Мы придём из видений и снов - Яна Вуд

Хейта округлила глаза и тоже ответила на хельдском:

– Махт [7].

– Хм-м, – продолжила Хольга на всеобщем. – Ты – как Дорг Лютый?

Хейта вздрогнула: ее разгадали так быстро.

– Я – Чара, – ответила Хейта. – Но не такая, как он.

Женщина смерила ее испытующим взглядом.

– Там видно будет.

– Выходит, вы тоже из хельдов? – спросила Хейта.

Хольга кивнула.

– Когда-то хельдские земли простирались до леса Предзакатных Теней. Но многие бежали, когда здесь обосновалась нежить. Все окрестные деревни, окромя нашей, опустели. Это случилось очень давно. Я знаю о том от своей бабки.

Хейта недоуменно сдвинула брови.

– Отчего тогда жители этой деревни решили остаться?

Женщина тяжело вздохнула.

– Мы не решали. У нас не было другого выхода. Наша деревня – ближайшая от леса. Мы попросту не успели уйти. А те, кто пытался, возвращались обратно, но уже в обличье нежити. – Она качнула головой. – Муж мой тоже попытался. Сказал, разведает дорогу и вернется за нами. Но, как по мне, он попросту струсил и захотел сбежать. Он никогда особенно о нас не заботился. Не удалось: вернулся на следующую ночь костомахом и принялся нечеловечьим голосом меня по имени под окнами звать. – Она рассмеялась каким-то жутковатым смехом. – Напугал тогда до полусмерти. Но теперь меня такими вещами не испугаешь. Раньше каждую ночь кто-нибудь в деревне пропадал, а теперь-то здесь и людей почти не осталось.

– Ты сказала: «Заботился о нас», – задумчиво проговорил Брон.

Хольга поглядела на него исподлобья.

– Обо мне и наших детях.

– А где они нынче? – учтиво вопросил Фэйр.

Женщина не ответила ему, поглядела на Хейту.

– Светильник свой волшебный затуши, чтоб детей чарами не пугать. Да и мне он не по нраву. Я лучше масляные зажгу.

Хейта перечить не стала, взмахнула рукой, и светильник погас. Хольга ловко разожгла масляные светильники и обернулась к Харпе:

– А ты вроде хотела погреб отыскать? Подсоби!

Та без лишних вопросов подступила к Хольге и помогла ей сдвинуть с места здоровенный деревянный поставец. Под ним обнаружилась крышка подполья.

– Обычно я с ними сижу, – поясняла между делом женщина. – Но тут, выбравшись после ночи первой, завидела вас и решила спрятать их понадежней.

Приподняв утопленную в полу ручку, Хольга откинула крышку:

– Архта́ [8]! – крикнула она по-хельдски. – Беда миновала.

Прошло несколько мгновений, послышалось шарканье подошв, и из подполья один за другим вынырнули пятеро детей: мальчик лет тринадцати, два мальчика восьми лет и две девчушки-близняшки по шесть. Все как один темноволосые, большеглазые и очень худые.

– Бьёрх, Кнут, Гехт, Иста и Аста, – по очереди представила их женщина.

– Ничего себе, пять ребятишек! – воскликнул Мар. – Дел с ними, наверное, невпроворот, особенно с этими чаровницами. – И он задорно подмигнул близняшкам, взиравшим на неведомых гостей во все глаза.

– Шесть, – усмехнулась Хольга и вновь громко крикнула: – Бетта! Вставай, лежебока, ночь прошла!

В ответ из погреба не донеслось ни звука. Женщина тяжко вздохнула.

– Вечно она так, спрячется за занавеской и возится, другим спать не дает, а как уснет, так спит допоздна, попробуй добудись, – молвив это, она принялась спускаться по ступенькам в полумрак подпола.

Какое-то время стояла тишина, а потом вдруг воздух разорвал леденящий сердце крик. Он походил на вопль смертельно раненного животного. Дети вздрогнули и попятились прочь от погреба. Хольга взлетела по ступеням, стремительно, как дикая волчица. В глазах ее ужас смешался с отчаянием.

– Пропала, – выпалила она, сверля невидящим взглядом пустоту. – Ночью ушла, пока мы спали. – Она схватилась руками за голову. – Я все гадала, как вы в дом зайти смогли. Вот почему. Она дверь отперла.

– Просто взяла да по доброй воле пошла к нежити? – Фэйр недоверчиво сдвинул брови.

Хольга не ответила, только продолжила что-то бессвязно шептать.

– Бетта скучала по папе, – робко проговорил Кнут. – Хотела увидеть его.

– А сколько лет твоей сестре? – ласково спросил его Брон.

– Недавно исполнилось девять, – ответил мальчик.

– Вот и всё, – обреченно выдохнула Хольга. – Теперь их действительно пятеро.

Хейта подалась вперед.

– Мы можем попробовать отыскать ее, – порывисто молвила она.

Хольга вздрогнула и перевела на девушку мрачный, потухший взгляд.

– Нежить свои жертвы назад не отдает. Кто попал ей в лапы, тот навеки потерян. Здесь у нас так говорят.

– Да, надежды мало, – взял слово Фэйр. – Но бывает и такое, что нежить сперва играет со своей жертвой. Девочка пропала ночью, стало быть, у нас еще есть время. Я не говорю, что мы точно спасем ее, – тут же добавил он. – Но мы можем попытаться.

Хольга устремила на него темный лихорадочный взор.

– Ты не лжешь? – в голосе ее слышался слабый отголосок надежды. – Вы правда можете пойти в лес Предзакатных Теней и попробовать отыскать мою дочь?

Фэйр кивнул.

– Мы сделаем все, что в наших силах, – добавила Хейта.

Хольга решительно закивала.

– Хорошо, стало быть, идемте. Я вас провожу.

– А как зовется эта деревня? – полюбопытствовал Мар, когда они вышли на улицу.

– Раньше звалась Рохд, – отозвалась Хольга. – У нас и вывеска прежде имелась. Потом как-то раз в деревню наведались костомахи. Сожрали привратника, сломали его сторожку, а вывеску вырвали, погрызли и разломали. Мы поутру обнаружили у ворот лишь щепки да груду костей.

– А что старейшина? – вопросил Фэйр. – Новую не наказал повесить?

Хольга перевела на него безрадостный взгляд.

– Старейшина помер еще прежде привратника. Умра́н [9] за ним пришел, с тех пор мы его не видали.

– Тяжело вам здесь приходится, – участливо заметила Хейта.

Хольга нарочито небрежно пожала плечами.

– Мы привыкшие. Днем нежить не показывается. А ночью мы скрываемся в подполе. И доныне это работало исправно. Вот только нежить влияет на землю вокруг. Из-за нее здесь все плохо растет. А порой после ночи посевы и вовсе жухнут. Перебиваемся тем, что есть. И рады бы принять помощь, да не от кого.

– Я склонен думать, что небеса приглядывают за теми, кто страдает больше других, – проговорил Фэйр.

Женщина в ответ лишь пренебрежительно хмыкнула.

– Гляди, нынче помощь сама притекла в твой дом, – мягко заметил он.

Хольга задумчиво сдвинула брови и не ответила.

– Как нам добраться до леса? – поинтересовалась Харпа.

– Выйдете из деревни, та дорога, что шире, ведет в Хельдскую землю. А та, что у́же, – в лес Предзакатных Теней, – пояснила та.

– Неужто люди сами проложили дорогу в жуткий лес? – округлил глаза Мар.

Хольга поглядела на него как на умалишенного.

– На что он нам сдался. Нежить протоптала. Ночь за ночью, мало-помалу.

Друзья настороженно переглянулись.

– Чую, заведет нас эта дорога, куда вóрон костей не заносил, – почесал затылок упырь.