Отставной экзорцист 2 - Михаил Злобин

майор наверняка бы рассмеялся. Однако у него не было такой поразительной способности, как у Людмилы. Это она умела отрешаться от реальности. Иной раз складывалось впечатление, что внутри девушки с непростой профессией жил невероятно оптимистичный и мечтательный ребёнок, который даже в покойниках умудрялся найти нечто живое. Для неё трупы были кем-то вроде приятелей или молчаливых гостей. Неоднократно офицер заставал её беседующей с ними прямо в процессе работы.

Ну вот такой необычный защитный механизм. Кто-то оберегает свою психику, всячески отстраняясь от дерьма, что творится вокруг. Старается эмоционально дистанцироваться, заставляя себя видеть в мертвецах не людей, а объекты и материалы для работы. А вот Люда, вопреки всему, шла от обратного. Она каждого своего подопечного окружала абсурдной нежностью и заботой, будто пыталась компенсировать им весь тот холод и отчуждённость, с которыми они столкнулись после гибели.

И этот метод работал. От мысли, что когда-нибудь и сам Фирсов попадёт Людочке на секционный стол, становилось немного легче, ведь в её присутствии даже смерть переставала быть пугающей бездной, а представлялась какой-то тихой гаванью. По-своему уютным местом, где царят умиротворение и долгожданный покой.

— Лукошкина-а-а! Новенькие поступили! Уже сгрузили в прозекторской! Лукошкина⁈ Ты где⁈ — разнёсся по коридору громоподобный окрик заведующей.

— Ой, Дмитрий Сергеевич, извините, мне пора! — спохватилась судмедэксперт. — Мои лапушки меня заждались. Если понадоблюсь, вы обязательно забегайте! Пока-пока!

Затолкав трупы обратно в холодильные камеры и забрав свои распечатки, Людочка умчалась куда-то в пропахшие спиртом и дезраствором недра городского бюро.

Майор поглядел вслед убегающей девушке и задумчиво покачал головой. Всё же она редких качеств человек.

Покинув здание и прочавкав ботинками по коричневой жиже, в которую уже превратился недавно выпавший снег, Фирсов сел в служебный автомобиль.

— Саша, в управление едем, — дал он распоряжение водителю.

Стоило только зарычать мотору, а транспорту неспешно тронуться, как майор погрузился в собственные размышления. Этот долбанный Бугров оказался прав в своих дерзких заявления. Всё вышло ровно так, как он и предсказывал. Теперь бы понять, откуда у него информация?

Впрочем, этот гражданин весь из себя представляет сплошную тайну. Фирсов ведь успел изучить досье, собранные на задержанных сотрудников «Оптимы». И тем удивительней стало открытие, что тремя опытными солдатами, бо́льшая часть послужного списка которых засекречена даже для МВД, командовал какой-то драный счетовод!

Хотя, стоит признаться, майор уже при первом взгляде на Бугрова понял, что он тёртый калач. Не так давно он каким-то чудом в один день получил разрешение на гражданское ношение оружия вместе с мандатом летальной обороны второй категории. Да ещё со стобалльным результатом в ситуативном тесте.

Опытный полицейский сразу заподозрил неладное и принялся копать в этом направлении. Однако документы, подгруженные в базу аттестационным центром, оказались в полнейшем порядке. Комар носа не подточит. Дополнительно ещё прилагалась и видеофиксация в высоком качестве, что исключало вероятность подлога. Экзамен действительно сдавал Бугров собственнолично.

Надо отдать должное, стрелял этот субчик отменно. Поразительная меткость, контроль оружия и скорость реакции. Равных ему во всей системе МВД по стране едва ли сотня человек наберётся. Да и те не с бухты-барахты свои регалии получили. Они годами тренировались, сжигая килограммы пороха, чтобы достичь таких результатов. А этот хрен ни в одной базе огнестрельных тиров не числится…

Но даже не в этом крылась самая большая загадка. Ведь вживую Бугров производил ещё более странное впечатление. У него были глаза человека, который за жизнь успел повидать много грязи и мерзости. И в своём предположении Фирсов был абсолютно уверен, поскольку такой взгляд рано или поздно появляется у всякого, кто годами тянет лямку непростой службы. Кто видит тысячи смертей, кто ежедневно окунается в склизкие нечистоты пороков и ужасов, порождаемых социальным дном человеческого общества.

Майор на своем веку встречал множество людей. Умных и глупых, жестоких и добрых, расчётливых подонков и неискушённых простаков. Естественно, среди них часто попадались и лицедеи, которые всячески старались казаться теми, кем не являлись. Но со временем Фирсов научился читать их всех. Он раскусывал любую игру за несколько реплик и пару минут наблюдения.

Во многом именно этому своему редчайшему дару полицейский дослужился от простого участкового до должности заместителя начальника «Отдела-С» — специального отдела управления оперативными силами ГУВД. И сделал Фирсов это без знакомств, без взяток и без влиятельных родственничков.

Иными словами, своему профессиональному чутью майор привык доверять. Однако Бугров стал первым, на ком оно дало сбой. Его тяжёлый взгляд, непрерывно сканирующий обстановку, обманчиво расслабленная поза, чрезмерно уверенная манера разговора. Он создавал впечатление человека, который прекрасно знаком с системой изнутри.

Признаться, когда конвой привёл Бугрова, офицер, грешным делом, подумал, что это какая-то ошибка. Ну не вязался образ представшего перед ним человека с офисным клерком! В первое мгновение Фирсов даже заподозрил в задержанном родственную душу — такого же старого служаку, каким был и сам полицейский.

Обычно все предположения, которые майор выстраивал, наблюдая за человеком, находили в той или иной мере отражение в фактах. А здесь же первоначальным выводам противоречило буквально всё. Начиная от возраста Бугрова и заканчивая его подтверждённой биографией.

Но даже после аргументов, с которыми невозможно было спорить, интуиция продолжала твердить обратное. А невообразимо дерзкие замашки Бугрова только подкрепляли подозрения. Он вёл себя так, будто это Фирсов перед ним стоял в наручниках. Надо же иметь столько наглости, чтоб подобное заявлять!

Как бы там ни было, а шестое чувство офицера билось в истерике, упорно продолжая видеть в заурядном счетоводе волкодава, который натянул на себя овечью шкуру, но не озаботился тем, чтобы спрятать клыки.

Вот и кому тут верить? Глазам или интуиции? А ведь раньше майор считал их одинаково непогрешимыми…

В кармане кителя затрезвонил смартфон, вырывая из объятий напряжённых раздумий. Офицер бегло глянул на дисплей и смахнул вбок иконку ответа.

— Фирсов, слушаю! Уже отработали по этой треклятой шиномонтажке? Молодцы. Ход событий восстановили? Ну? И? Всё, что ли? Мать твою за ногу, как это не выявлено⁈ Вы чё там, с дуба все рухнули⁈ А чем же это машину в боксе так размочалило, как не взрывом? В смысле, «не могу знать⁈» Кто это знать-то должен⁈ Тётя Мотя? Или дядя Петя, а⁈ Ищите! Хоть носом бетон ройте, но родите мне вменяемое объяснение! Я генералитету о чём докладывать должен⁈ Всё, отбой!

Эмоционально сбросив вызов, майор так сжал в руке мобильник, что пластиковая крышка жалобно заскрипела. И снова в памяти возникла наглая физиономия Бугрова: «И вот когда вы все окончательно запутаетесь, а руководство