Ищущий свет - Е. Юань

Вслед за этим из мглы вынырнул исполинский пепельно-белый дракон, чья голова гротескным образом всё еще сохраняла человеческие черты. Его циклопические чешуйки были сплошь испещрены многомерной вязью таинственных, мистических символов. Эти знаки словно въедались прямо в плоть и одновременно прорастали наружу, сплетаясь в нечто хтоническое, напрочь попирающее законы материального мира. Одного лишь взгляда на эту мерзость с лихвой хватило бы, чтобы рассудок простого смертного с оглушительным треском разлетелся вдребезги, а мысли скрутились в тугой, леденящий узел первобытного безумия.

Синхронно с этим, ровно на том самом пятачке, где еще секунду назад стояла Одри, из пустоты вырисовалась статная фигура в парадном мундире фейсакского генерала. Его лицо, шея и обнаженные кисти рук густо поросли серебристыми металлическими пластинами, источая пронизывающую, мертвенную стужу.

…………

Тем временем мутировавший Энъюни вкупе с первозданной тенью самого Клейна тяжело приземлились на одну из ступеней, щедро залитую оранжево-красным маревом сумерек. А троица «Серебряных Рыцарей» синхронно попятилась, заняв глухую оборону подле Деррика и сыщика.

Клейн небрежным жестом прикрыл изуродованную левую половину лица ладонью и, устремив взор на свою былую тень и Энъюни, разразился раскатистым, издевательским хохотом:

— А вам, погляжу, наглухо заказан выход за пределы этого пятачка?

Сделав пару нарочито вальяжных шагов вперед, юноша театрально развел руками и с ядовитой иронией поцокал языком:

— Какая досада. Выходит, теперь вам меня и пальцем не тронуть.

Бам!

«Тень» лишь молчаливо распахнула пасть, хищно выплюнув в ответ невидимый, сокрушительный снаряд из сжатого воздуха.

Глава 1254 Театральщина

Бам!

В тот самый миг, когда «тень» выстрелила воздушным снарядом, Клейн, словно загодя почуяв неладное, резко откинулся назад. Изящно крутнувшись в воздухе, он благополучно и мягко приземлился на несколько ступеней ниже.

В процессе этого кульбита его правая рука всё так же небрежно придерживала на голове полувысокий шелковый цилиндр. Весь маневр выглядел до пугающего легким и непринужденным.

Заметив, что ни Энъюни, ни «тень» не спешат бросаться в погоню или обрушивать град новых ударов, сыщик расплылся в еще более широкой улыбке:

— Перебивать собеседника на полуслове — воистину дурной тон.

— Я-то грешным делом вознамерился прямо при вас обсудить, как бы поизящнее пустить вас в расход. А теперь, увы, придется отойти пошептаться в сторонке.

Роняя эти слова, он дважды дернул левой половиной лица, сплошь сотканной из извивающихся прозрачных червей. Казалось, этот гротескный сгусток плоти заговорщицки подмигивает своей бывшей марионетке и собственной утерянной тени.

Вслед за этим Клейн, чье лицо по-прежнему лучилось бьющим через край весельем, неспешно вернулся к Колину Илиаду, Деррику и Ловии. Беспечно пожав плечами, юноша бросил:

— Здешние хозяева нам откровенно не рады. Придется выйти за порог, дабы в спокойной обстановке обмозговать, как именно мы будем решать их проблему.

«Охотник на Демонов» Колин Илиад ни на йоту не смотрел свысока на этого мастодонта, чьи повадки отдавали откровенной театральщиной, а эмоции, казалось, напрочь сорвались с цепи. Ведь до этого момента союзник демонстрировал поистине ювелирную, параноидальную хватку к деталям, а подобный ледяной расчет совершенно не вязался с образом спятившего полубога.

— Добро, — лаконично поддержал идею Вождь Города Серебра.

Деррик, разумеется, не смел и пискнуть против, а Ловия так и осталась хранить глухое, звенящее безмолвие.

Четверка полубогов вкупе с марионеткой в облике «Серебряного Рыцаря» благополучно отступили по собственным следам, миновав парадные врата «Двора Короля Гигантов». Под занавес Клейн даже велел своему закованному в серебряные латы исполинскому стражу с натугой потянуть за циклопические створки, мучительно медленно затворив их за собой, продемонстрировав тем самым воистину безупречные манеры.

На протяжении всего этого отступления и Энъюни, за чьей спиной угрожающе раскинулись наслаивающиеся друг на друга призрачно-черные крылья, и та самая бесплотная «тень» лишь неподвижно сверлили их взглядами. Враги даже не почесались, чтобы вставить палки в колеса, словно наглухо уперлись в незримую, непреодолимую стену.

Спустя некоторое время оранжево-красные сумерки испарились, уступив сцену первобытному мраку, покорно дожидающемуся, пока лучи утренней зари вновь не озарят всё сущее.

И вот, в этом мертвенно-безмолвном мире наконец-то забрезжила робкая искра света, возвещая о наступлении долгожданного рассвета.

В этот самый миг до слуха Энъюни и «тени» донесся гулкий, ритмичный стук, доносящийся со стороны парадных врат «Двора Короля Гигантов».

Кто-то колотил в створки.

Тук. Тук. Тук. Огласив округу этой серией ударов, монументальные врата с натужным, режущим слух скрежетом тяжело поползли внутрь.

Облаченный в черный плащ Клейн, чьи губы по-прежнему кривились в легкой ухмылке на правую сторону, первым шагнул под своды «Двора Короля Гигантов». Юноша размеренно зачеканил шаг по циклопической лестнице, а Колин Илиад вкупе с остальными полубогами и марионеткой безмолвной тенью последовали за ним, держась чуть позади и сбоку.

Одолев добрую половину подъема, Клейн замер как вкопанный. Обратившись к застывшим в добром десятке метров Энъюни и «тени», он бросил:

— Прошу простить мою дерзость: я так и не дождался вашего «войдите». Быть может, вы просто не расслышали моего стука, ведь отсюда до врат путь неблизкий.

— Да и сами посудите: будучи истинным джентльменом, я привык деликатно стучать костяшками пальцев, а не дубасить по двери всей пятерней.

Не успело эхо его слов растаять под сводами, как доселе хранивший могильное молчание Энъюни наконец-то разомкнул губы:

— Твой план таков: ты берешь на себя «тень», а эту свору из Города Серебра натравливаешь на меня, чтобы связать боем.

— М-м-м? — Клейн, не стирая с лица той самой гротескной ухмылки, издал протяжный, гнусавый звук, словно всем своим видом требуя от бывшего болванчика развернутых пояснений.

Синхронно с этим он плавно вскинул левую руку, легонько коснувшись собственной щеки.

Мириады извивающихся, прозрачных червей тут же неистово закопошились: одни юркнули вглубь плоти, другие хищно вылезли наружу, в мгновение ока совершив причудливую, тошнотворную рокировку.

Тем временем Энъюни, чье лицо наглухо скрывала глухая тень, а слегка вьющиеся смоляные волосы спадали до самых плеч, продолжил низким, глухим баритоном:

— Ты благоразумно не стал загодя выуживать проекции из пор истории. Как-никак, тебе кристально ясно: «тень» способна вытащить фантом «Звездного Жезла», дабы сымитировать таланты «Ангела Времени». Оседлав реку времени, она играючи ускорит её бег, рассеяв твою ангельскую подмогу в прах.

— По той же самой железобетонной причине и он сам не стал городить огород с подготовкой.

— А вздумай ты призвать фантом святого, чья искра держится куда дольше — он провернет в точности такой же финт, и ваши козыри перечеркнут друг друга.

— Как же я, дьявол побери, ненавижу играть в карты с самим собой! — Клейн тяжело кивнул, всем своим