Некромантка - Екатерина Звонцова

– Отлично. Я забыл заказать их к фуршету.

У Шурочки стал такой вид, будто она вот-вот рухнет в обморок, на руки Иву.

– Это значит «да»? – одними губами шепнула она, и Ив кивнул.

Общество оживилось, загомонило. Откровенно прожигало гостью неприветливым взглядом, как Измаил, только несколько человек, остальные посматривали с любопытством, либо наоборот уже равнодушно: поняли, что никаких некромантских фокусов не будет, а значит… ну, с паршивой овцы хоть покушать да попить шампанского в приятной компании.

Алхимик поднялся, подал руку Лебедушке.

– Пойдем, пойдем. – Ив слегка подпихнул Шуру к ступеням. – Выдыхай давай.

Алхимик все еще наблюдал за ними. Выглядел он расслабленным, значит, Шура его и впрямь пока не особенно насторожила. Скорее даже понравилась, настолько, что он позволил себе оживить… поднять… призвать свое большую часть времени мертвое чувство юмора.

* * *

Еда, еда и еще немного еды. Стол потрясал, на его фоне блекло даже недавнее ресторанное роскошество. Сосчитать виды горячего, пирожных и канапе Шурочка так и не смогла, названий половины фруктов не знала. Шампанское лилось реками – странно, что не в прямом смысле, можно было наполнить им мраморный бассейн. Он тут, кстати, тоже обнаружился – огромный, поросший по краям розовым лабазником, окруженный арками из живой зелени. Чудачество… ну откуда у Петербургских чародеев такая помешанность на водоемах и растительности в домашней обстановке? В голове не укладывалось, это же дорого, сложно содержать, это… Впрочем, что за мысли? Это, как сказал Ив, «кривая логика». Реальность, которую чародеи просто обустраивают под себя. Может, вода и зелень для них – символы самой жизни. Жизни, силы, свободы и огромных денег. Тогда и она, Шурочка, однажды что-то такое захочет себе в спальню?

Ив то ли в шутку, то ли всерьез уверил, что когда все достаточно напьются, в бассейне начнется оргия. Шурочке не хотелось задерживаться до такого момента, некоторые гости – вроде огромного лохматого мужчины с железными эполетами – пугали ее одним видом, а больше всего тревожил вопрос, обязательно ли участвовать в оргии «звезде».

Об этом Шурочка и размышляла, глядясь в большой самовар, чьи ручки и крышка сверкали самоцветами. Отражение в золотистом металле было все еще красным, лупоглазым и крайне напуганным. Спасибо хоть, внимания никто больше не обращал, гости делали то, что и подобало, видимо, делать на фуршетах: напивались, наедались, хохотали и разговаривали. Даже Ив забыл о подопечной: уплетал пломбир из вазочки, покуривал трубку и болтал то с высокой седой дамой в белом, то с мужчиной, похожим на пухлую и престарелую версию Гермеса с часов.

Собравшись, Шурочка тоже взяла небольшое блюдо, стала накладывать десерты и канапе. Ничего по-настоящему сытное в горло пока не лезло, ведь до конца Шурочка в успех так и не верила. Как тут поверишь, когда господин… господин Алхимик даже словом с ней не перемолвился? Все, что захотел узнать, – любит ли она раковые шейки! Нет, не обидно, но все-таки! Хотя как знать, может, и к лучшему, мало ли сморозила бы глупость или что-то жуткое и неприличное по меркам такого респектабельного человека. А какие у него мерки-то? Поди пойми! И жена такая красивая, но, кажется, надменная, холодная, неприступная, есть в ней что-то от Снежной Королевы. Корка эта блестящая на руках… тоже мода? Или?..

– Ну-у, как ты себя чувствуешь? Ешь? Ешь давай!

Ив о ней все же вспомнил, подскочил. Трубку уже загасил, пломбир прикончил, жевал вишневый кекс. В другой руке изящно держал чашку – дымящуюся, крепко пахнущую кофе.

Шурочка только кивнула, робко улыбнулась и постаралась изобразить зверский аппетит. Ив все-таки так для нее старался, поддерживал, вымотался, незачем изводить его дурацкими вопросами «А меня точно не выгонят? А я все сделала нормально? А я вообще сделала что-то?» Поэтому вопросы скреблись в груди, комом стояли в горле, но наружу не вылезали. Шурочка вдруг представила их как огромных рогатых тварей вроде тех, которых призвал парень из газет, и испугалась, что тоже что-то такое натворит. Лучше было срочно отвлечься.

– Гений Ив, – окликнула она и нашла наиболее безобидный, казалось, вопрос. – А все-таки откуда у Ложи такие деньги на… на… – Она метнулась взглядом по столу, по бассейну, по огромному балкону с ажурными перилами. Туда как раз вышли подышать воздухом господин Алхимик и госпожа Лебедушка. – На все! Ты обещал рассказать.

Ив лукаво улыбнулся, отправил в рот остатки кекса. Некоторое время жевал, словно раздумывая, потом глотнул кофе и тоже повернул голову к балкону. Господин Алхимик и Госпожа Лебедушка стояли под серебристым вечерним дождем, тонкими зыбкими силуэтами на фоне наливающегося сумраком неба. Он как раз открывал над ней большой зонт.

– Все благодаря Лебедушке, – наконец заговорил Ив. – Она не только супруга Алхимика из купеческого сословия… – он помедлил, – но и его самый успешный проект. У него же, как ты понимаешь, не просто так это имя. Чем подобный народ всю историю занимался, ты знаешь?

Что-то во что-то превращал, кого-то подвергал метаморфозам. Шурочка осторожно кивнула, а вот спрашивать, чародейство это или просто очень-очень умные, с трудом помещающиеся в черепе мозги, не решилась. Может, у некоторых чародеев это вообще одно и то же.

– Так вот, она, по слухам, алхимический андрогин, – продолжил Ив и тихонько хохотнул. – Держу пари, такое благородным девицам в гимназиях не рассказывали, да?

Гимназии гимназиями, а литературу-то запрещенную, по рукам ходящую и тайно под кроватью читаемую никто не отменял! Но ведь… но ведь! Шурочка, наблюдавшая, как нежно госпожа Лебедушка берет господина Алхимика под руку и прижимается к его плечу, вспыхнула, удивленно уставилась на Ива и решила переспросить:

– Что такое «андрогин»? – Поколебавшись, она уточнила: – Ну то есть я слышала такое слово, но не понимаю. Это как бы и девочка, и…

Ив хитро покачал головой.

– Не совсем. По идее, это скорее существо, которое ни девочка, ни мальчик. Да и человек ли? Нечто сферическое, объединяющее два начала, с четырьмя руками и четырьмя ногами – ну, так об этом писали древние философы.

Шурочка опять озадаченно покосилась на госпожу Лебедушку. Та была никакая не сферическая! Наоборот, высокая, тоненькая, очень нежная и женственная, с умными ледяными глазами. И никаких лишних рук или ног, их же под платьем не спрячешь!

– Не понимаю… – пробормотала Шурочка. – «По идее», «об этом писали»… а на самом деле?

Может, Ив вообще ее дразнит? Раз она провинциалка, с ней так можно? Тот и правда опять расплылся в хитрой улыбочке.

– Если интересно – спроси у нее сама. Так ведь