Должно быть, он много значил для нее. Видимо, был ее надеждой.

Она попыталась нарисовать в воображении его образ. Мужской вариант Зоры: рост выше костяной ведьмы, наверное, широкоплечий, однако с таким же свободолюбивым смехом, с бирюзовыми кудрями и прямым взглядом миндалевидных глаз. Голубых или глубокого синего цвета бушующего моря? Печальных глаз человека, готового сдаться на волю судьбы. Глаза у Наэля были такими, пока Кари не подарила ему, со слов Зоры, надежду. Изменился ли из-за нее цвет его глаз? Они стали зелеными или желтыми?

Что-то в этом нафантазированном образе не соответствовало ее ощущениям. Какой-то неправильный получился парень. С другой стороны, откуда Кари знать, каким он был в реальности? Она пыталась составить фоторобот человека, которого забыла.

Перебирая в воображении разные цвета глаз Наэля, она услышала где-то далеко крики.

Харуо тотчас вскочил.

– Что это? – шепотом спросил он и был на ногах прежде, чем Кари удалось погасить в воображении широкую улыбку Наэля. Она поднялась и последовала за Харуо в смежную комнату. Они стояли рядом у окна и смотрели наружу. Сегодня ночь казалась еще темнее, чем обычно.

– Тени, – пробормотала она.

Едва она произнесла это слово вслух, как увидела колышущуюся черноту, стекающую по крышам от рынка клана Когтей в центре квартала, поглощающую весь свет на своем пути. Она знала эту тьму, однажды уже сталкивалась с теневой магией – две недели назад, в туннеле, ведущем от виллы Дайширо Немеа на свободу, в котором она едва не лишилась жизни.

– Это маги «Горящей лилии». – Харуо озвучил подозрения Кари. – Они уже здесь.

Ничто