Единственная для звездных адмиралов - Алиса Линд

— Топливный фильтр практически забит…

— На меня смотри, Ларас! — бросает гневно Рэйн.

Тот мгновенно отрывается от меня и переводит взгляд на адмиралов.

— Давление упало почти до нуля, — добавляет виновато.

— Чем именно забит? — уточняю я.

Ларас недоумённо смотрит на Рэйнa, потом на меня.

— Сильное загрязнение примесями, — виновато отвечает он, получив одобрительный кивок от Рэйна. — Топливо, похоже, низкого качества.

— Состав опред… — не успеваю договорить свой вопрос, как Люк поворачивается к Рэйну с выражением победителя.

— То есть ты решил сэкономить и заправился палёнкой? — спрашивает с откровенной издевкой.

Рэйн бросает на него испепеляющий взгляд. Помещение мгновенно наполняется напряжением.

— Я заправился на авторизованной станции! — огрызается он. — И закономерно ожидал, что там будут проверенные поставщики.

— «За-ко-но-мер-но ожидал!» Как трогательно! — злобно подтрунивает Люк. — Это не отменяет факта, что ты заправил свое ведро дерьмом.

Рэйн делает короткий вдох, сжимает челюсти.

— Люк, если у тебя нет конструктивных предложений, лучше просто помолчи, — произносит он сдержанно и поворачивается ко мне.

— Ладно, первый капитан, ты знаешь, что делаешь, — Люк ухмыляется.

Я решаю не ждать, пока тут разразится драка. Открываю свой кейс под настороженным взглядом механиков, выбираю нужную тестовую пробирку.

Затем подхожу к контроллеру топливной системы и, отвинтив небольшой колпачок, достаю контрольную меру. Плохо, конечно, не стоит делать это без защитной одежды, но нет времени искать перчатки.

Это что-то вроде колбы, которая постоянно наполняется проточным топливом, а когда её вынимаешь, блокируется, чтобы забираемый материал остался внутри.

Цвет некрасивый, ржавый, мутный. Топливо действительно с примесями. Каким бы оно ни было, цвет должен быть другим.

Из контрольной меры я переливаю немного мутного топлива в пробирку и плотно закрываю. Капля попадает на кожу руки. Место сразу леденеет и жжется, но я лишь стряхиваю топливо на пол и не обращаю внимания на дискомфорт. Подношу пробирку к свету и жду, когда начнется реакция.

Мои действия не остаются незамеченными, перепалка прекращается, оба адмирала и механики обступают меня кружком.

— Ну? — нетерпеливо спрашивает Люк, заглядывая через плечо.

Я улыбаюсь, глядя, как топливо становится прозрачнее и обретает золотистый цвет. Однако радоваться рано. Реакция прошла быстро. Даже слишком быстро. И меня это беспокоит.

Я делаю глубокий вдох. Не попробуешь, не узнаешь. К тому же выбор и правда не велик.

— У меня есть решение, — отвечаю довольным голосом.

Зараза, на руке точно волдырь будет. Болит.

Оба адмирала замирают, мгновенно переключаясь на меня.

— Если я запущу в систему эти бактерии, — произношу максимально весомо, стараясь не выдать нервозность, — они уберут примеси, очистят фильтр и восстановят поток топлива. Но…

— Но что? — Рэйн щурится, он чувствует моё колебание.

— Но… если реакция пойдёт слишком быстро, система может перегреться, и фильтр просто разорвёт изнутри, — признаюсь честно.

Наступает напряжённая тишина. Я украдкой поглядываю на руку. Кожа в месте контакта с топливом покраснела и припухла.

Люк хмыкает.

— А, ну отлично. Давай, Рэйн. Решайся! — заглядывает тому в глаза. — Если она разнесёт твоё ведро вдребезги, умирая в космосе, ты услышишь от меня коронное «я же говорил».

Рэйн медленно переводит на меня взгляд. В его глазах — сталь.

— Запускай.

24. Ши

Я сосредоточена, как никогда.

Руки скользят по панели управления, пальцы быстро вводят нужные команды на впускном клапане. Пробирка с бактериями уже в моей ладони. Сколько же нужно? Если прикинуть размер судна, скорость деления бактерий, достаточно десяти миллиграмм, чтобы запустить процесс. У меня всего пятнадцать. Права на ошибку нет.

Держу пробирку над впускным клапаном топливной системы, сердце грохочет в груди. Люк прав — если мой эксперимент провалится, это разнесёт корабль. Но если я сделаю всё правильно…

Я нажимаю на поршень и давлю, пока он не опускается до риски «10 mg». Стерильный раствор, в котором плавают миллионы бактерий, поступает в систему.

— Пошло, — шепчу себе под нос.

В смотровом окошке топливной системы пока без изменений. Цвет такой же мутно-латунный. На экране появляются первые показатели. Температура в пределах нормы. Давление… падает, но это ожидаемо. Ждать. Теперь главное — ждать.

Но сконцентрироваться мне не дают.

Рядом напряжение растёт, как перед бурей.

Люк всё ещё кипит. Он не может успокоиться — и чем спокойнее ведёт себя Рэйн, тем больше его это раздражает.

— Твое старое ведро показывает чудеса ненадежности, — бросает он жёстко.

Рэйн даже не моргает.

— Не нравится — дверь там, — отрезает он ледяным тоном.

Люк усмехается, но в его взгляде мелькает тьма.

— О да, дверь там, — он демонстративно оглядывает машинное отделение, после чего смотрит на Рэйна. — Ты мне прикажешь? Хватит ли тебе полномочий, первый капитан?

Я сжимаю зубы. Напряжение в воздухе буквально давит на виски.

Рэйн смотрит на него, слегка склонив голову.

— У меня достаточно полномочий, чтобы отправить тебя в нокаут, — спокойно отвечает он.

Люк прищуривается, сжимает кулаки.

— Скажи-ка, а где ты был, когда началась та заварушка? — Люк делает шаг вперёд. — Вечно на шаг позади, вечно прикрываешь чей-то зад, но никогда не предугадываешь, и нас в итоге вышибут из игры.

Рэйн медленно выдыхает.

— Ты перешёл черту, — предупреждающий тон Рэйнa звучит холодно, но я чувствую, что внутри него всё кипит.

Я уже не могу сосредоточиться. Бросаю взгляд на механиков — те инстинктивно отступили. Воздух в машинном отсеке загустел от напряжения.

— Да пошёл ты! — рычит Люк и толкает его в грудь.

Всё происходит в одно мгновение. И адмиралы больше не сдерживаются.

Уши слышат глухой звук удара до того, как мозг его осознает. Люк отлетает назад, хватаясь за лицо.

— Ах ты… — он даже не заканчивает фразу и, сквозь хруст кулаков, бросается на Рэйнa.

Я дергаюсь в ужасе, но понимаю, что никак и ничем не смогу остановить этот ураган тестостерона и адреналина.

Люк — мощный, быстрый, дикий. Рэйн — опытный, расчетливый, каждый его удар выверен. Он пропускает первый выпад, но затем резко перехватывает инициативу, уклоняется, перехватывает руку Люка и бьёт снова, на этот раз сильнее.

Ещё несколько глухих ударов. Люк падает на колени, пошатывается. Но он ещё в сознании.

— Хватит! — вскрикиваю я, но никто меня не слушает.

Рэйн ждет, пока противник поднимется. Люк встает, дыша тяжело, с безумным взглядом бросается вперёд.

— Да остановитесь же! — злюсь, но они не обращают на меня внимания.

Рэйн встает в стойку и впечатывает сокрушительный удар Люку в челюсть. Того разворачивает, и он тяжело падает на пол.

Наступает гробовая тишина.

Механики стоят в сторонке, даже не дышат.

Рэйн разминает плечи, медленно отводит