Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

Лериан вышел на открытое пространство. Его лицо исказила не ярость, а глубокая, почти болезненная озабоченность.

— Что не нравится? Элронд, да мы все прекрасно знаем Кселу, её методы и подход к решению проблем! Ты поручаешь спасение Творцов той, кто при первой же возможности хватается за насилие и разрушение! Она не станет плести хитроумные интриги или организовывать тихие похищения, а устроит кровавую баню вокруг каждой статуи! Кровь имперских солдат, а возможно, и невинных инициируемых, потечет рекой!

Он обвел взглядом зал и продолжил:

— И что мы получим в итоге? Не спасенных братьев, а лишь новый виток ненависти со стороны Империи! Обычные жители, которые до сих пор относились к нам если не с симпатией, то хотя бы с безразличием, увидят в нас не жертв, а безжалостных убийц! Нам не нужна эта ненависть! Мы и так балансируем на грани выживания!

Слова Лериана нашли живой отклик. По залу прокатился одобрительный гул. Многие Творцы, особенно те, кто придерживался более консервативных взглядов, одобрительно кивали, их лица выражали поддержку.

Элронд выслушал, не перебивая, и медленно кивнул.

— Твои опасения, Лериан, понятны и, признаюсь, отчасти справедливы. Но я считаю, что ты преувеличиваешь. До такого не дойдет.

Он перевел взгляд на Кселу, затем снова обвел взглядом собравшихся.

— Мы с Кселой провели долгий и откровенный разговор. Четко очертили границы дозволенного, и она приняла мои условия. Более того, — Элронд сделал паузу, подчеркивая важность следующей фразы, — только у нее есть необходимые артефакты и опыт для проведения операций такого масштаба и сложности. Без них наши шансы на успех равны нулю.

Лериан скептически покачал головой.

— Необходимые артефакты? Какие же? Неужто те самые шаловливые игрушки, что оставляют за собой лишь горы трупов и выжженную землю?

В этот момент заговорила Ксела. Ее голос был тих, но обладал такой металлической силой, что его услышал каждый.

— Ты ошибаешься, Лериан. На сей раз речь не о разрушении, а о сокрытии.

Легким, почти небрежным движением она метнула в его сторону небольшой предмет. Лериан поймал его на лету, и пальцы сомкнулись вокруг знакомого мне кольца из темного металла.

Он поднес его к глазам. Брови Творца медленно поползли вверх, отражая на лице каскад эмоций: сначала недоумение, затем удивление, и, наконец, тяжелое, неохотное признание.

— Кольцо Скрытого Шага? — прошептал он. — Ты… наладила их массовое производство?

Кселе, казалось, доставляла удовольствие его реакция. Она смотрела на него, словно кошка, играющая с мышкой, и ее улыбка стала еще шире, хищнее.

— Не совсем. Эти артефакты, — она обвела рукой просторный зал, — не для всеобщего пользования, но их достаточно, чтобы сформировать мобильные группы. Благодаря им наши воины смогут неделями вести скрытое дежурство у статуй, наблюдая за Инициациями. Риск быть обнаруженными сведен к нулю. Они станут невидимыми тенями, готовыми в любой момент выхватить новорожденного Творца из-под самого носа имперских системщиков. Без шума, суеты и лишней крови.

Она сделала театральную паузу, наслаждаясь моментом.

— Теперь, Лериан, я задам тебе тот же вопрос. Можешь ли ты предложить идею или технологию, столь же эффективную и, что куда важнее, осуществимую в сжатые сроки? Если да, — она развела руками, — я с радостью уступлю тебе свое место и все ресурсы. Но, — ее голос зазвенел сталью, — провал недопустим. На кону жизни наших братьев. Каждая секунда промедления — смерть очередного Творца. Так что говори. Я жду.

Лериан замер, сжимая в кулаке кольцо. В его глазах метались мысли, словно рой пчел: варианты, контраргументы, просчеты. Он был блестящим теоретиком и изобретателем, но его творения требовали времени и ресурсов, которых у нас не было. Секунды тянулись мучительно. Наконец, с глубоким, надломленным вздохом, он опустил голову и коротко, почти срываясь, отрицательно качнул ею.

— Нет. — выдохнул он. — Ничего столь же эффективного и готового к немедленному применению у меня нет.

Резким движением он вернул кольцо Кселе. Она поймала его с той же небрежной ловкостью.

Победа оставалась за ней. Лериан, сраженный ее козырем, молча вернулся на свое место, его плечи выражали глухое, бессильное раздражение. Ксела же, словно и не было короткой, но яростной стычки, вновь повернулась к собравшимся. Ее поза изменилась: из вызывающей и хищной она стала собранной, почти торжественной.

— Братья и сестры. — начала она, и ее обычно холодный, отстраненный голос наполнился непривычной проникновенностью. — Я прекрасно понимаю ваши сомнения и опасения и осознаю всю тяжесть ответственности, которая легла на мои плечи. Знайте: я не вижу в этом назначении личной победы или шанса для авантюр. Для меня это — долг. Тяжелый, кровавый, но необходимый.

С пламенным, фанатичным блеском в глазах, она положила руку на грудь.

— Обещаю вам: я сделаю всё возможное, чтобы Империя прекратила уничтожать наших братьев! Каждый Творец, носитель нашей крови — будущее. Мы не можем позволить им его уничтожить!

Она говорила страстно, убедительно. Я видел, как ее слова находили отклик. Напряженные, недоверчивые лица Творцов смягчались, в их глазах загорался ответный огонь. Она говорила на их языке — боли, потерь и желания защитить своих.

— Как сказал мне Элронд, — продолжила Ксела, — имперский приказ вступает в силу завтра. А через неделю начнутся первые централизованные Инициации. Времени на раскачку, на споры и сомнения — нет! — она с силой сжала кулак — Я обращаюсь ко всем вам. К каждому, кто обладает идеями, знаниями, навыками или просто желанием помочь. Приходите ко мне. Днём или ночью. Я найду время для каждого, выслушаю. Потому что сейчас нет ничего важнее этой миссии! Наше выживание как вида зависит от того, сможем ли мы пополнять свои ряды!

Ее слова, подкрепленные демонстрацией реальной силы в виде колец, нашли мощный отклик. Творцы смотрели на Кселу уже не со страхом, а с затаенной надеждой. Даже шепот, долетавший до меня, изменил тональность.

— … может, и правда сможет…

— … кольца… это меняет дело…

— … нужно помочь, грех стоять в стороне…

— … главное — результат…

Неужели они поверили в её внезапное перевоплощение из безжалостной анархистки в ответственного лидера? Вокруг собрались взрослые, опытные люди, закалённые в горниле преследований. Они должны были понимать: слова — лишь ветер. Человека судят не по речам, а по делам. А последние поступки Кселы, её философия и ледяная жестокость кричали об обратном!

Но, видимо, отчаянное положение и блестяще разыгранная ею карта с кольцами затмили голос разума. Люди жаждали чуда, искали спасителя, и Ксела мастерски надела эту маску.

Я сидел, сжимая кулаки. Внутри бушевал протест, но я молчал. Высказаться