Тот, кто оседлал ветер - Сергей Александрович Самохин

– Нет, ничего. – Медведь покачал головой, но Марии показалось, что он не сказал всего, что знает. – Никто не ищет никакого мальчишку такого возраста. Да и кто бы его искал у нас сейчас, в это время.

– Ну вот ты, например. А вот он кстати, сам идет.

Медведь повернулся в дверях, глянул на меня с любопытством, и чуть посторонился, пропуская меня в дом. Он был невысок, но чертовски широк, и сам напоминал скорее небольшой дом. Я кивнул Марии, потом Медведю, и постарался как можно спокойнее поздороваться:

– Доброе утро.

– А говорила, что он по нашему не понимает. – не сводя с меня глаз обратился к Марии человек-дом.

– Ты меня, видимо, не слушал. Я тебе сказала, что учу его, как дитя малое. А он быстро схватывает.

– Быстро схватывает, говоришь. – пробормотал Медведь, покусывая кончики своих усов. – Это хорошо, что быстро схватывает.

Они говорили так, будто бы меня тут не было. Ну а меня эта ситуация скорее устраивала, чем нет. Я ведь еще не все понимал, но общий смысл разговора пока улавливал. Медведь, кстати, говорил более понятно, медленнее и отчетливее.

– Что ты собираешься с ним делать? – Мария прервала паузу.

– Я? – как будто очнулся от своих мыслей Медведь. – Я, пожалуй, что-то собираюсь с ним делать.

Было видно, что он думает, о чем-то очень крепко думает.

– А знаешь, я, пожалуй, заберу его в Город. – вдруг рубанул Медведь, и в глазах его впервые за сегодня заскакали веселые искорки. Он принял решение.

– В город? Сейчас, что ли? – забеспокоилась Мария. – Он еще не совсем оправился, доедет ли? Туда пару дней вам добираться.

– А что это ты вдруг о нем так печешься? Не ты ли просила меня решить вопрос и забрать парня? Вот я и забираю.

– Я просила, да. Я просто о его здоровье… Тоже, знаешь ли, чай не изверг я.

– Все не выходит из головы, что он голый к тебе попал? – хохотнул Медведь, приходя постепенно в хорошее настроение. – Ничего, не переживай, я его сегодня забирать не стану. Нет у меня второй лошади, да и недосуг сейчас. Он вообще верхом ездит? Эй, малый, как тебя – ты верхом ездишь?

Я понял, что вопрос адресован мне, но самого вопроса не понял совсем. Медведь повторил, показав рукой на своего рыжего жука, на котором он сюда приехал. Он что, хочет чтобы я на него залез? Я посмотрел на огромного жука, огромный жук посмотрел одним глазом на меня, и мы оба друг другу не понравились. Я нерешительно покачал головой.

– Что, он не ездит верхом?

– А я откуда знаю? – пожала плечами Мария. – У меня тут лошадей нет.

– Ладно, – нахмурился Медведь. – Придется прислать за ним телегу.

Медведь провел рукой по лицу, и словно снял ладонью с лица веселое настроение, снова став серьезным.

– Смотри, Мария. Скоро мы выступим на Волков, Князь распорядился. Пора им хвосты поотрубать. Поскольку ты у нас тут на окраине обитаешь, то тебя это все не должно коснуться. Просто знай, что времена скоро станут беспокойными, держи глаза открытыми.

– А когда они были спокойными? Не коснется… Третья война меня тоже вроде бы не касалась, а насмотрелась я на этих изрубленных мальчишек.

– Ты многих тут спасла. Война – это война, не до жиру. Сейчас все должно быть попроще, они нас не ждут, мы ударим и отойдем. Думаю, что недельку-другую покуражимся, да и все. Вряд ли раненых к тебе повезем, не переживай.

– Что-то я не слышу уверенности в твоем голосе.

– Ты мне это прекрати! И вообще, тебе всего этого знать не положено. Ты лучше мальчишку этого подучи, чтобы он говорить смог, хоть что-то, кроме "доброе утро".

– Зачем он тебе? Ведь ты сказал, что в Городе о нем ничего не знают.

– Зачем? Мне – незачем. Может, в дружину пойдет. Раз будет драка, то и люди понадобятся.

– Ага, так я тебе и поверила. Ты даже не знаешь, умеет ли он держать меч.

– Не эта драка, так другая! – Медведь явно начал сердиться. – Волков одним ударом не перешибешь, хватит и на твоего гостя битв.

– Ты что-то недоговариваешь, Медведь…

– А ты наоборот, слишком много говоришь. Как я и сказал, через несколько дней пришлю кого-то за ним. Пусть окрепнет пока. А ты смотри в оба. Даром, что на окраине.

Медведь развернулся, и быстрым шагом вышел из дома.

– Что это? – я показал на жука, около которого возился Медведь.

– Лошадь. – ответила Мария рассеяно.

Медведь одним быстрым движением запрыгнул на эту лошадь, потянул за специальные веревочки, видимо с их помощью заставив лошадь развернуться.

– Смотри в оба! – вместо прощания крикнул он Марии, сделал что-то ногами, и лошадь побежала вперед, быстро и красиво. Я подумал, что обязательно научусь так же. Скорее всего, для этой цели мне нужна будет другая лошадь, потому что этой я, как мне кажется, не понравился.

Остаток дня прошел быстро и почти незаметно. Мария взяла меня с собой копаться в земле, и мне это занятие неожиданно очень понравилось. Нужно было отличать маленькие зеленые "растения" одного типа от всех остальных, оставлять их в покое, а все остальные – безжалостно выдергивать. Смысл этого процесса был мне не совсем понятен, но эта работа была совсем не сложная. Я почти не ошибался, может только пару раз выдернул то, что должно было остаться в земле, заслужив неодобрительный взгляд Марии. Потом мы вместе подняли большой упавший кусок дерева, который Мария назвала "столб", и я его держал, пока Мария укрепляла его так, чтобы он не упал снова. Тут все было понятно, и столб мы поставили хорошо и прочно. Такой ветер, как у них тут, вряд ли его свалит. Ветер на Вильме, пожалуй, мог бы.

Потом, вечером, мы снова занимались игрой "в слова", и в этот раз уже было не так легко, но все так же весело. Мне были интересны слова, на которые невозможно показать пальцем. Например "нравится", или "работа". Я старался изо всех сил, изображая то, что я хотел узнать, и наблюдал все эмоции Марии – от безудержного хохота, до полного недоумения. Она порой говорила сразу несколько слов, и я терялся – какое из них верное. Ничего, продираясь через эти препятствия я все больше запоминал, и все больше вслушивался в речь Марии. Неправильные слова становились