Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

Гамма упросила взять меня, «посмотреть, что это такое, химическая лаборатория?». Я, конечно же, согласилась. Пусть лучше за мной следит Гамма, чем кто-то другой, которого я не вижу и не знаю. А то, что за мной будут следить, я не сомневалась ни на секунду. И Гамма добросовестно делала вид, что первый раз видит такое чудо. Ага! А когда я сказала ей подать перманганат калия, она схватила пузырёк с марганцовкой не задумываясь! Но я, конечно, этого «не заметила». И ещё хорошо, что Гамма не волшебница. Она может быть прекрасной химичкой, но не разбираться в колдовских зельях.

- О, как хорошо ты всё растёрла! И я тоже! Теперь добавляем наши порошки в смесь. Что у нас дальше?

Я открыла книгу, на заложенной странице и сделала вид, что читаю рецепт. На самом деле я варила совсем другое зелье и по памяти, но Гамме об этом знать не обязательно.

- Проверь на клейкость. Что значит, «как»? Возьми стеклянной палочкой каплю раствора и потрогай пальчиками. Клейко? Замечательно! Теперь тщательно вымой руки, а я солью раствор с осадка. Отлично! Дай-ка мне вот этого синего порошка. Ровно одна мерная ложечка. Ой, кажется реторта разогревается? Не трогай её руками, вдруг обожжёшься? Хм! А она должна разогреваться? В книге об этом вроде не пишут …

Конечно, она должна разогреваться! Самопроизвольно. И это верный признак, что я всё делаю правильно. Но я добросовестно открыла книгу и вновь принялась перечитывать рецепт. Стараясь держать книгу так, чтобы Гамме был ясно виден заголовок: «Рецепт приготовления философского камня».

Это хорошо, что Кащей в прошлый раз мимоходом бросил: «Для тебя, думаю, будет сложновато». Значит, не удивится, что у меня ничего не получилось. Точнее, не получился философский камень. А то, что я хочу, вот-вот получится!

- Вроде остыло, – осторожно потрогала пальчиками реторту Гамма.

- Ой, даже не знаю, как быть … – растеряно покрутила я головой, – Продолжать ли? Ну, ладно! Авось, хуже не будет! Давай-ка добавим сюда вот этот жёлтенький порошок. И перемешаем. А теперь будем взбалтывать. Э-э-э … да, десять минут.

Я вновь открыла книгу и сверилась с текстом. Вроде бы. Потом отложила её в сторону и принялась делать другие смеси. Они пригодятся мне в следующий раз, но что я смешиваю и в каких пропорциях, Гамме знать не нужно. Я просто попрошу её подать «синий порошок» или «зелёные кристаллики». А почему нет? Она же не химичка ни разу? Как сама утверждала. Зачем же мне ей что-то объяснять? Всё одно – хи-хи! – не поймёт.

- Десять минут прошли, ваше высочество! – сообщила Гамма.

Слишком правильная речь! Русский человек сказал бы, «десять минут прошлО». Имея в виду время. Время – оно, моё. Значит, прошлО. А Гамма рассуждает прямолинейно. Минуты – они, мои. Значит, прошлИ. Нет, не русский человек!

Но, не скажи тогда Альфа об этом, может, я и внимания не обратила бы.

- Теперь фильтруем, – нерешительно сказала я, – На всякий случай.

Гамма поджала губы, явно сомневаясь в моих алхимических способностях, но спорить не посмела. Теперь в реторте отсвечивал серебристым отливом чистый раствор.

- Может, ещё подогреть? – словно колеблясь, я посмотрела на Гамму, – Как-то не так он выглядеть должен. Если верить рецепту.

Гамма посмотрела на меня, как на придурочную. Что меня очень порадовало. И поставила реторту на спиртовку.

- Ой! – «вспомнила» я, – У меня же в комнате остался букет ландышей! А мы собирались из них вытяжку делать! Гамма, милая, сбегай, пожалуйста, принеси!

- Вы не должны просить, ваше высочество, – поправила меня девушка, – Вы должны повелевать. А мы должны эти повеления исполнять.

- Тогда … живо принесла мне букет! – приказала я. И нахмурилась.

Гамму словно вышибло их комнаты. А раствор уже начал розоветь. Очень хорошо! И ещё, очень хорошо, что зелье, розовея, увеличивается в объёме. Когда Гамма вернётся, в реторте будет ровно столько же жидкости по объёму, сколько было. Она и не подумает, что я себе чуточку отлила. Совсем немного, но мне хватит.

Это зелье нельзя нагревать свыше пятидесяти градусов. Когда Гамма вбежала обратно, в реторте был бурый раствор с противными, блёкло-серыми хлопьями.

- А должен был быть светло-зелёный раствор со слабым запахом сирени, – печально сообщила я Гамме, грустно рассматривая реторту.

Гамма издали принюхалась и поперхнулась. Нет, не сирень!

- Ничего! Отрицательный результат, тоже результат! – чересчур громогласно и жизнерадостно сообщила я – Завтра будем пробовать снова!

- Но, завтра бал! – напомнила Гамма.

Я поморщилась.

- Значит, не завтра, а в следующий раз, – сделала я глубокомысленный вывод, – Ты тут приберись, наведи порядок. Пока я буду из ландышей экстракт извлекать.

- А раствор?

- Выплесни куда-нибудь. Зачем он мне? Явно же, что не получилось!

* * *

Ночью библиотека казалась ещё громаднее. Я катила на самокате и мне казалось, что путь мой будет длиться вечно. А мне вечно нельзя. Заклинание сна, наложенное на охрану, хоть и действенная штука, однако не слишком продолжительно. Может, и есть другое, большего срока действия, но я его не знаю. Мне, как боевой ведьме, важно проскользнуть мимо постов незамеченной, а не усыплять окружающих на неделю. Поэтому меня и учили тому заклинанию, а не другому. Эх, если бы ведьмы могли качественные порталы провешивать! Половины проблем не было бы! И я оттолкнулась ногой ещё сильнее.

А Гамма, наверное, немка. Она не только тщательно вымыла реторту, она это сделала трижды! И пузырьки с реактивами расставила в идеальную линеечку, все как один, этикетками наружу. И все пробирки, колбы, чашки и прочую химическую посуду вычистила до сверкающего блеска и расставила по местам. Точно, немка! Надо подумать, какие у немцев слабые струнки души, и попробовать на них сыграть.

А! Вот, наконец, и арка в зал, где хранится раздел номер тринадцать. И два ротвейлера на входе. Ну-ну! Сейчас узнаем, кто есть ху!

Я вскарабкалась на самый верх одного из стеллажей, вытащила из потайного кармана пробирку с розовой жидкостью и отхлебнула. Ну и гадость! Меня скривило. Однако, вкус знакомый. Тот самый, «напиток усмирения гадов». И я сильно оттолкнулась от стеллажа.

Ведьмы не летают. Но они прекрасно планируют! Я проскользила высоко над собаками и увидела, как две тени метнулись вслед за мной. Без звука. Это замечательно! Было бы куда хуже, если бы они залаяли. Теперь – подсветка.