С любовью. Стая - Сергей Анатольевич Кусков

Кивок — типа, условия в целом приемлемые, и закономерный вопрос:

— И какую скидку хотите?

— Не мы! — снова сделал я оговорку. — НАМ от вас ничего не надо. Вы делаете небольшую скидку приюту. Детям. Какую? Ну, думаю, процентов сто — будет нормально.

Жаль, что нет фотоаппарата — сфотографировать, как отвисла у боярыни челюсть.

— А-а-а-а… Но-о-о-о… В-ваше высочество, но как же…

— Вам повторить? — теперь я сузил глаза. — Нам с Марьей ваши деньги не нужны. Но вы их заплатить должны. За борзость, отказ сотрудничества, когда вам популярно объяснили, что и как происходит, и кто прилетел решать вашу региональную проблему. Нам с Марьей не «западло», «вместно» так поступать, из другого города на вертолётах сорвались, а вы выше решения проблемы и упрямо соблюдаете законы там, где нужно было демонстративно подхватить флаг? Скажите спасибо, что у вас слишком мелкий род, и вам точно не «пришьют» поддержку оппозиционных боярских группировок. А то вами ещё б и тайники заинтересовались.

Бабка по-простецки, по народному, перекрестилась, что-то про себя прошептав. Сейчас я её ещё сильнее напугал, особенно на фоне нашей войны с Милославскими, а про неё уже вся Россия судачит.

— В качестве наказания за высокомерие, будете в течение года бесплатно закрывать все транспортные потребности этого приюта. И ни дай бог начнёте подавать развалюхи, в которых детей возить опасно, задерживать транспорт, делать что-то не так или не вовремя! Маша об этом узнает, и тогда молитесь! Я готов помочь вам, ибо считаю, что уничтожение вашего рода и его бизнеса под корень не то, что жаждет от нас матушка. Беру удар на себя, и предлагаю вот такие условия. Маша не станет отменять моё слово, даже если не согласна. Но если вы меня подставите и попытаетесь выполнить свои обязательства не должным образом… Вот тут она и вспомнит, что мы договорились за её спиной. Я понятно обрисовал ситуацию?

— П-предельно. Ваше высочество. — Боярыня смиренно склонила голову.

— ВСЕ заявки — это значит ВСЕ, — отдельно пояснил я. — Например, летом захочет администрация вывезти деток на природу — предоставите автобусы соответствующего класса. Или зимой на Новый год надо будет отвезти воспитанников в Москву, в Кремль, на ёлку…

— В Кремль? На ёлку? Приютских? — округлила глаза бабуля.

— Это будет НАШ приют! — пояснил я для себя очевидное, выделив это слово.

— А-а-а-а-а… Ну да, конечно, ваше высочество. Да, разумеется, ЛЮБОЙ транспорт будет предоставлен, ЛЮБОЙ заказ закрыт. Это всё, вы можете уже говорить царевне Марье, что мы договорились, или что-то ещё?

Я скривил кислую мину.

— Всё. Вы слишком маленькие, чтобы на вас серьёзно отвлекаться. Это ваше счастье и ваше спасение. Марью беру на себя, она отходчивая. И повторюсь, упаси вас бог меня обмануть!

— Спасибо! Спасибо-спасибо, благодарю, ваше высочество!.. — Бабулька даже в ноги мне хотела кинуться, но стоявшая на стрёме дружинница пресекла и оттеснила её.

— В целом нормальное решение, — выдала вердикт Маша, когда пересказал ей наш разговор. — Спасибо, братишка! Выручил. А что насчёт ёлки в Кремле? Вот тут не поняла.

— Да так, обсудим, есть идея. — Похоже, тут нет традиции собирать детей со всей страны на главную ёлку страны в Большом дворце, как ТАМ. Хотя это логично, там Большой дворец (1) — часть музейного комплекса; там торжественные приёмы на государственном уровне проходят, и людей за деньги водят посмотреть, чё как внутри. Тут же Большой дворец — место, где мы живём. Семья главы государства. Да, приёмы тоже устраиваем, и награждения разных отличившихся, но ключевое слово всё же «живём». — Надо вначале с мамой переговорить, после подойду. Пока слишком сырая мысль.

— Поняла. Пока не надоедаю. Ну что, там вроде всё готово. Пошли, что ли?

(1) Саша не был на ёлке в Кремле и не знает, что она проходит в Государственном Кремлёвском дворце (ГКД, который концертный зал/бывший Дворец Съездов), а не Большом (БКД, который музей/бывшее место обитания царской семьи). А вот награждения героев проходят в Большом. Но так как в мире Небоярки ГКД не существует, на его месте корпуса Малого дворца, кремлёвской больницы и спортивный зал дружины, то это не принципиально.

* * *

— … Приговор вступает в силу немедленно. — И картинный взгляд на стоящую тут же с оружием расстрельную команду и тётку Настасью рядом с оной. После чего зачитывающий приговор пристав, подвезённый для этой роли воеводой, отступила в тень, то есть толпу присутствующих чиновников и представителей городской элиты. Среди которых была и вынесшая оный «тройка» трибунала.

Вообще здесь присутствовало более сотни человек, и это только те, кого пустили. За забором ещё человек двести. Журналисты, чинуши, представители местных боярских родов. Кукушку приказал пустить — тоже напросилась. А ещё по пропуску воеводы проскочили некий голова и представитель Дворянского Собрания. За нашими спинами, плевав на происходящее у забора со стороны леса, дети садились в автобусы чтобы ехать в школу учиться. И сегодня они задержались минут на десять — из-за нас и из-за неправильно распланированного завтрака. Тётки из ресторана всё же не местные, не родные повара, и не смогли сделать всё также оперативно. Ну да ладно, решится — это текучка, научатся. Происходящее сейчас куда важнее детей. А вот взрослые, услышав приговор, молчали. Ждали, что будет, ибо, похоже, все-все понимали, что мы что-то задумали. Вопрос, кто будет застрельщиком? В смысле, по сценарию всё пойдёт, или кто-то ушлый вылезет вперёд и набедокурит?

Нет, народ собрался сдержанный, пошло по сценарию. А именно, глава региона вышла вперёд и заявила:

— Ваши высочества, я, воевода Гусева… Полномочный представитель её величества царицы матушки в регионе… Ходатайствую о временном моратории на исполнение приговора и передачу дела подсудимой в гражданскую юрисдикцию.

Пауза, и только тут (слава ему) не выдержал дворянчик:

— Поддерживаю. Дворянское Собрание Нижегородского уезда также ходатайствует о переведении дела подсудимой в гражданскую юрисдикцию.

А где его цитаты, пункты и параграфы? Решил не гнать коней и не форсировать? Мудрый мужчинка!

Толкнул Машу вперёд — её выход. Она громко фыркнула и пошла. Подошла к обвиняемой… Или теперь уже обвинённой, как грамотно её назвать? А, подсудимой, точно! Та при её виде подняла глаза полные надежды.

— У нас уже расстрельная команда собрана, — громко, чтобы все вокруг слышали, произнесла сестрёнка. Как раз погода безветренная, звук распространяется отлично. — Знаешь, какой у меня сейчас выбор? Первый вариант — прилюдно показательно тебя расстрелять, перед камерами, перед всем народом. Чтобы вся страна видела, что, если делать как