Обратный отсчет - Токацин

ветоши и обугленной органики на поддоне для отходов. Гедимин, не отвечая, наклонил пробирку, наполнил дозатор, уже привычным жестом снял с носика лишнюю каплю. «Хорошо, что у Вепуата много таких спор. Я три штуки сжёг, пока приспособился.»

— А я думал, ты из этих труб что-то делаешь, — сказал Айзек, разглядывая тренировочные швы. — А ты их просто режешь и варишь. Любопытное у тебя занятие.

Капли «жидкой молнии», упавшие в стык металлических пластин, задымились, и Гедимин быстро сдвинул пластины, смыкая края. Дымок из белесого стал серым, потом — синеватым.

— Изучаю жидкую сварку, — буркнул сармат, оглядываясь на Айзека. — Нормально работает, если приспособиться. У Скогнов, наверное, в ходу сварка «жидкой молнией»? Им больше вроде как нечем…

Айзек мигнул.

— Вот уж не знаю, что у Скогнов для сварки, — пробормотал он, взяв в руки одну из искромсанных трубок. — У них не то чтобы много массивных металлических конструкций. Так ты говоришь — это годится для сварки?

Гедимин показал дозатор, кивнул на кювету со сменными насадками.

— Технология примитивная, но рабочая. Скогны, скорее всего, её знают. «Молния» у них есть, сеш есть, всяких спор навалом.

— Сопло ещё можно сделать из полой кости, — подал голос Вепуат, копаясь в ящиках. — Совсем тонкое. Вот, смотри, какие кости я нашёл.

— Это для мелких деталей, — сказал Гедимин, осмотрев тонкую полую кость, похожую на рыбью. — Для электро… А, hasu!.. В общем, цацки делать — годится.

Айзек еле слышно хмыкнул и забрал из коробки пару костей.

— Атомщик, у тебя ещё много «молнии»? Оставишь десяток миллилитров?

Гедимин развернул к нему штатив с закупоренными пробирками.

— Позови Скогна, — попросил неожиданно Вепуат. — Что-то мне стало любопытно. Есть у них сварка «жидкой молнией» или нет?

Гедимин кивнул.

— Может, подскажут что-нибудь дельное. У меня очень большой расход… — он недовольно сощурился на ветошь в поддоне. — Они, наверное, более экономные.

Айзек пожал плечами.

— Только засунь своё животное в ящик, — попросил он Вепуата. — И чтоб оно оттуда не орало.

…Внутренний люк загудел, и Гедимин удивлённо хмыкнул — Айзек обернулся быстрее, чем сармат рассчитывал. Первыми в полуоткрытый проём полезли нхельви — в этот раз немного, всего четыре особи. Следом вошёл Айзек и оглянулся, подгоняя кого-то нетерпеливым жестом. Из шлюзовой камеры выбрался первый Скогн.

Когда в отсек вошел последний, и Айзек закрыл люк, Гедимин посмотрел на толпу между столами и растерянно мигнул.

— Зачем столько?

— Пришли, — отозвался Айзек, отходя к стене и складывая руки на груди. — На просьбу Дим-мина, Равного Куэннам, откликнется каждый. Там ещё Бронны хотели прийти, но их не пустили.

Гедимин еле слышно хмыкнул. «Дурацкие шутки у Айзека. С Маккензи переобщался?»

Скогны, с любопытством осмотрев отсек, один за другим разворачивались к столу Гедимина. Сармат, дёрнув плечом, развернул к ним надрезанный кусок металла и поднял пробирку с «жидкой молнией».

— Спроси их — они применяют для сварки вот это вещество?

Айзек перевёл. Скогны отозвались, но вяло и разрозненно. Их взгляды были направлены на обрезки металла. «Рэссена!» — запоздало спохватился Гедимин. «Наверное, такие опыты для них — глупое расточительство…»

— Они не поняли, о чём я говорю, — вполголоса сказал Айзек. — Я всё-таки не механик, не силён в терминологии. Покажи им свою сварку, может, так поймут.

«Как пристроиться, чтобы всем было удобно? Встану, наверное,» — Гедимин поднялся с дозатором в руке и склонился над разрезанной заготовкой. «Сосредоточиться…»

Маслянистые капли вспыхнули и задымились, металл покраснел, посветлел по кромке, и сармат уже привычным движением крепко сжал края. Снаружи было плохо видно, как прикипают друг к другу фрагменты, и закрывается плотный шов, но Гедимин вспоминал сканограммы и одобрительно щурился. «Приспособился. Теперь можно работать.»

Ещё не успело затихнуть шипение испаряющейся «молнии», как Скогны заверещали и развернулись к Айзеку. Говорили они быстро, перебивая друг друга, кто-то порывался махать руками, но в тесноте оцарапал соседа и был вытолкнут к закрытому шлюзу. Айзек слушал и едва заметно щурился.

— Что-то они разволновались, — заметил Вепуат, одним глазом следя за ящиком под столом. Сокол пока сидел тихо, только шуршал и вместе с «клеткой» порывался уползти.

Айзек коротко взвизгнул, и все звуки стихли.

— Они опознали то, что ты делаешь, — сказал он, озадаченно хмыкнув. — И сильно удивлены, даже напуганы. По их словам, это технология Кьюссов. Они в союзе с Хигами, у них много «жидкой молнии»… ну, и они вот так «склеивают» металл. Скогны никогда так не делали.

Один из аборигенов сказал несколько слов и оглянулся на Гедимина, плотно прижав к голове уши. Сармат мигнул. «Что им опять не по нутру⁈»

— Он говорит, что видел вещи, сделанные таким способом. Старые, из разрушенного города Кьюссов. То, что ты делаешь, очень похоже. Они говорят, что доверять Кьюссам опасно. И даже тебе лучше держаться от них подальше.

«Мать моя пробирка!» — Гедимин едва удержался от сердитого фырканья. «Опять какая-то мартышечья грызня. Я понял, с Кьюссами они не ладят. Технология тут при чём⁈»

— Скажи, что я ничего не знаю об их войнах, — проворчал он. — И не видел ни одного Кьюсса. Но могу обучить их такой сварке. Тут ничего сложного. У них даже лучше получится.

Айзек поморщился.

— Зря ты это, атомщик. Из хороших намерений, но — зря. Ладно, я переведу…

От визга у Гедимина заложило уши, и он подумал, морщась, что для общения со Скогнами впредь будет закрывать наушники — всё равно ничего непонятно, зато в ушах не звенит. Ящик под столом Вепуата захрустел, из дырки в боку высунулся хоботок, внутри затрещало. Айзек дотянулся до рычага, открывая люк, и Скогны, опасливо оглядываясь на Гедимина, полезли в шлюз.

— Не надо их обучать, — мрачно сказал командир экспедиции. — Я не всё понял, но они чем-то напуганы.

Вепуат фыркнул.

— Может, нам и впрямь полезнее было бы вести дела с Кьюссами? Кто они такие? У них, вон, город был, — значит, не кочевники…

Айзек криво ухмыльнулся.

— Выпускай своё животное, пока оно само не вылезло. Гедимин, ты изучил красно-жёлтый камень? Что-то полезное или дрянь?

Гедимин досадливо сощурился. «Переводишь тему. Подозрительно. Ну ладно, работа не ждёт…»

— Хороший термоизолирующий материал, — нехотя сказал он. — Я смешал его с «чёрным песком». Остывает. Тяжело его обрабатывать — ни расплавить, ни