Проект «Валькирия» - Владимир Валериевич Стрельников

— Нет, Феоктистыч! — покривил губы Саргенто. — Пусть пока поразвлекаются, твари. Напоследок. Надеюсь, у земляков хватит ума самим с ними разобраться... Тут жёстче беда — на «Десятке» полный разгром! Дикие вошли в подпространство и раздолбали все орбиталы. И связные, и боевые. Ребята из отдела товарища Дансарана говорят, что на поверхности там сейчас ещё жарче. Мочат твари наших почём зря. Здесь только успевают всплески уходов мёбов-партизан фиксировать... Помнишь, я говорил тебе про вспышки разума в океане вселенной? Так вот эти ребята чувствуют смерти наших товарищей на Земле-10. А помочь мы им ничем не можем. Почти. Уже весь отряд Солдат Сумерек там. Рубятся на низких орбитах и в подпространстве с истребителями Диких. Как над Кубанью в сорок третьем. Главное, психоматрицы пацанов сейчас пачками безвозвратно теряем!

— А что было над Кубанью?

— А, ну да! Там в 1943-м разгорелись самые ожесточённые сражения за господство в воздухе. Люфтваффе, наконец, проиграло.

— Понятно. А сейчас что?

— Да вот придётся нам разведку боем провести. Мы, получается, чуть ли не единственные специалисты нужного профиля тут остались. В общем, так! Учёные Метрополии не так давно выяснили, откуда Дикие приходят.

Сафонов молча слушал. Кажется, кончилась его спокойная передышка в сказочном мире будущего.

— У каждого русла есть так называемые «карманы» или «заводи». Что-то вроде маленького пузырька отдельной реальности, держащегося за большую. В обычное время входа-выхода меж ними нет. Как правило. Но при определённых условиях его можно открыть. В общем, враг научился это делать. Именно в «карманах» он устанавливает контуры межпространственных переходов, накапливает орды, а затем массово выводит в захватываемый мир.

— Остроумно! Но отсюда-то мы что сможем им противопоставить?

— Есть мнение, что наиболее крупные «карманы» едины для всех или хотя бы нескольких соседних миров. Как очертания континентов везде почти одинаковы. Так что можно попробовать отсюда выйти к действующему контуру Диких и уничтожить его. Сразу прекратится поступление подкреплений на «Десятку». Да и здесь появления вражеских диверсантов можно не ждать.

Антиграв тем временем пошёл на посадку. Правда, больше это походило на простое падение или крутое пике.

— А почему голыми?! — заорал Борис, перекрывая шум инерционного кровотока в ушах.

— Нельзя ничего отсюда! Там сделаем!!

Вот значит почему его учили изготавливать примитивное оружие.

* * *

Проникновение в «карман» прошло буднично и непонятно. После того, как они вчетвером выпрыгнули из антиграва, аппарат свечой ушёл ввысь и присоединился к полукольцу собратьев, прикрывавших операцию с воздуха. Товарищ Дансаран немного походил по большой лесной поляне и радостно помахал им рукой. Оказалось, в траве скрывался старый фундамент. Не то отдельный дом тут стоял когда-то, не то вообще таёжный хутор.

— Выковыривайте камни! — распорядился шаман. Именно так Сафонов классифицировал специалиста неведомого ему отдела, воспринимающего «волны океана вселенной». Насмотрелся на его более диких собратьев за годы службы в Заполярье.

Узнав, что товарищ Дансаран собрался установить в этом месте обоо — культовую насыпь из камней и веток, Феоктистов предложил сделать это гораздо левее. Специально походил по тайге и выбрал небольшую, сплошь заросшую кедрачом высотку. Конечно, таскать туда камни было в разы сложнее, но Сафонов полностью доверял инструкторам. Кстати, у него складывалось ощущение, что комары и гнус их почти не донимали. А вот североморцу доставалось. Вскоре он уже чуть не наощупь ходил по тайге со скальными кусками, которые практически голые балтийцы с помощью сучьев и мускулистых рук выковыривали из древней кладки.

Часа через два обоо, наконец, достиг высоты человеческого роста. Товарищ Дансаран решил, что этого вполне достаточно. С десантного антиграва спустили трос со страховочной обвязкой, которую балтийцы помогли закрепить на шамане. Затем сняли с себя последние ремни и, на манер ленточек, повесили на верхушку каменно-деревянной насыпи. Борису ничего не оставалось, как последовать их примеру. Затем специалист начал свои пляски с бубном, мало отличавшиеся от заполярного камлания.

Сафонов как-то пропустил момент, когда тайга перед ним чуть изменилась. Зато его точно уловили балтийцы. Они с двух сторон подхватили подшефного и после мощного прыжка вперёд рухнули куда-то в траву. Краем глаза Борис заметил, как стремительно начал взмывать ввысь шаман, похоже, выдернутый антигравом. При этом он так и не выпустил из рук свой бубен и колотушку. Профессионал!

— Держи его! — приказал Саргенто и резко рванул куда-то вперёд.

— Отползай влево! — тут же спокойным шёпотом скомандовал Кабо и помог сместиться метра на два в сторону от точки падения. Впрочем, предосторожность оказалась излишней — их так и не заметили. А вот впереди начался бой. Странный, сюрреалистичный, совершенно не подходящий концу XXвека. Среди деревьев и зарослей кедрового стланика мелькали силуэты древних всадников в шкурах и металле. Вооружённых явно холодным оружием. Среди них выделялось светлое пятно обнажённого Феоктистова. Старший космонавт уже как влитой сидел на низкой косматой лошадке, скорее всего трофейной, вращал над головой что-то длинное и жутко выл по-волчьи. Местные его атаковали. Сердце Бориса сжалось... Но тут картинка исчезла. Зубров влепил прямо в лицо горсть земли с сухими хвоинками и сильно растёр.

— Вон туда! Спрячься под куст и весь намажься грязью. Тут делов-то... На десять минут.

Он уже был вооружён большой сухой веткой с остатками хвои. Убедившись, что Сафонов понял, сам затаился в гуще стланика. Там загорелое тело космонавта мало отсвечивало. Борис дисциплинированно занял указанную ему позицию и тщательно растёр себя почвой. Так хоть часть гнуса прокусить не сможет! Пока он этим занимался, послышался топот нескольких лошадей, шедших галопом. Так мчаться по густой чаще можно только спасая жизнь. Он заметил, как Зубров с силой швырнул ветку и тут же метнулся куда-то за ней. Оказалось — прямо в седло местному всаднику. Космонавт ловко оседлал пригнувшегося шкуроносца, странно дёрнулся, словно пытаясь вскочить, и тут же упал на него вновь... Они исчезли из поля зрения. Всего мимо пронеслось пять всадников. Крайним скакал Саргенто. Как заправский скиф он держался за круп лошадки, не имевшей стремян, одними ногами и выцеливал преследуемых из натянутого небольшого косматого лука!

Прошло около получаса. Звуки схватки затихли, и им на смену пришёл обычный шум тайги — шорох хвои, лёгкий гул ветра в кронах, потрескивание и пересвист птиц. Сафонов решил перебраться ближе к месту проезда конницы. И вскоре обнаружил первый труп. Это был явно тот, кого «оседлал» Зубров. Прежде всего бросалась в глаза