Песнь Ариадны - Guiltythree

Фантомов Тёмных Бабочек, которых Убийца и Кукловод уже убили.

В конце концов, теперь они принадлежали ему.

Как раз когда очередная мерзость ринулась к Разрушителю Цепей, десятки — возможно, сотни — вырвались из его тени подобно тёмному приливу.

Они мгновенно разорвали Великого Монстра на части и рассредоточились вокруг Разрушителя Цепей, окружив его подобно тёмному щиту.

«Неплохо для начала…»

В этом и заключался ужас Теневого Легиона. Всё, что убивал Санни или его слуги, становилось его частью, и поэтому, чем дольше длилась битва, тем сильнее становилась его армия.

По крайней мере, в теории.

Сотня — или даже тысяча — фантомов Тёмных Бабочек, естественно, не выживут против миллионов. Но они могли хотя бы дать Разрушителю Цепей шанс проникнуть внутрь Гробницы Ариэля и достичь Великой Реки. Поэтому Санни должен был выдержать изнурительную, мучительную какофонию Зова и сосредоточиться на том, чтобы как можно быстрее увеличивать количество этих жутких фантомов. Святая уже пересекла круто наклонённую палубу и достигла носа летающего корабля, призывая лук, когда её холодный взгляд обратился вперёд. Её длинные волосы развевались на ветру, она подняла свой грозный чёрный лук и натянула тетиву, целясь в ближайшую мерзость.

Чёрная стрела поразила Великого Монстра в голову, и всё его огромное тело взорвалось облаком внутренностей и чёрной дымки.

«Хорошая идея».

Управляя Разрушителем Цепей, Санни отправил шесть своих воплощений в бой. Двое призвали собственные луки, а четверо проявили крылья с чёрными, блестящими перьями.

Двое из этих четырёх проявили длинные копья и взмыли в воздух, присоединившись к фантомам Тёмных Бабочек, защищавшим корабль. Ещё двое полетели туда, где Убийца сражалась глубоко в рое — один, чтобы усилить её, другой, чтобы сражаться рядом с ней.

Наконец, Санни приказал Змею принять форму Короля Мечей и занять позицию рядом с главной мачтой Разрушителя Цепей, где из деревянной палубы росло священное дерево, чтобы защищать его тёмными мечами, которыми он мог управлять в этой форме.

«Теперь нам нужно только держаться».

Вопрос был в том…

Смогут ли они выдержать?

С каждым мгновением Разрушитель Цепей поднимался всё выше по бесконечной чёрной глади Гробницы Ариэля.

И с каждым мгновением он погружался всё глубже в апокалиптический рой Тёмных Бабочек.

Из великой пирамиды вырвалась лишь малая их часть, но даже этого количества было достаточно, чтобы захлестнуть целые царства и полностью уничтожить их.

Когда-то одно Великое существо было мифической угрозой, достаточно ужасающей, чтобы истребить всю жизнь на густонаселённом континенте. Но тысячи?

…Миллионы?

Ужас, скрытый внутри Гробницы Ариэля, мог захлестнуть и уничтожить не просто какое-либо царство, но само Царство Снов… Царство Снов, мир бодрствования и всё сущее.

Санни и Нефис до сих пор могли защищать Разрушителя Цепей не потому, что были достаточно сильны, чтобы противостоять огромному облаку Великих мерзостей.

А просто потому, что до сих пор Разрушитель Цепей летел по внешним краям нисходящего роя.

Как только Тёмные Бабочки набросятся на них по-настоящему…

Санни на мгновение замер, а затем заставил себя продолжать сражаться, отгоняя леденящее чувство отчаяния, заполонившее его сердце.

Но то, от чего он не смог отмахнуться, было Зовом… и тем абсолютным, животным ужасом, который медленно смывал его рассудок.

«Чёрт, чёрт, чёрт…»

Глава 2914

Ужас, который он испытывал, нельзя было преодолеть ни мужеством, ни отвагой, ни даже наличием богатого опыта столкновения с душераздирающими вещами. Ни даже тем, что он сам был одной из таких вещей.

Потому что его источник, в первую очередь, не имел разумного объяснения и не мог быть преодолён. Вместо этого это была просто естественная реакция низшего существа, оказавшегося в присутствии Забытого Бога… Бога Кошмаров, Бога Порчи. Вестника Пустоты, пребывающего во сне.

Даже если то, к чему они приближались, было не самим Забытым Богом, а всего лишь Семенем Кошмара, где он был заточён, погружённый в сон Заклятием, их духи просто не могли сопротивляться этому ужасу.

Это был страх, исходивший не от их разума, тел или даже душ. Вместо этого это был страх, рождённый из самой сути их существа, подобный инстинктивной реакции, которую невозможно контролировать сознательно. И он становился всё более сокрушительным по мере того, как они приближались к Седьмому Семени.

Руки Санни дрожали, из-за чего он промахнулся.

«Проклятье!»

Он замер, на мгновение охваченный животной паникой.

Затем, с глухим стоном, заставил себя снова натянуть лук.

«Зов, Седьмое Семя, Тёмные Бабочки… идите ко мне, чёрт вас дери! Я всех вас убью…»

В глубине своего полуразбитого, ошеломлённого состояния Санни прибегнул к тому, что никогда прежде его не подводило.

Злобе.

Он был полон злобной ярости. Чем сильнее мир бил его, тем злее он становился, тем больше хотел ударить в ответ. Заставить мир страдать так же сильно, как страдал он — нет, сильнее. В сотню раз сильнее!

Именно это Санни и сделал.

Его стон перерос в рычание. Скрежеща зубами, он направил свой животный страх в гнев и агрессию. Подгоняемый Зовом до исступления, он сделал Тёмных Бабочек целью своего исступления вместо Семян.

«Сдохните, ублюдки…»

Далеко внизу одно из его воплощений заключило Убийцу в свои тёмные объятия и присоединилось к ней в безжалостной, злобной резне. Другой аватар летел бок о бок с чёрным драконом, защищая её от бабочек, стремившихся разорвать её на части.

На палубе Разрушителя Цепей аватар искусно управлял кораблём. Его глаза всё ещё были закрыты повязкой, но он прекрасно справлялся, полагаясь на ощущение теней.

Четыре других воплощения сражались, защищая корабль. Двое из них присоединились к Святой в качестве лучников, а двое других вели фантомов Тёмных Бабочек в битву против их мерзких сородичей.

Чем выше поднимался летающий корабль, тем больше Великих Кошмарных Существ прорывалось сквозь заслон трёх защитников — Нефис, Убийцы и Кукловода.

И тем сильнее страдали эти трое защитников.

«Сколько ещё?»

Санни не мог видеть, как высоко они поднялись, и слишком боялся протянуть своё ощущение теней вверх, чтобы найти четыре титанические борозды, оставленные на поверхности Гробницы Ариэля когтями какого-то неизвестного, нечестивого существа.

Но он знал: если они вскоре не достигнут этих отметин, они погибнут.

Чем больше бабочек умирали от его рук и рук тех, кто служил ему, тем больше фантомов этих жутких существ он мог призвать — а эти фантомы, в свою очередь, могли убивать больше своих ужасающих сородичей и пополнять Теневой Легион.

По крайней мере, в теории так и должно было работать, создавая порочный круг. И это действительно сработало… на короткое время.

Но когда Разрушитель Цепей погрузился в глубины