Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

Вопрос повис в воздухе, острый, как клинок в руках Серы. От него нельзя было отмахнуться. Он бил прямо в сердце моей аномалии.

Мой мозг заработал на пределе, лихорадочно перебирая варианты. Лгать? Выдумывать очередную небылицу? Но в этом городе, где все и так знали мою подлинную историю, это было бы бессмысленно и опасно. Аррас, судя по всему, не успел ни с кем толком переговорить, и его неосведомленность была его слабостью. Моим козырем.

Прятаться дальше не имело смысла.

Я встретился взглядом с Аррасом, сознательно выпрямив спину и мысленно коснулся сияющего статуса в глубине сознания — «Первый игрок двух миров». Сделав его видимым для всех, кто обладал зрением Системы, я спокойно произнес с едва уловимой стальной ноткой:

— Прежде чем требовать ответы, советую внимательнее присмотреться к тому, с кем вы разговариваете.

На их лицах промелькнула снисходительная ухмылка. Но их взгляды, повинуясь воле, сфокусировались на пространстве надо мной.

Их уверенность испарилась в одно мгновение.

Ухмылки стерло, словно ледяной водой. Глаза Арраса и Серы расширились от шока и всепоглощающего ужаса. Сера судорожно сжала рукоять клинка, и тот выпал из ее рук, упав на одеяло. В следующее мгновение оба, как по команде, сорвались со своих мест. Не вскакивая, а именно что рухнули на одно колено. Голова Арраса низко склонилась, а его могучие плечи, еще недавно олицетворявшие непоколебимую силу, предательски задрожали.

— Прости нас. — хрипло прошептал он, и в его голосе, обычно твердом и повелительном, слышался благоговейный страх. Он даже не мог выговорить титул полностью. — Первый Игрок… Спаситель… Мы… не ведали…

Я выждал небольшую паузу, давая осознанию всей тяжести их проступка прочно закрепиться в их сознании. Затем, так же мысленно, я вновь скрыл свой титул, оставив их на коленях перед, как им теперь казалось, живым воплощением легенды.

— Встаньте. — тихо произнес я, и в тишине комнаты мой голос прозвучал громче любого крика. — Наш разговор еще не окончен.

Глава 14

Я стоял, наблюдая, как два закаленных в боях воина, повидавшие немало сражений, распростерлись у моих ног. Их спины напряглись, головы склонились в немом, почти религиозном трепете. Воздух в комнате, мгновение назад насыщенный угрозой, теперь казался густым и тягучим от благоговейного ужаса. Я был ошеломлен. Конечно, я понимал, значимость титула «Первого Игрока». Я осознавал, что мое появление вернуло миру Эйвель надежду, что я — ключ к изменению Системы. Но чтобы вот так? Чтобы бойцы элитного имперского «Когтя», только что готовые меня уничтожить, падали на колени, словно перед живым божеством?

— Встаньте. — произнес я, и голос мой прозвучал чуть хриплее, чем хотелось. — Объяснитесь. Почему вы…?

Аррас медленно поднял голову. Его лицо, изрезанное шрамами и обычно выражающее лишь холодную уверенность, теперь было бледным и потрясенным. В его глазах не осталось и следа прежней надменности или ярости, лишь глубокая, почти мистическая преданность.

— Первый Игрок… — его голос был прерывистым, он с трудом подбирал слова. — Долг каждого, кто следует Системе, кто прошел Инициацию и обрел Путь — подчиняться вам. Вы… наша путеводная звезда. Согласно древним преданиям, именно с вашим приходом мир сможет сбросить оковы Скверны, изгнать Лес и привести все народы к процветанию. Вы — знамя. Вы — надежда.

Услышанное пронзило меня ледяным огнем, обжигая изнутри. Это было хуже, чем я мог представить. Я становился не просто важной фигурой, а символом — живым противовесом власти императора, восседающего на троне Санкталии, и, по сути, всех правителей этого мира. Мне, пареньку из богом забытой глуши, мечтавшему лишь о выживании и защите близких, совсем не улыбалась роль знамени в надвигающейся мировой войне. Проблемы такого масштаба были явно не по мне. Но, как это часто бывает в этом жестоком мире, кто бы меня спросил?

Внутри все скрутилось в тугой, ледяной комок. Нужно было срочно думать, как выпутаться из этой истории с наименьшими потерями. Главная из них, которую я не мог допустить, — моя жизнь и жизни тех, кто мне дороги.

Сделав глубокий вдох, я постарался успокоиться, чтобы голос звучать ровно.

— Я понимаю. Ваша преданность… достойна похвалы. Но сейчас она требует от вас не поклонений, а трезвости ума. Моя личность должна остаться тайной для всех за пределами этого города. Ее раскрытие привлечет внимание, которое может погубить нас всех. Вы меня поняли?

Аррас склонил голову в знак почтения.

— Как прикажете. Никто за пределами этих стен не узнает от меня или моих людей ни слова. Клянусь честью и Путем.

Его фанатичная готовность вызывала дрожь. «Отлично. — подумал я. — Теперь у меня есть свои фанатики».

— Наш разговор окончен, — сказал я, давая понять, что аудиенция завершена.

Я уже собирался развернуться, чтобы перевести дух и обсудить этот безумный поворот с Орном, как Аррас снова заговорил, на сей раз почти робко:

— Позвольте, но… мы пришли не только для этого. Магистр Вальтер созывает на совет всех Системщиков города. Он просил вас присутствовать.

Я кивнул, ощущая тяжесть наваливающихся событий.

— Хорошо. Я сейчас.

— И… старику Орну тоже желательно быть там. — добавил Аррас, бросив быстрый взгляд на моего наставника.

Орн, до сих пор стоявший у порога с лицом, словно выбитым из реальности, вздрогнул от моих слов. Он провел ладонью по щекам, смахивая последние отголоски шока, и выпрямился так, будто готовился к параду, а не к совещанию.

— Собираемся, сынок. — буркнул он, подходя. — Негоже таких важных птиц заставлять ждать.

Мы молча покинули дома, оставив позади наш уютный, но теперь казавшийся хрупким, как стекло, мирок. Улицы были пустынны и безмолвны, лишь изредка доносились приглушенные голоса из-за плотно закрытых ставней.

Зал для совещаний в особняке баронессы Лирель встретил нас мраком и простором. Массивный дубовый стол, едва вместивший всех собравшихся, темные портьеры, скрывающие высокие окна, и тусклый свет масляных ламп, отбрасывающий длинные, пляшущие тени. Воздух был густым от запаха старого дерева, воска и напряженного ожидания.

Когда мы с Орном вошли, все уже были на местах. Во главе стола, неподвижный и бесстрастный, сидел Вальтер. Его бледные глаза скользнули по мне, задержавшись на мгновение дольше обычного, но не выразили ничего. Рядом с ним был капитан Горст, чье лицо напоминало гранитную маску, но в глазах бушевала буря. Эдварн сидел, ссутулившись, его мрачный взгляд был прикован к столу. Крон, все еще осунувшийся после Инициации, но собранный, занимал место напротив. И, конечно, «Коготь»: Аррас, Горам, Сера и двое других — Лис и Ворон. Они сидели с идеально прямыми спинами, но в их позах