Фантастика 2026-16 - Александр Петрович Нетылев

эгоизму. Как будто орден Ильмадики должен был стать для него компенсацией за униженное положение бастарда. Но ведь это неправильно. Орден Ильмадики был создан, чтобы освободить ее из заточения, и не вправе он был требовать чего-то еще. Тем более чего-то столь жалкого.

Впрочем, даже если так, важную роль играло и то, кто именно стал Первым Адептом вместо него. Любого другого человека Килиан бы принял, не ропща.

— Пойми меня, пожалуйста, — прочитав его мысли, Владычица ободряюще улыбнулась, — У каждого есть свои сильные и слабые стороны. Ни один из моих Адептов не сравнится с тобой в науках и волшебстве. Не думай, что я не ценю этого. Но для лидера необходимы совершенно иные качества; в первую очередь умение ладить с людьми. Скольких ты привлек в мой орден, троих? А он — почти два десятка.

— Как ты вообще нашла его? — задал первый пришедший на ум вопрос Килиан, прогоняя мысли о несправедливости такого состязания.

Справедливо, несправедливо, — какая разница? Главное результат. И от него этих результатов было недостаточно. Он подвел Владычицу.

Эта мысль засела в его голове, как стрела с зазубренным наконечником.

— За счет воспоминаний в твоей голове, — пояснила богиня, — Мне стало интересно, что за человек, к которому ты испытываешь столько злобы. Да, я понимаю, что тебе было бы неприятно подчиняться ему. Я понимаю, как тебе тяжело, и ценю твои жертвы. Поэтому я разрешаю тебе действовать в одиночку, — там, где это возможно.

— Спасибо, — ответил юноша, но голос его был совсем невесел.

Как будто даже теперь то, кто он есть, делало его существом низшего сорта, чем все эти благородные, законные аристократы. Даже здесь, в Ордене, то, что он не был воспитан как знатный господин, делало его хуже других.

— Кто знает, — как бы в пространство задумчиво произнесла Ильмадика, — Возможно, твои научные познания окажутся ценнее и принесут нам больше пользы, чем его лидерские качества.

Килиан на это надеялся. И очень хотел делом подтвердить это.

Годом ранее…

В этот день Ильмадика была непривычно мрачной и задумчивой, что закономерным образом повлияло и на настроение Килиана. Как будто мрачная туча накрыло солнце, освещавшее его жизнь.

— У меня новости, — сообщила она, что по понятным причинам было не таким уж частым событием, — Все это время мы были не единственными, кто готовил освобождение.

Она прошлась по гроту, что, как уже запомнил Килиан, означало особую степень волнения.

— Лефевр Кузнец Войны все это время готовил собственный культ. Его сторонники с помощью его магических и технических знаний захватили власть в каком-то мелком эмирате, после чего объединили под своей властью практически целый континент. Теперь он планирует вторгнуться в Идаволл, чтобы добыть координаты Гмундн.

Килиан задумался:

— Но ведь это хорошо, разве нет?.. Нет… По тебе непохоже, чтобы это было хорошо. Значит, я чего-то не учитываю. Чего?

Богиня грустно улыбнулась:

— Ты ведь помнишь, что Закат случился из-за того, что Лефевр боялся предательства со стороны других Владык? Думаешь, тысяча лет в заключении уменьшила его паранойю хоть немного? А кроме того, есть еще одна деталь. Он владеет чарами, которые позволят ему вызвать ядерный распад органической материи. С их помощью можно уничтожить любого из нас и забрать наши силы себе. Если его адепты освободят его первым, едва ли я смогу рассчитывать на свободу. Скорее на уничтожение.

Чародей медленно кивнул:

— Значит, нам необходимо ускориться. Или… нет.

Он вдруг улыбнулся, чувствуя, как на глазах формируется план действий:

— Мы можем использовать его в своих интересах. Знаешь, как говорят? Сыр из мышеловки достается второй мышке.

Улыбка Владычицы была довольно неуверенной, но кажется, его энтузиазм поднял настроение и ей.

Килиан надеялся, что она верит в него хоть на сотую долю так, как он верит в неё.

— У тебя есть план? — спросила богиня.

— Для начала мне нужно знать, что собирается делать Лефевр, — заметил Килиан, — Ты, похоже, неплохо знаешь его. Чего от него следует ожидать?

— Лефевр груб и прямолинеен, — ответила Ильмадика, — Он гениальный ученый, но подход к решению проблем у него скорее воинский. Главное, на что он полагается, это превосходство в численности и вооружении. Своим адептам он дал технологии и магию, во многом превосходящие то, что я смогла дать вам. Ваша отстающая на семьсот лет армия не сможет противостоять им.

Ученый медленно кивнул:

— В таком случае, нас ждет война с превосходящим противником. Как минимум, я попробую сфальсифицировать древние записи, согласно которым в Гмундне находится то, что может спасти нас в такой ситуации.

— Если только твой отец не решит, что даже опасность завоевания не стоит риска освобождения Владык, — заметила богиня.

— Отец не решит этого. Он одержим благом своей страны. Это — его величайшая цель, и выше нее он не поставит ничего и никогда. Он рискнет, если не будет видеть иного выхода.

— Хорошо, — кивнула она, — Будем считать, что тебе виднее. Думаю, освободившись, я смогу прийти на помощь. Я бессмертна; при необходимости я смогу сразиться со всем культом Лефевра одновременно.

Килиан потер подбородок:

— Но все же, мне не хотелось бы доводить до такой крайности, — неохотно признал он.

Какая-то часть его, наоборот, хотела, чтобы Леандр Идаволльский оказался загнан в угол и вынужден был просить помощи у него. Но все же, Килиан давно уже не романтизировал войну. Он любил говорить, что ему плевать на других людей, но все же… Все же что-то в нем не желало соответствовать этой установке. Что-то в нем желало избежать побочных жертв. Не совесть, понятное дело: откуда совесть у презренного бастарда? Может быть, какое-то своеобразное понятие справедливости, — хотя юноша затруднился бы объяснить, в чем оно заключается.

— Как именно Лефевр начнет атаку? — спросил ученый, — Он просто без объявления войны высадит войска на берегах Идаволла?

— Вряд ли, — покачала головой женщина, — Скорее всего, он попытается сперва решить дело одним стремительным ударом.

— Мы можем использовать это, — заметил Килиан, — Все, что нам нужно, это три вещи. Первое, адепты Лефевра должны узнать координаты Гмундна. Второе, отец должен осознать опасность того, что они доберутся до Тюрьмы Богов. И третье, кто-то из нас должен оказаться в числе тех, кого отправят помешать им.

Под «кем-то» он, разумеется, подразумевал себя. И даже