Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

побед, песен и газетных легенд, но рядом с ними трудно строить спокойную жизнь. Они принадлежат не дому, а опасности. Я же предлагаю вам союз, в котором ваша роль будет не приложением к чужой славе, а частью будущего государства.

Эльга посмотрела на него с некоторой жалостью.

— Ваше высочество, Ардор Таргор-Увир принадлежит не опасности, а долгу и чести. Это разные вещи, хотя со стороны иногда похожи, особенно если смотреть издалека, через газеты и чувство собственного превосходства. И самое главное, он не предлагает женщинам становиться приложением к его славе. Альда рядом с ним стала сильнее, Лиара — свободнее, а я, как ни странно, начала понимать, что принцесса может учиться не быть красивой печатью на чужом договоре, а человеком, который сам пишет договор и имеет силу заставить его соблюдать.

Тумир чуть подался вперёд.

— И всё же вы сравниваете меня с ним.

— Разумеется. Вы ведь для этого приехали. Было бы странно явиться свататься и обидеться, что вас рассматривают как жениха, а не как удачно пристроенный элемент международного пейзажа.

Эльга открыла папку, словно встреча действительно была одним из пунктов рабочего дня, и посмотрела на маленькую пометку на верхнем листе.

— Разница, если вам интересно, довольно проста. Вы вошли в эту комнату уверенным, что сумеете переломить ситуацию, потому что обычно женщины на вас реагируют правильно. Ардор в подобной ситуации сначала спросил бы, чего хочу я, выслушал ответ, затем, скорее всего, поспорил бы, потому что характер у него отвратительный, но саму возможность моего выбора под сомнение не поставил бы. Это очень важная разница.

— Вы считаете меня поверхностным?

— Я считаю, что вы слишком привыкли быть желанным призом. Это не вина, а недостаток воспитательной среды. Вокруг вас, вероятно, слишком редко находились люди, которым можно было не понравиться без последствий. С такими людьми вообще беда: они потом искренне удивляются, что лицо, титул и широкие плечи не заменяют содержания.

Камергер Тумира теперь смотрел в окно с таким усердием, будто там решалась судьба международного положения.

Принц медленно выдохнул.

— Ваше высочество, в Эльгаронне меня считали подготовленным к сложным переговорам, но должен признать, ваш стиль отличается от обычного дипломатического разговора.

— Я стараюсь не тратить своё и ваше время. Вы красивы, знамениты, спортивны, богаты, наследуете престол и, судя по тому, как держитесь, умеете нравиться. Всё это замечательно, но ни одно из этих качеств не отвечает на главный вопрос: зачем мне менять уже выбранный путь на вас? Пока вы принесли на стол только себя, а это, простите, не всегда достаточно, даже если вас дома убеждали в обратном.

— Это уже почти оскорбительно.

— «Почти» — очень важное слово, ваше высочество. — Принцесса чуть подняла голову, отчего показалось, будто она смотрит на него сверху вниз. — Оно означает, что я ещё стараюсь держаться в рамках, но граница всё ближе.

Он посмотрел на неё уже без улыбки, но не зло. Скорее впервые внимательно.

— А если я скажу, что приехал не только по расчёту? Что мне действительно интересно узнать вас, а не просто выиграть у егеря красивую принцессу?

Эльга чуть смягчилась. Не настолько, чтобы дать надежду, но настолько, чтобы не быть жестокой без необходимости.

— Тогда я скажу, что это стало бы гораздо лучшим началом разговора. Но у вас никогда не будет возможности второй раз произвести первое впечатление. Вы вошли сюда человеком, заранее решившим, что мой выбор можно переломить, потому что я юна, впечатлительна и, вероятно, недостаточно понимаю выгоду. Это не преступление, ваше высочество. Просто плохая исходная позиция. Особенно если разговаривать с девочкой, которую последние месяцы учили Альда, Лиара, Ардор и мой отец. После такого набора воспитателей красивые манёвры начинают выглядеть бедно, а иногда и просто смешно. Вдумайтесь, ваше высочество. Герцогиня свободно управляющая многомиллиардными процессами, девочка, выжившая в рабочих кварталах, и не потерявшая чести, засыпавшая с заточкой в руках, егерь способный в одиночку войти в подземную крепость и уничтожить банду наёмных убийц… Добавьте к этому самого успешного короля нашего мира, и подумайте где в этом месте ваши учителя?

Тумир откинулся на спинку кресла.

— Вы всегда так разговариваете с потенциальными женихами?

Эльга хихикнула.

— Вообще-то вы первый, но даже потенциальных женихов у меня сильно меньше, чем документов по обеспечению тыла лейб-гвардейских полков. И, честно говоря, документы намного полезнее. Они хотя бы сразу сообщают, где у них печати, подписи и скрытые риски.

Принц рассмеялся. На этот раз уже по-настоящему, без светской отделки.

— Кажется, меня только что поставили ниже бумаг.

— Не ниже. Просто папка пришла по делу, а вы пока в основном с надеждой на личное обаяние. Это неплохой инструмент, но вы не сможете с его помощью строить жизнь.

— Это жестоко.

— Это экономно, — возразила Эльга. — Жестоко было бы позволить вам месяцами думать, что вы выигрываете, а потом просто снять с доски.

Он посмотрел на неё ещё несколько секунд и вдруг стал серьёзнее.

— Значит, вы не дадите мне даже шанса?

Эльга закрыла папку.

— Принц, я не вещь, чтобы меня выигрывали шансами. И не крепость, чтобы меня брали осадой. Вы можете остаться в Шардале, участвовать в приёмах, говорить с моим отцом, с министрами, с кем положено по протоколу, да и вообще делать всё, что хотите. Мы можем встречаться в рамках протокола, если это нужно нашим домам. Но если вы спрашиваете, есть ли у вас личная возможность заменить Ардора Таргор-Увира в моём выборе, то я отвечу честно и твёрдо — нет. Вы даже близко не сравнитесь с ним. И чем быстрее вы примете этот ответ не как оскорбление, а как реальность, тем меньше ошибок совершите.

Тумир не сразу ответил.

Для человека, привыкшего побеждать легко, это было, вероятно,