Обратный отсчет - Токацин

9 день Льда, месяц Металла. Равнина, Дальний Край, Сфен Земли

— Пристегнись, — прошептал Айзек в наушник Гедимину. Тот поддел ремень пальцем и досадливо сощурился.

— Кто их ставил⁈ Они и полтонны не удержат…

Айзек молча дотянулся до ремня и защёлкнул карабин.

Под ногами, в недрах платформы, уже гудел двигатель; ещё секунда — и глайдер сдвинулся с места. Гедимин попытался оглянуться через плечо, услышал скрежет креплений и недовольно поморщился — ремни определённо были рассчитаны на филка, а не на ликвидатора в тяжёлой броне. «Кто их, всё-таки, ставил?»

Отсек качнуло — машина добралась до спуска и теперь медленно сползала с холма. Гедимин вспоминал многометровый слой гравия на пологом склоне, удерживающийся только под собственным весом, и снова пытался оглянуться на принайтованное чуть поодаль оружие. Его сфалт и плазмомёт Вепуата обернули защитным полем поверх креплений; управляющие стержни реактора были намертво зафиксированы, и Гедимин надеялся, что их всё-таки не вытряхнет на резком повороте.

— С нами кто-нибудь идёт? — вполголоса спросил Вепуат. — Не влетим в разлом?

— Калиг и Навкет идут с двух сторон, — ответил Айзек. — Тут недалеко, на самом деле. Просто время тянется медленно.

Машину чуть качнуло вбок на неровности рельефа, и напрягшийся Гедимин снова услышал хруст креплений. Он глубоко вдохнул и с трудом расслабил мышцы. «Едем. Платформа устойчивая. Айзек каждый день по два раза её гонял…»

— Подъём, — прошептал Айзек, прислушиваясь к движениям платформы. — Всползаем на холм.

Гедимин покосился на дозиметр — светодиод уже зажёгся, где-то рядом курсировала плотная стая червей-пирофор. Айзек, взглянув на прибор, облегчённо вздохнул.

— Портал готов. Прикройте глаза, голову вниз, — будет тяжеловато…

Глайдер приостановился. Гедимин посмотрел на дозиметр — пульсация червей постепенно перекрывалась другой, знакомой по первому перемещению. «Портал „светит“?» — сармат вспомнил, как внезапно отключился прибор при переходе, и снова оглянулся на обернутый защитным полем реактор. «Там ещё кусок рэссены,» — некстати вспомнил он. «Проверить на заражённость…»

— Sata! — вскрикнул Айзек, утыкаясь лицом в подставленные ладони. Платформа двинулась с места. Гедимин зажмурился, стискивая зубы, но это помогло слабо — глайдер уже трясло, и от разнонаправленных вибраций ныли суставы, и шевелилось что-то в сросшемся позвоночнике. «Реактор,» — сармат снова и снова представлял себе холодный зелёный свет, пронизанный блестящими колоннами. «Проверить реактор. Выдержал Равнину. Выдержит переход. Проверить…»

03 января 15 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

Услышав гул приоткрывающегося люка, Гедимин вздрогнул и открыл глаза, выставляя вперёд руку с генератором защитного поля. Крепления ремней заскрежетали. Кто-то щёлкнул карабином на его груди и сочувственно хмыкнул.

— Резко не вставай. Говорил же — он тяжело перенесёт переход. Со своими старыми шрамами… Вепуат, ты как? Осторожно, без резких движений…

— У-ух! — донеслось слева; лязгнула чья-то броня. — А если сюда макаку засунуть, — она вообще встанет?

Гедимин ухмыльнулся. Глаза он открыл, но легче не стало — всё вокруг затянуло серой дымкой, и от неосторожного поворота головы она уплотнилась до черноты. Вдохнув поглубже, сармат попробовал подняться. Палуба уже не тряслась, ноги вроде бы держали, вот только с видимостью было неважно. Сармат вдохнул ещё раз, пытаясь понять, что не так с воздухом.

Люк загудел громче, по пальцам потянуло прохладой. Гедимин развернулся к выходу и увидел в дымке серебристый силуэт.

— Парни, вы в порядке? — встревоженно спросил Кенен Маккензи, заглядывая в отсек. — Выйти сможете?

«Маккензи,» — Гедимин почувствовал, как губы растягиваются в нелепой ухмылке. «Земля. Выйти… снаружи станет легче. Воды бы… Да, сфалт… не забыть сфалт.»

Он развернулся к скамье — и сам не понял, как оказался у скрежещущей переборки. Скрежетала она от его когтей — сармат цеплялся за неё, медленно сползая на палубу. Встряхнув головой, он кое-как выпрямился и уже тогда услышал взволнованные возгласы Кенена и Айзека.

— Сфалт, — прошептал он, выглядывая сквозь туман два параллельно закреплённых цилиндра. Смутно понимая, что лучше не наклоняться, он опустился на палубу и нащупал крепления. Выдернув сфалт из-под защитного поля, он крепко прижал его к груди. Тяжесть холодного металла в руках непонятным образом успокаивала.

— А я сразу сел, — донёсся сбоку голос Вепуата. — И вставать что-то не тянет.

— А чего ты хотел? — издалека, похоже, снаружи долетел голос Айзека. — Первый нырок — и сразу на неделю! Тащи теперь медиков и тележки… или хочешь атомщика на руках нести?

Гедимин, досадливо щурясь, в два рывка поднялся на ноги и перекинул сфалт за спину. В глазах немного прояснилось, но за переборку он на всякий случай держался. «Гварза… он ещё и за штурвалом был,» — мелькнуло в мозгу. «Он-то жив? И как Айзек каждый день по два раза…»

— На руку опирайся, на руку! — прикрикнули на него, едва он протиснулся в люк. — Нашёл время показывать гордость!

— Ты меня не удержишь, — отозвался Гедимин, щурясь на яркий свет. «Белый какой-то. С просинью. Отвык от местных ламп…»

Кто-то вскрыл его респиратор, и по лицу хлестнул морозный воздух. Гедимин закашлялся. «Холод. Зима. Здесь ещё зима. Воздух… один окислитель вместо трёх. Почему вкус металла? Лёгкие порвало?»

— Нормально, нормально, — услышал он голос Гварзы. — Два-три раза туда-сюда — и будут выходить на своих ногах. Дай им пересидеть минут пятнадцать. И воды принеси.

«А при первом переходе было легче,» — думал Гедимин, сидя бок о бок с Вепуатом на краю тележки и чувствуя, как тянет холодом по мокрой макушке и загривку. Слабость постепенно отступала. Он осторожно огляделся — вокруг был ангар, непривычно огромный после тесных отсеков лаборатории и низкого свода шатра. Гварза и Айзек как ни в чём не бывало обсуждали что-то у отогнанной в сторону машины, там же топтался и Маккензи, натянувший поверх шлема что-то с меховыми хвостами. «Как старейшина Скогнов,» — Гедимин нелепо ухмыльнулся и снова отхлебнул из фляги с водой. «Искупаться бы. Может, даже без скафандра. В холодной, в горячей и опять в холодной.»

— Понятно, почему Айзек всегда такой измотанный, — тихо заметил Вепуат. — Два раза в день вот так переходить… Надо будет с ним поменяться. После таких прыжков точно не до науки…

Гедимин досадливо сощурился. «Верно. Как я-то не сообразил⁈ Надо Айзеку сказать — я погоню машину. От меня всё равно толку нет. А он, может, чего наисследует.»

— Ну что, продышались? — широко улыбнулся Маккензи, увидев, как Гедимин поднимается