Мальбом: Хоррор-цикл - Алексей Константинович Смирнов

С поверхностного взгляда Правый и Левый выглядели одинаково: мордастые, брыластые, плечистые, стриженные под ежиков, в узких солнцезащитных очках и рубахах навыпуск.

Бар был открыт, однако оба задержались у входа, развернулись друг к другу лицами и молча выставили свои кулачищи-кувалды. Трижды, в лад, качнув предплечьями, они выбросили пальцы: Правый - пять, а Левый - шесть.

Правый покладисто кивнул, и Левый прошел первым.

Этот ритуал разыгрывался каждое утро - да и вообще всякий раз, когда время и обстановка позволяли установить очередность.

По случаю утра в баре было темно и пусто, но оба остались в очках. Правый и Левый, перемещаясь в подвальчике с автоматизмом давней привычки, взгромоздились на кожаные табуреты и навалились на стойку. Бармен промелькнул мотыльком, приютившим под горлом второго, младшего мотылька, и, предусмотрительно не вступая в беседу, извлек из мрачного подстойного тартара пару квадратных стаканов, уже заранее наполненных ядом шоколадного цвета. - Приятного дня, - пожелал он Правому и Левому.

Те снисходительно наклонили лбы и приложились к стаканам. Правый отпил, вздохнул, оглянулся, никого не увидел и вздохнул еще раз, словно расписывался под мирной гармонией, которая, в свою очередь, была чем-то вроде ежеутренней оперативки, нуждавшейся в его резолюции.

- Дела? - осведомился Левый, продолжавший смотреть прямо перед собой. В черных очках мягко наигрывала цветомузыка.

- Будут, - кивнул Правый.

- Уровень?

Правый презрительно скривился: ерунда, дескать.

- Как тебе нынче босс?

- А тебе? - улыбнулся Правый.

И оба перемигнулись, ибо не вправе были обмениваться не только сведениями о полученных поручениях, но и личными впечатлениями от работы на хозяина.

Правый и Левый служили Руками фигуры, в определенных кругах известной под именем Твикс. Главным условием их деятельности было неведение одной Руки касательно дела, которым занималась другая. Таким образом получалось, что одна Рука, случись ей по роду работы угодить в клещи, не смогла бы в достаточной мере обрисовать замысел Твикса, являвшего собой мозг. И обе Руки, Правая и Левая, хорошо помнили слова Твикса о том неоспоримом факте, что среди одноруких людей тоже встречаются гениальные везунчики.

Твиксу нравилось мыслить себя цельной личностью. Однако самую цельность эту он понимал через надежно контролируемый сепаратизм. Была бы его воля, он подчинил бы ей каждый орган своего тучного, закормленного тела, но здесь его прыть умерялась премудрой природой, так что потребность в главенстве пришлось обратить на доверенных, особо приближенных к телу лиц, среди которых были уже знакомые нам Правый и Левый, плюс надежный шофер; кроме них, Твикс не доверял никому и ни в чем. Он был жирен, хитер, коварен и несколько самонадеянно воображал себя воплощением сраженных отцов козы-ностры - воплощением, вне всяких сомнений, более удачливым и продвинутым, как было принято выражаться в некоторых кругах, которые, невзирая на некоторость, возобладали над многими.

Сегодня он призвал к себе Левого с Правым и для начала велел им сыграть ему в четыре руки на белом рояле - инструменте, способном украсить любой, даже самый взыскательный, концертный зал; залам, однако, пришлось обходиться без этого чудо-рояля, ибо чуда возжаждал Твикс, и получил это чудо без малейших затруднений и без малейшей в нем нужды. Особое удовольствие доставляло ему то, что Правый и Левый пианисты смыслили в музыке еще меньше, чем он; в очередной раз оказывалось, что Правая Рука не знает, что делает Левая, и жуткий мотив, которой под пыткой вытягивали из рояля их толстые пальцы, лишний раз подтверждал это важное условие Твикса. Что и требовалось. Правый и Левый были обучены играть «Сурка» и несколько популярных мелодий для дорогих автомашин. Твикс утверждал, будто под наигрыш двух подручных ему лучше думается.

Два поручения, данные Рукам, должны были привести к результатам, которые сложатся наподобие половинок ядерного заряда и произведут эффект, сопоставимый с эффектом последнего.

...В баре, специально в честь прибытия Правого и Левого, возник стриптиз. Верные

Руки немедленно обратили свои взоры к шесту, и бармен, между прочим известный под прозвищем Крестовина, ловко поменял местами их пакеты с секретными поручениями. Он, Крестовина, с недавних пор был надежно и безнадежно подкуплен лицами, которых уже давно раздражала деятельность пронырливого Твикса - оный Твикс, по их дружному убеждению, окончательно уподобился хищной акуле с недопустимо острыми плавниками.

Правый и Левый расплылись в улыбках, довольные почтением, которое выразилось в организации прыжков, сокращений и содроганий при пустом помещении.

Танцовщица была из новеньких: невзрачная, худосочная пташка, но двум Рукам, привычным больше к Рукопожатиям, женские прелести виделись делом второстепенным. Они не любили подарков, они дорожили вниманием.

Наконец, разнеженные донельзя, они отвернулись. Крестовина сложился в угодливую спираль - вернее, намекнул на физически немыслимый и все же по требованию осуществимый изгиб. Девица отвалилась от шеста, невесть откуда достала пудреницу и распахнула глупый глаз навстречу другому глупому глазу, в зеркальце.

Правый допил свою порцию и взял со стойки пакет. Левый сделал то же самое и забрал свой.

- Тебе интересно? - спросил Правый, постукивая пальцем по пакету.

- Нет, - покачал головой Левый и ухмыльнулся. - Нисколько не интересно.

- И мне не интересно, - Правый сполз с табурета и пошел к выходу.

Левый выщелкнул в направлении Крестовины десять долларов и последовал за Правым.

На улице они снова замерли друг против друга, вторично перемигнулись, звонко ударили по рукам и разошлись в разные стороны.

Свернув за угол, Правый вновь остановился, сломал печать, разорвал обертку - вся эта канитель была, разумеется, совершенно излишней, и Твикс мог спокойно отдавать свои распоряжения устно, с глазу на глаз, но хозяин был без ума от рискованных театральных вывертов. В пакете лежала папка, в папке -листок с заданием на сегодня. Задание было написано шифром, который понимали только Руки и Твикс. Правый знакомился с инструкцией до тех пор, пока не уразумел, что сегодня ему предстоит повидаться с Гориллой Крэшем и сообщить ему некоторые важные сведения не позднее полудня. Горилла Крэш был давним конкурентом Твикса; что до сведений, то они касались творческих планов другого соперника, Ломщика. В инструкции особо подчеркивалось, что Верная Рука должен слить информацию не раньше и не позже, а ровно в полдень.

Усвоив поручение, Правый взглянул на часы, вскинул руку и остановил таксомотор. До полудня оставалось сорок пять минут, и стоило подстраховаться. Он приказал водителю остановиться за два квартала от особняка Гориллы и какое-то время слонялся без дела, поминутно сверяясь с циферблатом. Когда на часах изобразился полдень без одной минуты, Правый позвонил и секундой позднее уже был