"Фантастика 2026-44". Компиляция. Книги 1-36 - Александр Коротков

свет волосы были убраны в замысловатую причёску на затылке. Её чистые, белые глаза смотрели в мою сторону, и я заподозрила, что она слепа. Я также подозревала, что это не имело никакого значения.

— Откуда вы узнали, что я… — я вздохнула. — Глупый вопрос.

Выражение лица Лириены на мгновение смягчилось, тронутое лёгкой, почти призрачной улыбкой. — Со временем вы ко всему привыкнете. Идёмте.

Я опустила голову и натянула капюшон пониже, следуя за женщиной в синем. Засунув руки в карманы, я отчаянно мечтала залезть туда с головой и спрятаться ото всех.

К счастью, мы скоро оказались внутри. Стоило мне переступить порог величественного мраморного здания, как я подняла глаза и не смогла сдержать тихого, полного благоговения возгласа: «Ого…». Горыныч назвал это Великим Залом. Он не преувеличивал.

Своды из голубого и белого мрамора взмывали высоко над головой, напоминая то ли дворцы Венеции, то ли величественные палаццо Италии. Ничего подобного я вживую не видела. Тёплый свет свечей в массивных подсвечниках смягчал холодную синеву стен и колонн. Огромные, в целый этаж высотой, витражные окна пропускали внутрь призрачный свет уличных фонарей и двух лун, плывущих по небу Нижнемирья.

Но самое впечатляющее находилось в центре зала. Лириена подвела меня ближе к громадной, закрученной в причудливые спирали металлической конструкции, парящей прямо в воздухе. Я никогда не видела ничего подобного. Она висела в пустоте, без всякой опоры, на головокружительной высоте метров в двадцать пять.

Магия. Ну да. Когда-нибудь я, наверное, привыкну и к этому.

Медные и латунные кольца диаметром метров по шесть переплетались друг с другом, пребывая в непрерывном, плавном движении. Они вращались в разных направлениях, а на них были укреплены загадочные сферы и незнакомые мне символы. Потребовалось некоторое время, чтобы разглядеть семь стеклянных фигур, скользящих по рельсам, по одной на каждом медном кольце. Каждая — своего цвета, соответствующего одному из Домов Нижнемирья. Три из них сияли — алая, чёрная и бирюзовая. Владыка Каел, Самир… и я.

— Это оррерий, — беззвучно произнёс Горыныч, который исчез в тот же миг, как мы вошли внутрь.

— Ух ты… — было всё, что я смогла выдавить из себя.

— Считайте его не просто небесной картой, но путеводителем по нашему миру, — пояснила Лириена. — Здесь отображена каждая сила, что оказывает на нас влияние. Если хотите, это нечто вроде астрологии в вашем мире, если, конечно, эта наука когда-либо имела вес.

Создавалось впечатление, что Лириена переняла пренебрежительное отношение Нижнемирья к Земле и тоже считала её менее значимой. Я усмехнулась и посмотрела на незрячую женщину. — И если бы вы могли его прочесть, он рассказал бы вам, что произойдёт в Нижнемирье?

— Нет. Не совсем. Он лишь помогает нам понять, что есть, и, исходя из этого, мы можем узреть то, что неминуемо должно случиться. — Женщина сложила изящные руки перед собой. — Он подобен факелу во тьме. То, что ближе всего к вам, разглядеть легче всего. Всё, что дальше, теряется в тумане и становится более смутным.

— Понятно… — пробормотала я, хотя понимала всё лишь отчасти. И тут я наконец вспомнила о вежливости. — Ох, простите, что ворвалась к вам без предупреждения…

— Она знала о вашем визите. Она всегда знает.

Я моргнула и обернулась на новый голос, не подозревая, что в зале есть ещё кто-то. Я была так поглощена созерцанием парящего медного чуда, что не заметила двух фигур, сидевших у стены. Теперь же они поднялись и приблизились ко мне.

Была в этом какая-то зловещая симметрия. Они были рядом, когда я впервые очнулась в Нижнемирье. Теперь же, когда я стала королевой, наша встреча казалась неизбежной. В конце концов, один из них был регентом целого Дома.

— Привет, Торнеус. Валерия.

Врач и его супруга остановились в нескольких шагах, и Торнеус склонился в почтительном поклоне. Валерия сделала лёгкий реверанс. От этого жеста я не смогла сдержать короткий смешок, эхом разнёсшийся по гигантскому залу.

— Нет-нет-нет, прекратите, пожалуйста.

Торнеус выглядел озадаченным, и я поспешила объяснить.

— Никаких поклонов. Никакого подобострастия. Я — это всё ещё я. Я едва сама себя помню. Не надо мне тут «госпожа Нина» или чего-то подобного. Просто Нина. Вы же зашивали дыру на моей руке и читали мне лекцию о моих ужасных хирургических навыках.

— Но теперь вы — королева, — мягко возразила Валерия, словно я могла об этом забыть.

— Наверное. Но я себя королевой не чувствую, и я категорически не хочу, чтобы вы — или кто бы то ни было — обращались со мной соответствующим образом. Это ужасно неудобно, и я просто не знаю, как на это реагировать.

— Что ж, я, со своей стороны, бесконечно рад, что мне не придётся лизать сапоги очередному самовлюблённому деспоту, — Торнеус усмехнулся. — Нина, рад вас видеть. Я… мы оба… глубоко сожалеем о случившемся, и я должен принести вам свои извинения за свою роль в этом.

Я перевела взгляд на Лириену.

— Вы сказали им, что я буду здесь?

— Я известила Дома Слов и Лун, что вы намерены посетить меня, на случай, если они захотят побеседовать с вами. Элисара сказала, если я не ошибаюсь: «Я сама найду её, когда сочту нужным».

Да…, просто отлично.

Я снова посмотрела на Торнеуса, который всё ещё ждал реакции на свои извинения. Я вздохнула. Я не могла злиться. Честно говоря, не могла. Я всё понимала. Я буду носить эту травму в себе всю оставшуюся вечность, но я не могла винить их за тот выбор, который они посчитали верным.

— Сочтёмся, Торнеус. За оба раза, когда вы меня латали. — Я протянула ему руку.

Торнеус улыбнулся и пожал её.

— С превеликим удовольствием.

Я снова засунула руки в карманы, глядя на диковинную конструкцию над головой.

— Лириена?

— Да, госпожа Нина?

— Вечные сказали вам, что я должна умереть?

— Боюсь, что да. Мне было видение, предрекавшее вашу смерть. Я знала, что вы должны умереть, чтобы спасти мир, и что это связано с приходом нового сновидца. Я не знала, хотя и подозревала, что этим сновидцем станете именно вы. — Голос Лириены был тих, но идеальная акустика мраморного зала разносила каждое слово. Мне почудилось, будто откуда-то доносится лёгкая классическая музыка. Очень к месту.

— Можно я задам вам