Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

Совету закрытый доклад под личной печатью властителя. Пятое. Сокрытие выявленного объекта или программы после сегодняшнего решения считается сознательным нарушением трактата.

Герцог Харгона спросил:

- Вы хотите поставить всех под взаимный надзор?

- Под собственную ответственность, - ответил Логрис. - Надзор придёт туда, где властитель не справится сам или сделает вид, что не понял.

Меорский князь открыл свою папку.

- Формулировку о внутренних проверках нужно ограничить. Иначе любая соседняя держава начнёт требовать доступа в чужие архивы под предлогом трактата.

- Согласен, - сказал Логрис. - Внутренняя проверка проводится государством самостоятельно и по своим протоколам и правилам. Совет получает только закрытый доклад. Внешняя инспекция назначается отдельным решением, если доклад вызывает сомнения или появляется новый материал, или в случае если такую помощь запрашивает сам глава государства.

Эндорийский князь добавил:

- Нужен отдельный пункт о медицинских учреждениях и благотворительных фондах. Под видом лечения, реабилитации и помощи слишком легко прятать то, что не выдержит честного названия.

- Включим, - сказал Эльгароннский король и начал писать.

Витильский властитель поднял два пальца.

- Старые имперские объекты тоже отдельной строкой У нас половина опасных мест числится заброшенными. Это удобная ложь для министерств.

- Включим, - повторил Эльгароннский король.

Дунгос почти не участвовал. С каждой новой поправкой ему становилось яснее: Совет уже не возвращается к вопросу, существовала ли лаборатория. Совет решал, как оформить последствия и как заставить остальные державы вскрывать собственные опасные места до того, как оттуда придёт очередная катастрофа.

Наконец Лайсана подвела итог.

- Совет признаёт наличие оснований для начала процедуры чрезвычайной проверки по Гиллару. Корвенский объект передаётся под совместную трактатную охрану. Материалы, доставленные Шардалом, принимаются как первичные доказательства. Гиллар временно отстраняется от закрытых технических заседаний Совета до завершения расследования. Все державы, входящие в Балларийский трактат, обязуются провести внутренние проверки объектов, архивов и программ, подпадающих под сегодняшнюю формулировку. Сокрытие после этого решения будет рассматриваться как сознательное нарушение трактата. Возмещение Шардалу будет оформлено отдельным решением после медицинского и правового заключения по подполковнику Таргор-Увиру.

- Шардал принимает, - сказал Логрис.

Дунгос поднял голову.

- Гиллар заявляет протест.

Эльгароннский король не отложил пера.

- Протест будет приложен к протоколу. Процедуру он не останавливает. – Он поднял голову. Но возможно вы захотите выйти из-под защиты Балларийского Трактата? – Он внимательно посмотрел на Дунгоса. – Нет? Я почему-то так и подумал.

Проекция Дунгоса дрогнула. Король Гиллара явно хотел сказать ещё что-то, но рядом с ним, видимо, наконец появились люди, успевшие сообщить, какую часть архива Корвенского комплекса унёс Ардор. Его лицо изменилось, и образ погас без обычной завершающей формулы.

Некоторое время зал молчал, и король Инис сказал.

- Логрис, вы понимаете, что после этого решения каждый из нас получит дома тяжёлый разговор с собственными министрами и военными?

- Да.

- И именно этого вы хотели?

- Я хотел, чтобы этот разговор начался до того, как архивы превратятся в подземные залы с живыми стабилизаторами.

Инис кивнул, принимая ответ.

Герцог Харгона встал.

- Шардал снова принёс Совету проблему, которую нельзя отложить.

- Я бы с удовольствием принёс что-нибудь приятнее, - сказал Логрис. - Но мои соседи почему-то прячут не цветочные оранжереи.

Лайсана едва заметно усмехнулась, затем посмотрела на Талиса.

- Подполковник Таргор-Увир сможет дать показания комиссии?

- Врачи требуют покоя, - ответил Логрис. – А Ардор считает, что врачи преувеличивают. Его жёны напротив, считают, что врачи правы, но государство всё равно виновато. Я предлагаю дать ему сутки.

- Разумно, - сказала Лайсана. - Живой свидетель полезнее легенды.

Логрис закрыл папку.

- Он не легенда. Он офицер, который сделал свою работу. Слово «легенда» оставим газетам, способным испортить любую новость.

На этом открытая часть заседания закончилась.

Эфирные образы погасли один за другим. Властители, прибывшие лично, выходили почти без разговоров. После такого заседания любой коридорный обмен сразу выдавал, о каких собственных подвалах думает тот или иной государь. В зале остались шардальцы, закрытые контейнеры, Талис с папками и Логрис, смотревший на стол с документами так, словно перед ним лежала не Корвенская обсерватория, а карта мира с опасными отметками под каждой столицей.

- Ингро, - сказал он наконец.

- Ваша милость?

- Начинайте внутреннюю проверку у нас. Широко и глубоко. Министерство эфиристики, старые медицинские программы, частные фонды, академические архивы, закрытые кафедры, законсервированные объекты, всё, к чему Корнрас мог прикоснуться через третьи руки.

- Уже начато, ваша милость.

Логрис посмотрел на него.

- Конечно. Поэтому я терплю вашу привычку отвечать до вопроса.

- Она экономит время.

- И старит королей.

- Ваша милость держится гораздо лучше большинства.

Логрис устало провёл ладонью по лицу.

- И найдите мне Корнраса.

- Найдём.

- Живым, если получится.

Талис сделал короткую паузу.

- После того, что он сделал с Ардором, это будет сложно объяснить некоторым людям.

- Объясните им, что мёртвый Корнрас - закрытая дверь, а живой - дорога к тем, кто стоял выше. Я хочу знать, где в этой истории заканчивается Орден Песочных Часов и начинается его кукловод.

Талис впервые за всё заседание ответил не сразу.

- Вы уверены, что здесь есть Ларнас?

- Нет, конечно. Но такие вещи редко делают только люди, обиженные на королей. За ними часто стоит тот, кто считает себя выше всех корон. А такое заведение у нас одно.