Дом номер тридцать - Екатерина Евгеньевна Алешина

Половина стекла отсутствовала. Сквозь оконную прореху в комнату врывался ветерок с улицы. Осторожно ступая по скрипучему полу, девушка успела рассмотреть обшивку кресла. Местами швы разошлись, наружу торчал поролон. Лера видела лишь спинку, и в голову пришла странная мысль, будто за ней скрывается что-то. Затхлый запах усиливал тревожные ощущения. Девушка окинула комнату взглядом: ничего, тихо. Она судорожно выдохнула и в несколько порывистых шагов подошла к заколоченному окну. Сквозь щели досок виднелась улица. Свет из окна полосками падал на обшивку кресла. На пыльной велюровой ткани Лера увидела лакированную коробочку с камеей.

– Какого чёрта! – вслух воскликнула она, потянулась к шкатулке.

«Я убрала её в буфет. Откуда она здесь?» – ошарашенно думала Лера.

Поднеся к лицу, она осмотрела шкатулку. «Это точно она», – поняла девушка.

Инстинктивно откинула крышку, внутри лежали высохший мотылёк и дохлая муха.

Лера почувствовала, как ноги становятся ватными. Её повело, она пошатнулась.

Всматриваясь в содержимое шкатулки, не доверяла глазам.

«Что за злая шутка?! Кто вообще мог знать про детские секретики?»

Лера не хотела верить в происходящее, потому лихорадочно искала логичное объяснение увиденному.

Она повертела шкатулку в руках, закрыла, положила обратно. Девушкой овладело ощущение нереальности, будто комната, кресло и лакированная коробочка только снились ей.

Где-то позади скрипнули половицы. Лера обернулась: в комнате никого. Сердце забилось в груди. К лицу прилила кровь. Девушке стало холодно и жарко одновременно.

Скрипы больше не повторялись. Лера уставилась на шкатулку. Вдруг вспышкой в сознании пронеслось воспоминание:

– Не говори никому, что мы дружим, – попросила Нина. – Про меня не говори. Пусть это будет нашей тайной.

– А бабушке можно? – спросила маленькая Лера.

– Бабушке тем более нельзя. Она рассердится, и ты будешь играть одна.

Все их игры заканчивались неважно. В один раз Лера рассадила коленки, в другой – разбила лоб, а было и так, что чуть не сорвалась с крыши пристройки.

«Почему я раньше не понимала? – задумалась девушка. – Странная и жуткая девчонка».

Лера никак не могла припомнить, когда и почему они перестали играть.

Неожиданно в коридоре раздался топот.

Волоски на руках девушки встали дыбом. Она на ватных ногах подошла к выходу, выглянула из-за дверного косяка. На секунду ей показалось, будто кто-то ходит в соседней комнате, той, что не имела двери. Необъяснимый ужас завладел девушкой. Она не оглядываясь бросилась по коридору мимо пустующих комнат и бежала до самой бабушкиной двери. Стучало в висках, руки дрожали. От быстрого бега Лера запыхалась.

«С меня хватит», – повторяла она про себя, бросая как попало вещи в чемодан.

Когда нервы слегка успокоились, Лера вспомнила о Никите: «Некрасиво будет уехать вот так, ничего не сказав». Парень ей очень нравился.

«К чёрту! – решила Лера. – Ни минуты больше тут не останусь!»

Стащив чемодан по ступеням, Лера вышла на улицу. По пути она встретила старушку-соседку, что выгнала их с кухни. Та намеревалась что-то сказать. Но Лера так стремительно пронеслась мимо, что не дала ей такой возможности.

На улице стояли густые вечерние сумерки. Пахло свежестью. Время от времени по дороге проезжали машины. Мимо прогудел троллейбус. Лера перехватила поудобнее ручку чемодана и поволокла его по брусчатке. Она не знала, куда идёт.

Через десяток метров девушка опомнилась, остановилась, достала из сумочки телефон.

– Гостиницы, Самара, – набрала она в поисковике.

Через полчаса Лера стояла у стойки регистрации ближайшей гостиницы.

– Есть свободные номера. Тысяча восемьсот рублей сутки, – сообщила миловидная девушка из-за стойки.

– Отлично. Давайте, – недовольно буркнула Лера.

– На какое время желаете у нас остановиться?

– На ночь.

– Ваш паспорт, пожалуйста.

Лера тупо уставилась на девушку. «Паспорт! Твою мать!» – вспомнила она.

Возникла неловкая пауза. Лера стояла, как вкопанная, не зная, что делать. Девушка-администратор выжидающе смотрела на неё.

– У меня нет с собой паспорта, – после долгой паузы произнесла Лера. – Забыла.

– Помимо паспорта, вы можете предъявить водительские права, временное удостоверение или справку, выданные взамен паспорта, биометрические данные установленного образца или любой другой документ, удостоверяющий личность, – отчеканила девушка. – У вас есть при себе что-то из перечисленного?

– Нет, – растерянно ответила Лера.

– Тогда, к сожалению, я не смогу вас зарегистрировать.

– Может быть, как-то получится, в виде исключения? Например, за щедрые чаевые? – последнюю фразу Лера произнесла шёпотом. – Завтра я уеду. Мне нужен номер только на ночь.

Администратор посмотрела сочувственно, а после помотала головой.

– Я помню паспортные данные наизусть. Просто внесёте их в базу – и всё, – не унималась Лера.

Администратор слегка наклонилась вперёд и прошептала:

– У нас здесь везде камеры. Меня оштрафуют. Извините.

Выйдя на улицу, Лера обзвонила с десяток гостиниц. Где-то не было свободных номеров, но все администраторы, как один, говорили, что без документов не регистрируют гостей.

Лера обречённо поволокла чемодан обратно к дому номер тридцать.

«За что мне всё это?» – думала она.

Совсем стемнело. Вдоль дороги горели фонари. Редкие прохожие неспешно вышагивали по тротуару. Поздний вечер был тёплым и свежим, а старый центр города – удивительно красивым. На центральных улицах отреставрированные фасады обрамляла искусная подсветка. Ухоженные клумбы, неоновые вывески, уютные ресторанчики, ночные огни города создавали ощущение праздника. На Куйбышева было многолюдно даже в этот час, будто к ночи улица только просыпалась. Проходя Ленинградскую, Лера услышала музыку. Прямо под открытым небом звучал саксофон, пел какой-то парень. Вокруг собралась толпа.

Лера двинулась дальше и не заметила, как пришла к памятнику Ленина. Круглый зелёный сквер обступали старинные особняки. В просвете между домов виднелась часть тёмной воды, а над ней – кусочек догорающего заката на уже почерневшем небе. Слева над покатыми крышами поднималась бледная луна. Вокруг памятника бегали дети. За ними с весёлым лаем гонялась собака. Поодаль на кованых лавочках парочками сидели люди. Лера нашла свободную, опустилась на неё. Здесь было спокойно, в воздухе ощущалось скорое лето. Ветерок шелестел в листве деревьев. Девушка старалась собраться с мыслями.

«Делать нечего, нужно возвращаться в дом».

В коридоре второго этажа Лера столкнулась с Никитой.

– Ты чего с вещами? – удивился он.

Сначала лицо парня выглядело удивлённым, а после на нём появилось обиженное выражение.

Лера, чувствуя неловкость, замялась на секунду, а потом выпалила:

– Не могу здесь больше оставаться.

– Что? Почему? Куда ты ночью собралась?

Лера молчала, не зная, как объясниться и не обидеть парня.

– Я думал, мы отлично погуляли, – расстроенно проговорил Никита.

– Да, день был замечательный, – затараторила Лера. – Ты мне нравишься, очень. Дело в доме, понимаешь? Тут происходит чёрт знает