Фантастика 2026-194 - Мария Геррер

Марчук все еще не вернулся в Старополье, зато прислал две весточки. В первой он подтвердил вину барона, выдающего ложные подорожные, так что губернатор при поддержке графа Порываева возьмет немалую мзду за потворство душекрадам и, скорее всего, отберет пару деревень, передав их во владение государя. Во второй Аверий написал, что нашел Горана Середоху и сейчас преследует его, запросил пару Молотов в подмогу. Молотов! А не своего подопечного Карницкого! Разве не обидно?

Да еще командор Старопольского отделения запретил Карницкому выезжать из города по запросам. Словно не доверял ему. Словно Адриан без Марчука ничего не стоит. В деле с балаганом же быстро управился, пусть оно и пустое было, отписки составил — любо-дорого читать.

Так что Карницкий был зол и раздосадован. И волосы проклятущие уже отросли до такой длины, что нужно решать: отращивать обратно до благородного хвоста или снова стричь под картуз. Адриана злило, что он вообще об этом думает, ведь сомнений быть не должно. Он уже остриг волосы и отказался от дворянства, пусть пока лишь на словах.

Отхлебнув горячего чая, Карницкий резким жестом развернул «Ведомости» и принялся читать недавние новости. Высочайшие указы о награждениях и пожалованиях титулами и чинами — скучно, награды никогда не касаются Граничного Ордена. Банковские объявления о признании векселей от некоторых лиц недействительными, тоже мимо. Продажа имений или желание их купить. Оповещения о помолвках и свадьбах среди дворянства.

— Не туда смотришь, — сказал Жданко, устав наблюдать за нервно переворачивающим страницы Адрианом. — На первый разворот глянь.

Там была всего лишь одна статья, зато какая. В ней говорилось о «волнениях умов» в столице из-за недавнего случая, потрясшего все Бередарское царство. Некий помещик из уездного города С. потерял всю семью и родовое имение из-за безответственных действий Граничного Ордена. Мол, Орден умудрился упустить опасного иномирца, пока тот неделю бесчинствовал на наших землях, а в конце и вовсе уничтожил имение помещика вместе с его сыном, дочерью и зятем. Дворяне Белоцарска написали ходатайство государю, чтобы тот ограничил вольности Ордена. В конце статьи автор осудил неподтвержденный оговор Граничного Ордена, но сделал это чисто из приличия и вскользь, зато слова помещика, в котором легко угадывался Медянский, и текст ходатайства привел полностью.

— Еще немного, и они будут писать о преступлениях Ордена! — вскрикнул Карницкий.

— Уже пишут, — хмыкнул Жданко.

— Медянский, стервец такой! Нет бы радоваться, что жив остался. К тому же неизвестно, были его дети живы тогда или нет. Аж до царя дошел, поганец мелкий.

— Пока вы там в лесах звезду искали, он здесь вовсю барагозил. К губернатору ходил, к графу Порываеву и прочим дворянам.

— И что граф? — заинтересовался Карницкий. Всё же он графью дочку застрелил.

— А ничего, выслушал жалобы и выпроводил восвояси. Видать, не захотел влезать в это дело.

— Вот почему так? — посетовал Адриан. — Василь, который возница, тоже потерял и семью, и дом от того же попаданца, но он почему-то не обвиняет нас. Наоборот захотел помогать. А Медянский вместо благодарности козни строит, словно не понимает: не станет Ордена, и таких смертей будет намного больше.

— Ну, — равнодушно заметил Жданко, — чужая душа — потемки. Кто знает, может, старик умом двинулся.

Карницкий перечитал статью, еще раз перекипел гневом и отшвырнул газету.

— «Ведомости» же под государевым приглядом выходят. Неужели царь тоже думает, что мы плохо дело свое делаем?

— Да не всё ли равно? То политика, пусть ее наверху решают. Наше дело маленькое: попаданцев жечь.

Ну да, чужаков жечь, здешних отпускать, от недовольных дворян отбрехиваться.

Дверь в колчанную отворилась, и вошел озадаченный чернильник с бумагой в руках.

— Тут из Пикшиков дед приехал, говорит, что в их лесах кто-то бродит. Скорее всего, там может вовсе никого не быть, слишком уж путано и зыбко выходит.

— А что там? — спросил Жданко, подымаясь на ноги.

— Из Пикшиков? — переспросил Карницкий.

— Да, чухейская деревня. Судя по всему, дед уже сталкивался с Орденом, потому доверяет нам. А говорит, будто кто-то ходит по лесу близ деревни. Воочию его никто не видел, но вроде как он рыбу из вешек забрал, пару кур украл и кой-какую утварь.

— И никто его не видел? — усомнился Жданко.

— Нет. То ли он по ночам бегает, то ли еще чего.

— Может, это кто-то из своих ворует? — спросил Карницкий.

— Может, — пожал плечами чернильник, — но старик клянется бородой, что никто в деревне у своих красть не станет.

— Дожили, — проворчал Жданко, — деревенские кражи расследуем. Скоро улицы мести начнем. Ладно, показывай того деда.

Карницкий хотел тоже глянуть на старого чухея, да нельзя оставлять колчанную без Стрелы. Чухеи… Знал он одного чухея, деда Нокая, который несколько дней колесил с тем страшным магом меж деревнями, нарочно запутывал, чтобы Орден успел их догнать. Там еще беда вышла из-за того, что никто, кроме Нокая, на общем языке не говорил.

И тут Карницкий подскочил, едва не бросившись снова в архив. В том старом деле с заблудившейся морданкой не всё было