Спящие города - Джек из тени

Следующее препятствие, это широкий ров. Солдаты подбегают к краю, и в этот момент двое магов, действующих в паре, создают над рвом дрожащий, полупрозрачный мост из уплотнённой энергии. Он держится всего несколько секунд, но этого достаточно, чтобы вся группа успела перебраться на ту сторону.

А вот и первая цель, макет пулемётного гнезда. Легионеры залегают, открывая по нему огонь из винтовок. А один из магов, присев на колено, начинает что-то быстро чертить пальцем на земле. Через мгновение из-под земли, прямо под «гнездом», с оглушительным треском вырывается каменный шип, подбрасывая его в воздух.

Но самый впечатляющий момент был в конце. Рота подошла к финальному препятствию, имитации вражеского блиндажа. Легионеры установили на треногу один из наших новых облегчённых миномётов. Перед тем как мину опустили в ствол, до нее дотронулся один из магов, с его пальцев сорвалась голубая искра, растекаясь по мине.

Выстрел. Мина попала точно в крышу бункера. А взрыв был в три раза мощнее обычного. Бревна и земля разлетелись в разные стороны. Ударная волна явно не оставила никому шансов внутри, если бы там кто-то укрылся от обстрела.

Рота закончила прохождение полосы, уложившись в отведенное время.

— Ну что скажешь? — я повернулся к Урсуле.

Орчанка долго молчала, глядя на поле. А потом на её суровом лице появилась улыбка.

— Скажу, что я бы не хотела оказаться на пути у этих парней. Ты сделал это, Железный, создал своих монстров…

Глава 7

Граница — понятие, в этом мире, до одури условное. Не было здесь ни полосатых столбов, ни колючей проволоки, ни хмурых пограничников, проверяющих документы. Граница была там, где заканчивались патрули одного барона и начинались земли, на которые с опаской поглядывал другой. Мы пересекли её, даже не заметив. Просто в какой-то момент пейзаж за окном кареты… тьфу ты, за пределами нашего походного строя, сменился. Выжженные, унылые равнины Элары уступили место более-менее ухоженным полям и редким, но вполне живым деревушкам. Мы были в Лангре.

Две недели пути и тряски по дорогам, которые, казалось, не ремонтировали со времён Первой Империи. Переход через горный перевал, который на картах именовался пафосно «Драконий Зуб», а на деле оказался просто грязной, разбитой тропой, полной осыпей и злобного ветра, вымотал нас окончательно, превратив мой отряд в сборище угрюмых, небритых бродяг. И это было хорошо, именно так и должен выглядеть отряд наёмников Северные Волки после долгого перехода.

Скука смертная! День за днём одно и то же. Подъём, завтрак на скорую руку, многочасовой марш, привал, снова марш, ужин, сон. Мои бойцы, привыкшие к муштре и дисциплине, переносили это стоически. Лишь иногда я ловил на себе вопросительные взгляды моих офицеров. Они не понимали, какого черта мы тащимся, как черепахи вместо того, чтобы добраться до цели коротким и быстрым броском. Я и не пытался им ничего объяснять, пусть привыкают. В нашей новой роли спешка была плохим союзником. Нам нужно было не просто добраться до Торвальда, а вжиться в образ. Стать частью этого неспешного, тягучего ритма жизни.

На седьмой день пути по землям Лангра мы, наконец, наткнулись на то, что я искал. Задрипанный торговый караван, состоявший из полусотни скрипучих телег, натужно полз по дороге. Возглавлял это шествие толстый мужичок с лицом хитрого хорька и бегающими глазками, судя по всему, хозяин всего этого барахла. Охрана каравана состояла из двух десятков наёмников, чей вид вызывал у меня лишь сочувственную усмешку. Худющие, в разномастных побитых доспехах, они держали копья, как лопаты, а их щиты, казалось, были нужны только для того, чтобы прикрываться от дождя. Сброд, который разбежится при первом же серьёзном шухере. Идеальное прикрытие для нас!

— Асаи, — я кивнул своему верному лису. — Возьми пару парней, поговори с этим купчишкой. Скажи, что мы идём в ту же сторону, можем сопроводить за треть цены.

Асаи усмехнулся, мой замысел он понял без слов.

Переговоры были короткими. Купец, которого звали магистр Гербольд, сначала отнёсся к нашему предложению с опаской. Мои три сотни бойцов, даже в своей потрёпанной «униформе», выглядели куда внушительнее его собственной охраны. Но жадность, как это часто бывает, перевесила осторожность. Возможность сэкономить на охране, да ещё и усилить её на порядок, была слишком соблазнительной. Он долго мялся, торговался для приличия, но в итоге согласился. Ещё бы он не согласился, когда Асаи, как бы невзначай, продемонстрировал ему пару приёмов владения мечом, от которых у купца глаза на лоб полезли.

Так мы стали частью каравана. Растянулись по всей его длине, взяв в кольцо скрипучие телеги. Я ехал в авангарде, рядом с магистром Гербольдом, который, осмелев, теперь пытался завести со мной светскую беседу, попутно выведывая, кто мы и откуда. Я отделывался общими фразами. Отряд Северные Волки, идём, как ни удивительно, из северных земель, ищем работу, слышали, что в Лангре сейчас неспокойно, много работы для умелых мечей. Легенда была простой и незамысловатой, и купец, казалось, её проглотил.

Он вообще много говорил. Жаловался на плохие дороги, на высокие налоги, на короля, который слишком стар и болен, чтобы навести в стране порядок. На его сыновей, которые, как пауки в банке, уже начали делить шкуру ещё не убитого медведя. Рассказывал о бандах, которые расплодились в лесах, как грибы после дождя. О баронах, которые творят, что хотят, не обращая внимания на королевские указы.

Я слушал его, кивал, задавал наводящие вопросы. И мозаика, которую я до этого складывал по донесениям моих лисиц, обретала плоть и кровь. Лангр был похож на больного, ослабленного зверя. Ещё не мёртвого, как Элара, но уже шатающегося. И в этой мутной воде можно было ловить очень крупную рыбу.

Мы шли медленно, со скоростью самой ленивой лошади в караване. Мои бойцы откровенно скучали, ведь все привыкли к другому темпу и ритму.

— Привыкайте, — говорил своим офицерам на вечерних привалах. — Это не увеселительная прогулка. Мы на вражеской территории. И наша главная задача сейчас не выделяться. Быть серой, незаметной массой.

Зато магистр Гербольд был на седьмом небе от счастья. Он смотрел на моих закованных в сталь, молчаливых воинов, и его лицо расплывалось в довольной улыбке. Он чувствовал себя в полной безопасности. И эта его уверенность была заразительной. Его собственная охрана, которая поначалу смотрела на нас с опаской, совсем расслабилась. Они уже не всматривались в лес по обочинам, а лениво переговаривались, травя байки и попивая