Фантастика 2026-16 - Александр Петрович Нетылев

Килиан сам не знал, что искал. Потайную дверь? Загадку, открывающую тайный ход? Студиозус смутно подозревал, что если бы там было что-то подобное, это бы давно нашли. Но кто знает? Мало ли, какие случайности бывают в жизни.

Мало ли, какие случайности бывают в жизни. Именно эта мысль мелькнула в его голове, когда он вдруг услышал что-то похожее на голос сквозь толщу земли. Килиан бы, может, и не списал его на обман восприятия, если бы не странное, непривычное, но очень явственное тянущее ощущение в висках. Впоследствии, оглядываясь назад, он понимал, что в тот момент впервые почувствовал магию.

— …есть? — доносился отчаянный женский голос откуда-то справа, приглушенный землей и едва различимый, — Кто-нибудь?..

— Кто здесь? — громко спросил Килиан в ответ, — Как вы туда попали?

Голос не ответил. Кажется, загадочная женщина не могла различить его слов. А самое странное, что говорила она на одном из Дозакатных наречий, которые кроме ученых Университета никто бы и не понял.

По-хорошему, следовало бы вернуться и позвать на помощь. Но юноша побоялся, что не найдет этого места во второй раз. А может быть, сыграло свою роль и обыкновенное тщеславие: выставить себя единственным и неповторимым героем-спасителем — кто не мечтал об этом в шестнадцать лет?

Подобравшись поближе к стене расщелины, студиозус оперся на выступ в скале.

— Вы там?! Вы слышите меня?!

Ответа не было. Подумав, Килиан обвязал веревку вокруг пояса, в качестве страховки, на случай если упадет вниз. После чего стал простукивать стену. Теоретически он знал, что если за стеной пустота, удар по ней должен звучать по-другому. Следовательно, сопоставив звуки, он сможет определить то место, где за стеной скрывается помещение, а сама стена достаточно тонкая, чтобы проломить ее.

Удача улыбнулась ему где-то через минуту. К тому времени студиозус успел сдвинуться всего лишь метра на два влево, — но когда у тебя под ногами лишь десять сантиметров каменного уступа, отделяющие от падения в бездну, два метра — это не так уж мало.

Здесь горные породы составляли менее полуметра в толщину. Кроме того, определенные знания геологии позволили студиозусу понять, что это не была цельная скала: скорее какой-то очень-очень древний завал. Похоже, когда-то тут была пещера или что-то наподобие того, но впоследствии вход завалило обломками камней.

Что ж. Даже если источник голоса находился не в этой пещере, связаться с ним оттуда будет гораздо проще.

Для расчистки горных пород у него за плечом висела кирка на короткой рукояти. Правда, Килиан опасался, что из столь неустойчивого положения это займет час, а то и больше…

Но опасения не оправдались. Первый же удар оказался неожиданно удачным, как будто он сходу попал в уязвимое место. Всего на работу ушло минут двадцать пять — и это с учетом времени, понадобившегося, чтобы вновь занять позицию после того, как свалился с уступа и повис на страховке.

Наконец, пролом расширился до такой степени, что Килиан смог протиснуться внутрь. И как только его глаза привыкли к смене освещения, студиозус понял, что на этот раз мэтру Валлису все-таки придется пересмотреть свои взгляды.

Потому что это не была пещера. Древний, заброшенный туннель был выстроен не природой, но людьми. Стены и пол облицованы совершенно незнакомым материалом: не металл, не камень и уж конечно не дерево. Под потолком виднелись ржавые металлические контакты и осколки мутного стекла: остатки древней, не работавшей уже системы освещения.

Совершенно определенно, что Килиан обнаружил в Проломе Стефани руины Дозакатных. Опередив в этом и Элиаса, и мэтра Валлиса. На мгновение он позволил себе насладиться торжеством, прежде чем вернуться к более важному вопросу: кто же все-таки звал его на помощь на Дозакатном языке.

— Вы здесь?! — крикнул юноша, — Отзовитесь, если вы тут!

Он весь обратился в слух, и именно благодаря этому вовремя различил странный, угрожающий звук. Как будто телега со сломанным колесом, переваливаясь, катилась по коридору.

Полминуты спустя из теряющейся в темноте глубины коридора показался желтый огонек. Именно он издавал звук колес, — точнее, разумеется, не сам огонек, а то, что несло его на себе. Какая-то машина около полуметра в высоту, — при условии, что огонек был на самой верхушке. Различить контуры в таком мраке не представлялось возможным.

Когда машина вылезла на свет, Килиан смог разглядеть ее получше. Ржавый железный корпус, напоминавший по форме выпуклый круглый щит. Огонек был чем-то вроде единственного глаза, укрытого сверху металлическим же блюдцем. Передвигалось творенеи Дозакатных с помощью конструкции из шести колес, два из которых уже не крутились.

Не доезжая до студиозуса двух с половиной метров, машина остановилась. «Глаз» уставился на Килиана, после чего из недр корпуса послышался неясный звук — нечто среднее между шипением и треском. Продолжался он секунд десять, после чего машина выжидающе замолчала.

— Очень приятно, — ляпнул юноша, — А я Килиан.

Несколько секунд машина осмысливала его ответ, а затем снова зашипела. Ровно столько же времени и ровно настолько же непонятно.

— Я не понимаю, что ты пытаешься мне сказать, — развел руками студиозус.

Машина зашипела в третий раз. На этот раз шипение продлилось меньше раза в два. После чего огонек сменил цвет на красный, а из-под «блюдца» выдвинулись две трубки, напоминающих… пистолетные стволы.

За свою недолгую жизнь Килиан выработал ряд непреложных правил выживания, которые, по его мнению, следовало соблюдать любому, кто хочет дожить до старости. Не знаешь точно, что делает кнопка — не трогай её. Нужно лезть туда, откуда легко свалиться — потрать пять минут на то, чтобы подготовить страховочный трос. Не знаешь, что говорить, — наступи на горло своей гордости и попробуй помолчать и послушать.

А если кто-то наставил на тебя пистолет… Не жди, пока он выстрелит.

Машина открыла огонь, выпуская одну пулю за другой. К счастью, Килиан в свое время читал, что Дозакатные владели технологией огнестрельного оружия, которое не требуется перезаряжать после каждого выстрела, поэтому длинная очередь не стала для него сюрпризом. Метнувшись влево и вниз, студиозус пустил в ход то, что было у него в руках: кирку.

Удар пришелся в «блюдце». Острие пробило дыру в ржавом железе, пройдя в полудюжине сантиметров от «глаза». Охранник попытался развернуть в сторону Килиана то, что можно было условно назвать его головой, но не смог: застрявший инструмент блокировал ему возможность поворота. Это,