Чертов менталист 3 - Тин Тиныч

будто это уже от меня зависит! Поздно, за дело взялись особисты, и лично меня это не может не радовать. Если доберутся и до этой мелочевки, а автор жалобы будет готов подтвердить свои слова под протокол, кое-кто рискует вылететь из Академии пробкой без возможности восстановления в других филиалах.

Но подходить к нам они так и не рискнули. Всё-таки Эраст Карлович числился преподавателем, а Кутайсов в достаточной степени дружил с головой чтобы понимать: любой наезд на меня в присутствии Минделя может стать поводом для внутреннего разбирательства. Поэтому всё, что оставалось Юрию, так это в бессильной злобе смотреть на вслед, проговаривая сквозь зубы, как же я его выбешиваю одним лишь фактом своего существования.

В общежитии Милана тут же занялась чаем, я добыл из шкафа нераспечатанную коробку печенья и сорвал с нее защитную пленку, ну а Миндель принялся излагать свои новости.

— Леопольда Дамировича настоятельно попросили освободить пост заведующего кафедрой некромантии. Никто ничего толком не понимает, но распоряжение пришло откуда-то сверху. То ли из Министерства образования, то ли вообще из Имперской канцелярии. Уходить Брунову не хочется просто категорически, но выбора у него нет.

— Подожди, так он что, сам вам об этом сообщил?

— Ну да, — кивнул Эраст. — И теперь кому-то из наших придется занимать его пост. Хотя бы в роли исполняющего обязанности. И назначение должно произойти не позже следующей недели, а то сессия на носу, непорядок.

— Ну и в чем проблема?

— Так никто не хочет брать на себя такую ответственность! — воскликнул он и развел руками. — Я-то думал, мои старшие коллеги мечтают о развитии карьеры, а это не так!

— Подожди, но вот те двое, что меня экзаменовали, бородач и рыжий, они разве не хотят получить этот пост? Вроде же серьезные мужики?

— Серьезные, — кивнул Эраст. — Только один ведет переговоры о брачном контракте, и если там все удачно сложится, то летом он покинет столицу, переберется к будущей супруге. А у другого последний год отработки пошел, и он по его окончании хочет забыть про преподавание как про страшный сон. Еще один наш коллега, которого ты не знаешь, заявил, что всё свободное время тратит на свои теоретические изыскания и ни на что иное отвлекаться не готов.

— Тогда пусть будущий жених завкафедрой станет. И не страшно, что всего на полгода. Главное сейчас дыру заткнуть, а потом уж как-нибудь определитесь между собой, кому рулить.

— Ты не понимаешь, — покачал головой Миндель. — Жених, как ты его называешь, может уехать от нас в любой момент. Отработка над ним уже не висит, он человек свободный. Уволится, ради галочки отработает две недели, и поминай как звали. У него в голове одни лишь матримониальные тире бизнес-планы. Он спит и видит себя предпринимателем, поскольку супруга обязывается предоставить ему стартовый капитал.

— Значит, жених, бегун, теоретик… и ты?

— Вот именно! — Эраст всплеснул руками. — У меня еще три с половиной года обязательной отработки впереди. То есть из Академии я никуда не денусь при всем своем желании. На то, что молод, все готовы закрыть глаза. То есть всем наплевать по большому счету, лишь бы самим под это ярмо шею не подставлять. Но у меня же медицинский институт! Я и так, что называется, на тоненького всё совмещаю, уже забыл, когда в последний раз нормально спал! А тут еще и административную работу на себя вешать! И чуть что, нести ответственность за всякие показатели! И в Министерстве отчитываться! И перед новым ректором, которого пока никто в глаза не видел! Я не понимаю, что мне делать? Как выкрутиться из этой ситуации?

— Альтернатив у тебя особых нет, — согласился я. — Но для начала ты можешь вести себя ровно так же, как коллеги. У них важные причины не брать на себя заведование, и у тебя тоже. Тут ваши желания совершенно равноправны, преимуществ ни у кого нет. Ну а дальше одно из двух. Либо выберут кого-то другого, либо тебя. Если другого — выдыхаешь. Если нет — делаешь рабочее расписание максимально удобным для себя, это как раз в зоне ответственности завкафедрой находится. Так что без паники!

— Да какой из меня заведующий⁈ — в ужасе взвыл Миндель. — У меня другой путь! Я для себя всё давно решил! Дождусь конца отработки, получу медицинское образование и всё, ждите меня, мои дорогие покойники, я отправляюсь разгадывать ваши тайны! И больше никаких академий и институтов во веки вечные!

Во время этой тирады у Эраста коротко звякнул дальфон, давая понять, что пришло сообщение. Мой друг полез его читать… и шокированный плюхнулся на кровать, уставившись невидящим взглядом в стену напротив.

— Что случилось? — мы с Миланой задали вопрос практически хором, так нас встревожил похоронный вид Минделя.

— Я единогласно выбран заведующим кафедрой. Все коллеги высказались за мою кандидатуру. Тайно. За моей спиной.

Я вздохнул, прикинув, что чаем здесь уже не обойдешься. Что ж, придется конвоировать приятеля в «Сморчок». Боюсь, в такой ситуации вывести его из прострации могут только коктейли Александра…

Глава 10

Так оно само вышло, что мы с Миланой сидели по бокам от Минделя, будто бы подпирали его собой возле барной стойки. Вот так скажи кому, что у нас за компания, ведь животики надорвать можно: девушка, ее бывший парень и ее нынешний парень. И ни слова о шведах.

Но сесть иначе в подобной ситуации просто не представлялось возможным. Известие о назначении на пост то ли заведующего кафедрой, то ли исполняющего обязанности заведующего кафедрой ударило по Эрасту почище хулиганского кулака в переносицу в темной подворотне. Вот поэтому мы с Сонцовой делали всё возможное, чтобы успокоить нашего друга и дать ему новую точку опоры. Чтоб он мог увидеть за этим назначением не только множественные минусы, но и вполне конкретные плюсы.

Бармен Александр, которого мы наскоро посвятили в происходящее, вел свою партию. Первый коктейль Эрасту он предложил в формате шотов. Крепких шотов. Очень крепких шотов, насколько я понял по тому, как крякнул приятель, влив в себя приветственный дринк. А вот дальше… нет, никакой игры на понижение. Просто всякий ядреный безалкоголь, от стандартных сочетаний пюре манго и перечный микс до всяких пастернаков и щавелей с общим посылом: офигеть, но не упасть. А по возможности еще и взбодриться.

— Лишь бы отец не узнал, — пробормотал Миндель, успев за один залп загасить что-то сельдереево-клубничное.

— Твой батя мне нормальным человеком показался, — удивился я. — Почему ты хочешь держать его в неведении?

— Потому что он