Дело о разбитом сердце - Наталия Журавликова

И тут же, разумеется, неподалеку остановился служебный кабриолет, за рулем которого сидел бесстрастный водитель.

— Прыгай! — скомандовала я собачке. Фил отряхнулся, подняв тучу брызг. Водитель покосился на него, но ничего не сказал. Боялся, что его укусят, причем не Филби.

Ехать было недолго. Я с любопытством осматривалась, в эту сторону меня еще не возили. От многоквартирных домов мы удалились в сторону одноэтажных «деревяшек». Что-то вроде их частного сектора, видимо. Правда, не было там ни участков по десять соток, ни даже заборчиков. Максимум небольшие оградки для цветников. Домики были чистенькие разноцветные.

Вскоре кабриолет затормозил у строения с фасадом нежно-сиреневого цвета. Так, кажется, работу Жерардины Новес никто не подменял, именно такие оттенки она предлагала и для униформы сотрудников отдела.

Выйдя из машины, я бросила водителю:

— Подождите нас!

Филби кинулся за мной следом, ему хотелось побегать по мягкой изумрудной лужайке у дома.

Громко постучав, я позвала:

— Жерардина Новес? Это детектив Бренда Холмс.

За дверью заскрежетало, потом образовалась щель на ширину цепочки. Я увидела блестящие то ли от страха, то ли от возбуждения глаза.

— Тише! За нами могут наблюдать!

Дверь открылась и меня быстро втянули внутрь помещения. Я только успела подумать, что мисс Новес не зря поместили в лечебницу поправить нервишки. Только, кажется, выпустили слишком рано.

Мне стало страшно. Вдруг она психическая, а я к ней сама пришла? Хорошо еще, что Лафер в курсе, кабриолет ждет на улице и вообще, страшная зверюга успела проскочить под ногами, пока Жерардина меня в дом втаскивала.

Филби с интересом принюхивался.

— О, вы даже ищейку привели! — обрадовалась подозреваемая.

— Я всегда прихожу во всеоружии, — сказала я многозначительно, сделав упор на «оружии».

— Это хорошо, потому что на меня могут напасть. Я чувствую! Слишком близко подобралась к нему, да.

— К кому же, мисс Новес? И почему решились меня позвать? — я сделала строгое лицо, как у моей учительницы географии в школе. В списке беспощадных циников она могла бы уверенно занять место между моим любимым доктором Хаусом и Круэллой.

— Как только я вышла из целительской, мне передали конверт с вашим позывным, сказали что вы меня разыскивали, — отчиталась Жерардина.

Ага, значит я оказалась права.

— А теперь верните мне его! — велела я. — Это очень, очень секретная инфомация.

Новес кивнула и пошла искать конверт, а я получила возможность осмотреться.

Внутри домик был разделен на три комнаты, видимо здесь это считается стандартом жизненного пространства для одного человека. Шикарные условия. Мы стояли в гостиной, которая так же как у меня была совмещена с кухней.

Из мебели тут было два дизайнерского вида комода из светлого ореха, большой обеденный стол, тоже стильный, в тон всему остальному. Уютный диван и два кресла выглядели призывно. Так и хотелось в чем-нибудь из этого утонуть. Филби, не церемонясь, в одно кресло и запрыгнул.

— Филби, нельзя! — сделала я псу замечание. Он поджал уши, но хозяйка любезно заметила:

— Пусть сидит. Тут и так полно волос. Сейчас Герарда в отъезде, а когда она здесь, то все в ее шерсти.

— Кто такая Герарда? — спросила я.

— Моя кошка, очень пушистая. Пока я лечилась, она жила у моей подруги.

— Если у вас тут так все запросто, могу я тоже присесть? — и я выразительно посмотрела на Жерардину из-под упавшей на лоб рыжей пряди. Собраться-то не успела толком, и обычный пучок, свойственный Бренде, не скрутила. А ее волосы между прочим очень хороши. Зачем она их утягивала все время, спрашивается?

— Да, конечно, — торопливо кивнула Жерардина, — заодно проверите, не подложил ли он мне взрывчатку туда.

Моя пятая точка зависла, не успев опуститься на мягкую площадку кресла.

— Что, простите?

— Ну… да, у меня высокий уровень тревожности, — повинилась подозреваемая, — вот ваш конверт. Возьмите. Все равно я наизусть номер запомнила.

Протянув руку, чтобы принять у нее документ, я все же плюхнулась в кресло. И не взорвалась. У кого-то тут паранойя.

— Итак, мисс Новес, — пробуравила я ей страшным взглядом переносицу, — и кто же вас собирается убить?

— Конечно же, Матиас! — выпалила Жерардина.

От неожиданности я икнула. Что за мания у всех Колера обвинять?

— Какие у вас основания подозревать коллегу в подобных зверствах? — спросила я, и кажется, это прозвучало с упреком. Нравится он мне, что поделать. Очень непрофессионально, я понимаю. Но я в теле стервы меньше недели.

Жерардина Новес со вздохом присела на подлокотник дивана.

— Вы ведь знаете, с каким диагнозом я загремела в целительскую?

Я кивнула:

— Расстройство из-за стресса. Вы отправились на лечение буквально перед убийством Хомера. А до этого страдали от нервной горячки.

— Так и есть.

— На вас так повлияло назначение Григора Хомера, которого вы считали бесталанным? — поинтересовалась я.

— Да, наверное, — что-то в ее реакции показалось мне подозрительным. Вроде бы она даже не сразу вспомнила о конкуренции в отделе.

— Подождите, а откуда и когда вы узнали о смерти вашего начальника?

Если пациентке неврологии сообщают такие вещи, у меня большие вопросы к их главному знахарю.

— Тоже вчера. Мне при выписке осторожно очень обо всем рассказали. А потом еще успокаивали. Если бы стало хуже после таких новостей, оставили бы на пару дней подольше. Но я справилась!

Что-то у меня сомнения насчет последнего. Эвон как шейка-то дергается.

— И я сразу поняла, что Матиас — тот, кто расправился с Хомером, а раз его еще не арестовали, значит нет веских улик. Но когда вы со мной поговорите, эти улики у вас появятся.

— Даже так? Тогда почему мы время тянем? — раздраженно спросила я, уверенная, что она сейчас начнет нести ерунду.

— Хорошо, давайте к делу. Чаю хотите?

Я вначале хотела сказать, что не до него сейчас, но передумала. У меня сегодня и завтрака не было.

Жерардина побежала заваривать чай, но в процессе щебетала:

— Стресс у меня был, потому что обстановка в отделе сделалась просто невозможная. Матиас каждый день шипел на Григора. Нет, это вроде как даже вежливо звучало. Но знаете, так недобро! И когда Хомер нам давал распоряжения, и вроде как интересовался, мол, коллеги, как вы собираетесь выполнять задание, Матиас всегда дерзко спрашивал: «А вы сами не знаете?»

— И поэтому вы думаете, что он — убийца? — спросила я с сарказмом.

— Не только!

Жерардина разливала чай по кружкам. Пахло обалденно.

— У меня еще есть пирожные с персиковым джемом, — похвасталась Жерардина.

Я согласилась. Исключительно, чтобы поддержать контакт с подозреваемой и расположить ее к откровенности. Ну и потому что у меня рот слюной наполнился, а это говорить мешает.

— Так