Пернатый страж, или Осторожно, мой ворон кусается! - Лия Юмай

— Да... Эта фраза Селин меня преследовала всю ночь. “Нож вошёл так легко, будто он резал масло...”

Прогоняя ночной кошмар, я тряхнула головой.

— Знаете что, госпожа Лаиш? Уверен, ваша интуиция следователя не подводит вас. Селин определённо лгала.

— Надеюсь, Реми уже задержан. Я отправила магическое письмо господину Велору ещё вчера. Надо обыскать дом Гарденсов.

Крау одобрительно кивнул.

— И госпоже Гарденс лучше не показывать, что мы не поверили ей.

...

В десять часов утра мы уже вернулись в Лорвен.

Начальник полиции Эммет Велор, как и предполагал Крау, пребывал в состоянии разгневанного быка, готового броситься на любого.

Первым делом он хлопнул по столу ладонью:

— Это самоуправство, госпожа Лаиш! Ни в какие рамки просто не входит! — его ноздри раздувались. — Я знаю, кто вас надоумил без моего одобрения ехать в Сорбит!

Глаза сузились, уткнувшись в фигуру Крау, с невозмутимым видом подпирающего дверной косяк.

— Позвольте возразить, господин Эммет... — начала я.

— Не позволю! — как только у него рука не болит от этих хопков по несчастному столу.

Но я была настроена решительно, и, слегка повысив голос, продолжила:

— Господин Эммет, дело не требовало отлагательств. Если бы я дождалась начала рабочего дня, чтобы спросить вашего разрешения, мы опоздали бы на поезд. Менталист Арт Дан Яр завершил бы свои сеансы, и никто бы не узнал правду!

— Какую правду, госпожа Лаиш? Кто ранил ножом вашу подругу? Вы полагаете, это столь важно, если она погибла совсем от другого?

— Это гораздо важнее, чем кажется на первый взгляд. Мне нужно разрешение на обыск в доме Реми и Селин Гарденсов, — я произнесла это, не отрывая взгляда от налитых кровью глаз Велора, но ужасно хотелось зажмуриться в ожидании новой тирады.

Однако Велор замолчал. Он тихо забарабанил пальцами по столу. Я знала: он взвешивает риски.

— Сгорел алтарь, гори и храм! — махнул рукой Велор, вытаскивая из стопки чистый лист с гербовой печатью. — Наворотили вы дел, госпожа Лаиш. Реми и Селин задержаны. Назад дороги нет. Если вы не найдёте при обыске ничего важного, скандал гарантирован.

— Но Селин призналась! То, что проклятие “чёрное сердце” убило Бекки быстрее, чем ножевое ранение — чистая случайность. Реми Гарденс — убийца.

Велор закончил писать и морщась, потёр виски.

— Посмотрим, госпожа следователь. Ступайте с глаз моих. Вечером с докладом ко мне.

Его перо с треском воткнулось в чернильницу, будто ставя точку в нашем разговоре.

...

Через тридцать минут по дому Гарденсов уже сновали полицейские под недовольным взглядом знакомой нам горничной Мэг.

С трудом мне удалось усадить её на кухне для допроса. Рэмонд поглядывал на неё с недоверием, наверное, помнил, как она гонялась за ним с полотенцем.

— Вспомните хорошенько. Куда могли деться столовые приборы “Экзотика”?

Мэг нервно облизала губы.

— Не знаю я, госпожа! Лорд Гарденс велел их все собрать и унёс.

— Куда?

— Да хоть убейте! — Мэг в отчаянии всплеснула руками. — Не видела я, куда.

— А зелёное пальто видели?

— Да что вы заладили одно и то же! Не видела я ничего, говорю же...

— Подвал в доме есть? — перебил её причитания Крау.

— Есть, — пробормотала она. — Как не быть-то?

— Ведите! — мы сказали это почти одновременно.

Мэг вручила нам две лампы: шаровидные сосуды с живыми искрами внутри. Их холодный голубоватый свет лизал каменные стены, оставляя за нами дрожащие тени.

Горничная провела нас в небольшую кладовку, с трудом подняла кольцо, утопленное в полу, и открыла люк. Мы спустились по довольно крутой лестнице. Холод, тут же окутал всё тело, пробирая до костей.

— Да здесь ледник! — вырвалось у меня.

Крау снял свой сюртук и накинул мне на плечи. Шерсть ещё хранила тепло его тела.

— Вы же... — начала я, взволнованно глядя на его тонкую рубашку.

— Вороны морозоустойчивы, — буркнул он.

В подвале пахло пылью, затхлостью, и чем-то металлическим. Здесь хранилась старая мебель, накрытая чехлами. Мы внимательно осмотрели всё помещение, даже заглянули в старый шкаф. Ничего подозрительного не обнаружили.

“Эммет меня точно уволит!” — с отчаянием подумала я, стуча зубами.

— Мэг, скажите, здесь всегда так холодно?

— Я сюда лет пять не спускалась, не знаю, — пожала плечами Мэг.

Укромных уголков не осталось, и, разочарованная, я отправилась к лестнице.

— Постойте, госпожа следователь, — позвал меня Крау.

Он зажёг спичку, пытаясь определить, откуда идёт этот жуткий сквозняк.

— Мэг, а за этой стеной что? Дом кажется гораздо шире. — он провёл пальцем по каменной кладке.

— Не знаю, господин. Я же вам не... хитектор какой!

— Архитектор? — уточнил Крау, не отрывая взгляда от стены.

— Вот-вот.

Мы созвали всех. Обследовав стену, решили, что за ней ещё помещение. И вход где-то точно должен быть. Полицейские простукивали каждый камень, пока Аксель не закричал откуда-то сверху.

"Здесь! Лестница как брат-близнец!"

Вход во второй подвал он обнаружил в холле чёрного хода. Спуск казался ещё опаснее, а лестница круче. И причина ледяного сквозняка тоже нашлась. Маленькое разбитое окно, снаружи затянутое плетущимися розами.

В этом подвале наше внимание сразу привлёк сундук. Чёрный, с облупившейся краской, он занимал половину помещения. Сердце вдруг застучало так гулко, словно увеличившись и сводя меня с ума удвоенным набатом.

Крау откинул крышку сундука, и она тяжело ударилась о стену.

А там — оно. Зелёное пальто.

На мгновение мне показалось, что под ним я увижу тело Бекки.

Рэмонд помедлил, глядя на меня, и я, не выдержав, сама подняла ткань и тут же в ужасе отшатнулась, наткнувшись спиной на тёплую фигуру стража.

Два тела, почти в обнимку, застывшие в вечном сне. Я вдруг представила, как пальто скользит с плеч Бекки, а потом... становится саваном.

— Мэг, вы узнаёте этих людей? — Крау понял, что я не в состоянии сейчас, и спросил сам.

Горничная тряслась крупной дрожью, прикрывая рот рукой. По её щекам заструились слёзы.

— Это лорд Алан Гарденс, брат Реми. И... его жена. Но как же... как же? — она судорожно всхлипнула. — Они же уехали... Клянусь, господин, я ничего не знала!

23

Обед прошёл почти в полной тишине. Я даже не заметила, что нам подали на этот раз. Каждый думал о страшной находке, и о том, как же это всё произошло. Реми Гарденс, по крайней мере, находился под арестом, как и Селин. Одиль вместе с сиделкой осталась в Сорбите, готовая приехать, когда понадобятся её показания.

Подкрепившись и собравшись с силами, мы отправились в прозекторскую. Да, я нарушила свою клятву не есть перед походом в обитель смерти и нашего экстравагантного эксперта.