Обратный отсчет - Токацин

Часть 5

17.01.15 — 20 день месяца Земли. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити — Равнина, Сфен Земли, долина Элид

17 января 15 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

— Как думаешь, — Вепуат, заскучав, вертелся на ящике и уже второй раз порывался встать; Гедимин старался на него не смотреть — от одного вида его трепыханий в глазах темнело и начинало мутить. — Нхельви ещё сидят у портала или вернулись к холму? Им вообще объяснили, сколько часов нас не будет?

Гедимин равнодушно шевельнул плечом. Штабель ящиков, на который он перевёл взгляд, плавно качнулся и поехал куда-то вбок, и сармат снова уставился себе под ноги. Издалека, словно сквозь туман, доносились до отвращения бодрые голоса — Айзек обсуждал что-то с Кененом Маккензи, изредка вставлял пару слов Гварза. Вепуат снова зашевелился на ящике, встал на ноги, выждал секунду, радостно хмыкнул и пошёл к ним. Гедимин закрыл глаза.

…Филк-медик мельком глянул на кровесборник, снятый с руки сармата, положил его в ящик с уже наполненными и развернулся к Вепуату, ожидающему у двери.

— Эй, ликвидатор! Этот твой коллега, — ты ведь знаешь, что с ним неладно? Ждёшь тут… знаешь, что он сам не дойдёт? Ну и что с ним, а?

— Сам видишь — ничего, — Вепуат с недовольным прищуром кивнул на кровесборники. — Кто тут медик, ты или я? Ищи что-то по своей части, найдёшь — лечи. А по мне — с Гедимином всё в порядке.

— И поэтому ты третью неделю водишь его под руку, — медик насмешливо фыркнул и смерил Гедимина подозрительным взглядом. — Посмотри мне в глаза… ага, теперь покачай головой. Тошнит?

— Нет, — буркнул ремонтник. Его, и правда, уже не мутило при резких движениях — полчаса на зимнем воздухе без шлема всё-таки «проветрили» ему мозги — но по привычке он старался особо головой не махать.

— Пункцию бы тебе сделать, — пробормотал филк, разглядывая лицо сармата — как тот надеялся, ничего не выражающее. — Ладно, посмотрим, что в крови, и уже по результатам…

Гедимин, выйдя на улицу, облегчённо вздохнул, и его снова потянуло снять шлем. Снаружи было холодно; щётки ледяных кристаллов хрустели под ногами — там, где шли двое ликвидаторов, ещё не пробежала толпа и не протоптала дорожку. Гедимин нашёл на горизонте Юпитер, прищурился, высматривая спутники, и довольно хмыкнул — по крайней мере, здесь ничего за прошедшие недели не поменялось.

— Ядро Сатурна… — Вепуат обеспокоенно хмурился и жался к Гедимину, недовольно глядя на всё вокруг. — Этот медик — с него станется нас сдать. Вызовут тебя на пункцию посреди недели, а ты на холме, Текк’тов дрессируешь…

Гедимин поморщился.

— Скажем Маккензи. Пусть он думает. Такие вещи ему проще уладить.

…Через три часа беспокойного сна Гедимин открыл глаза, прислушался к негромкому шуму за дверью склада и поднялся с матраса. Вепуат не шевельнулся — похоже, ему спалось спокойнее.

— … и пусть он их отстреливает, — услышал Гедимин, едва вошёл в комнату, голос Иджеса. — Зимой будет патрулировать, а на лето мы его уберём. Ничего там сложного — сканер и турель…

Сармат взял со стола сфалт и направился к двери, рассчитывая прошмыгнуть вдоль стены — но к нему уже обернулись.

— Атомщик! — Иджес с радостной ухмылкой шагнул навстречу. — Ты очень вовремя. Объясни им…

Гедимин качнул головой.

— Я вниз. Работа.

Несколько секунд он думал, что Иджес пойдёт следом, но нет — до туннеля ремонтник добрался один. Внутри было тихо, поверхности немного запылились — никто не заходил в лабораторию и даже не прикасался к оружейным стойкам «запасного полигона». «Тем лучше,» — Гедимин выставил трёхслойные экраны и взялся за корпус сфалта. «Значит, прожигатель… Стержни не трогать, плазменную камеру прикрыть, сопло разделить надвое…»

…За порталом было черно; даже ближайшие галактики из-за расстояния казались световыми точками. Гедимин несколько секунд стоял на границе вакуума и вглядывался в темноту. Портал был так широк, что сармат мог туда пройти, не согнувшись.

«Чужая Метагалактика…» — Гедимин тронул пальцами черноту и еле слышно хмыкнул. «Найа, скорее всего. А может, и нет… Наверное, есть свой код для Равнины. Может, Куэнны знают? Как-то же открылся портал оттуда сюда…»

Он шагнул назад, направляя на широкий проём сопло сфалта. Края, подогретые закрывающей пульсацией, медленно поползли друг к другу.

«Это четверть мощности. Значит, полной хватит на портал для бронехода. И останется только сделать вакуумную линзу… где-нибудь в ангарах Маккензи, для удобства,» — думал Гедимин, глядя на закрывающийся прокол. «Сегодня же ночью проверю, как пойдёт Прожиг. Для начала — куда-нибудь за пояс Койпера.»

17 день Молнии, месяц Металла. Равнина, Сфен Земли, долина Элид

— Сидел бы ты в фургоне!

Гедимин вяло мотнул головой и тут же зажмурился и судорожно сглотнул — опять подступила тошнота. Глайдер медленно полз по долине, покачиваясь на неровностях рельефа, и каждый выступ отзывался под нижними рёбрами неприятным спазмом.

— Что-то с тобой всё-таки не так, — рассуждал вслух Вепуат, вполглаза следя за горизонтом. — Только тебе так нехорошо. Айзек с Гварзой, считай, уже притерпелись, я привыкаю… Почему такая разница?

Гедимин шевельнул плечом. Где-то через полчаса «реакция» должна была прекратиться, и сармат только надеялся, что за это время бронеход не попадёт в засаду. Уже часа два, как полностью стемнело; машина ползла, распространяя перед собой узкий световой конус, в котором изредка вспыхивало белое кольцо на посохе стража. Видели сами кочевники в темноте или нет, — Гедимин в любом случае увидел бы их слишком поздно.

— А нхельви ушли, — с непонятным сожалением в голосе заметил Вепуат. — Не дождались нас… Интересно, где они сейчас. Убежали на холм или ушли в свой посёлок? Вроде бы он недалеко от Элида…

С закрытыми глазами толчки и покачивания ощущались ещё сильнее. Гедимин открыл глаза, посмотрел на ближайший обрыв, попавший под световой пучок, и красные перистые листья вдоль него. На коре деревьев-валунов проступили вытянутые бугорки с кольчатым узором. Гедимин посмотрел на другую «рощу», выскользнувшую из темноты — деревья покрылись пупырышками и там. «Болезнь или новые побеги?» — сармат вспомнил трубчатые цветки — вроде бы эти штуки выглядели по-другому… а может, и так же — Гедимин легко представлял цветы свёрнутыми в такие полосатые бутоны. «Ещё одно цветение? Из-за того слабого дождя после бури?»

Над носом