Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

в коридоре. Потом – вдруг! я и не заметила как – я оказалась в своей постели в комнате, в общежитии. И Алина поила меня из кружки чем-то ужасно пахучим. Я безропотно глотала и не чувствовала вкуса. «Поплачь, Васька!» – убеждала меня Алина: «У нас, у баб, любое горе слезами прочь выходит!». Я никак не могла понять, зачем я должна плакать? Всю жизнь не плакала, а тут меня принуждают плакать. Зачем? Потом оказалось, что уже утро. Странно, утро, вроде бы, уже было? Или ещё будет? Мысли путались.

Алина тянула меня куда-то за рукав, а я не понимала, куда. Потом Алина кормила меня с ложечки. И я опять кушала не понимая, что я ем и зачем вообще это делаю. Потом я опять провалилась в темноту. И опять. И опять.

В темноте было хорошо. Уютно и спокойно. И никто не теребил, требуя чтобы я что-то делала. А потом меня словно молнией ударило. Как от заклинания. И я всё вспомнила. И подскочила на постели. Почему я на постели? Вроде бы светлый день. И где Алина? Ладно, потом разберёмся. Торопливо оделась и побежала.

Я бежала по коридору, а навстречу мне бежала растрёпанная ведьма. Ах, да! Это же просто зеркало! Обычное зеркало в коридоре. Которое в полный рост. Я подошла поближе и с интересом присмотрелась. Да, это я. Ничего не изменилось. Я, Васька. И никакая я не Фиалка. И это правильно. Волосы, как всегда, в причёске «Вольный ветер», глаза привычного голубого цвета, ни разу не фиолетовые, только почему-то глубоко запавшие. И на щеках подозрительная бледность. Пустяки! И не такое переживали. И ещё переживём. Я счастливая, я живого чиграна видела. И я побежала дальше.

Я сидела на своей кровати, когда в комнату решительно распахнулась дверь.

- Вот что! – с порога начала Алина, – Хватит хандрить! Я понимаю, на тебя навалилось всякого. Столько потерять! И Ваньку, и кусочек души, и мечту, и котёнка и …

Русалка осеклась и уставилась на меня. Я гладила чёрного котёнка, а тот блаженно жмурился, лёжа на подушке.

- Э-э-это то, что я думаю? – почему-то Алина стала слегка заикаться.

- Да, – радостно улыбнулась я в ответ, – Это Горюн.

- Правда?!

- Глаза разуй! – пробурчал котёнок, потягиваясь, – Не видишь, что ли?

- Как?! – осела на свою кровать русалка.

- Очень просто, – ответила я, – Видишь ли, я вспомнила, что у меня есть обязательства. Которые не переложить на чужие плечи. И я побежала к фее Салсе, просить её провесить портал. У ведьмы портал неустойчивый, это все знают. А уже у феи выяснилось, что у меня появилось новое свойство. Я могу быть и ведьмой и волшебницей. Как захочу. Сейчас хочу ведьмой. Мне так привычнее. А у феи, для пробы, стала на время волшебницей. Ну, она так попросила. И у меня получилось. Хоть так, хоть эдак. Как пожелается. И мы с ней прописали параметры портала. Ты в курсе, что она раньше прокладывала портал в ту комнату? Ну, где бой был? Вот она мне нужные параметры и прописала. И я сотворила портал. Когда я была ведьмой, портал был нестабильный, а у волшебницы – то что надо. И я шагнула туда, в ту комнату.

- Одна? – не поверила Алина.

- Ну, вообще-то мы собирались шагать вместе с феей, – пояснила я, – Но Салсу отбросило, когда она сделала шаг вперёд. А меня нет. Мы потом с ней обсудили это. Тут много причин. Одна из них та, что пространство за порталом перековеркано моим заклинанием. Моим. Ну и значит, это пространство как бы считает, что я – «своя». А все остальные – нет. Понимаешь, если я своя, то и сил на портал у меня уходит немного, и препятствий для прохода нет. Ну, вот. Прошла я в портал и нашла котёнка. Совершенно целого, только самый малюсенький кусочек правого ушка отколот. И вытащила его обратно. И оживила. Как птичку, помнишь?

- Не может быть! Тебя мы оживить, как птичку, не могли!

- Глупая девчонка! – еле слышно пробурчал Горюн, – Ей говорят, а она не верит!

- Мы с Салсой это тоже обсудили, – примирительно объяснила я, – Тут дело вот в чём: Кащей превратил котёнка в камень заклинанием «Взгляд василиска». А уже потом ударила я. И всё, что не камень, то окаменело. А на камни, конечно, не подействовало. Они же и так – камни! Получается, если бы Горюн был котёнком, когда я колдовала, мы бы его расколдовать, может, и не смогли бы. А так как он был не котёнком, а камнем – смогли! Повезло. Я вообще, везучая.

- И … и что теперь?..

Действительно, что теперь? Я встала и подошла к окну. За окном моросил дождь. Нудный, мелкий и противный осенний дождь. Выматывающий душу. Мне вдруг стало тяжело дышать и я распахнула створки окна. Дождь, словно обрадовавшись, забарабанил сильнее. Я чувствовала, как радостно поливают моё лицо мелкие, холодные капли.

Простите, люди добрые, но что же это получается?

Я не принцесса. Ну, ладно. Тогда, кто же я?! Аида сказала, что Кащей не врал. Тогда получается … что я и впрямь кащеева дочь? Но тогда я отцеубийца?! Ой, мама моя! Я прислушалась к себе. И, знаете что? Если бы я знала заранее, что я дочь Кащея, я всё равно его убила бы! Но, разве можно убить Кащея? Вон, королева наша, Марья Васильевна, чем не Кащей? Или, правильно, Кащеиха? Как легко она отправила на смерть маленькую ведьмочку! Как легко решила вопрос с замужеством принцессы! Как легко взяла в заложники целую семью Ваньки Дуракова, не оставив ему, по сути, выбора! А я? А Ванька? А наша любовь? Но, разве волнуют коронованных особ такие глупости? Они решают вопросы кардинально. Как Кощей. А значит, можно ли быть уверенной, что Кащей убит?.. Если Кащеев вокруг столько развелось?!

Леший с ними, с Кащеями! Плевать мне на них! Но за что они так со мной? У меня была только одна мечта. Маленькая, глупая, извечная бабская мечта. Любить и быть любимой. Жить с любимым человеком и рожать от него детей. И где это всё? Все мечты растворились в этих противных, холодных дождевых каплях!..

И, неожиданно для самой себя я начала говорить вслух. Не спрашивайте, откуда брались слова. Не знаю.

- Промокли люди и дома,