Дикси. Рейнджер - taramans

«Это что же за чистокровного жеребца он собрался покупать?» — удивился про себя Гюнтер.

— Ты, дед, не на «англичанина» ли замахнулся?

— Ну так… Если на племя брать, то зачем покупать заведомую «заваль»? Ладно… То дело будущего. А пока… Это хорошо, что ты деньги привез. Теперь уж будет, о чем с Вилли разговаривать. Ладно! Поезжайте в город, сегодня день все одно для работы пропал. Но чтобы без задержек назад!

«Вилли? Это какой же — Вилли? Не суженый ли Кейтрин? Если он — при чём здесь деньги? На приданное? Кстати, а ведь я совсем не знаю — а что здесь в приданное положено давать?».

Но не успели парни подняться со стульев, как дед рявкнул:

— А ну-ка — сидеть!

И когда удивленные внуки уселись назад, старик с досадой протянул:

— Что ты мне голову морочишь, Гюнтер?! Что еще в поездке было?

Гюнтер сморщился, почесал затылок, потом потер нос и признался:

— Так это… Ограбить меня пытались.

— Вот как! — удивился Карл, Генрих, впрочем, тоже, — И что же?

Кид отвел взгляд от хмурого деда и уставился в угол, где под самым потолком небольшой паучок сейчас вовсю обустраивал ловушку:

— Ну так это… Не ограбили, значит.

Повисло молчание, а потом старик вновь взревел:

— Я тебя что — за язык тянуть должен?! А ну — быстро вываливай, что там произошло? Отчего твой десятник, вместе с капитаном, как ошпаренные в Ноксвилл умелись?

— Не в Ноксвилл, дед. В Абингдон всего лишь.

— Тьфу ты, дьявол! Я сейчас возьму плеть и выпорю тебя, как маленького, рейнджер сраный! Говори, как на духу — чего еще натворил?! — вот сейчас Карл разозлился не на шутку.

— Дед, да ничего особенного. Честно! И вообще, говорю же, они ограбить меня хотели. Сами первые начали. Вот…

Карл вздохнул глубоко, медленно выпустил воздух:

— Гюнтер, черт тебя побери… Генрих! Принеси из конюшни мою плеть.

— Дед-дед-дед! — затараторил Кид, решив, что включить дурака не вышло, — Ну ничего же такого! Еду себе, еду… А здесь эти двое! Говорят, дескать, мы рейнджеры округа Вашингтон. А один… Оружие, говорит, бросай на землю. А сам — дробовик из ольстры и на меня наставил! Ну, думаю, какого хрена эти местные рейнджеры такие дерзкие? Как это — оружие на землю? Ну и…

— Что — ну и? — не вынес «мхатовской паузы» дед.

— Ну я, значит… Это… Обоих. Того…

— Ты чего — убил их, что ли? — тихо переспросил Карл.

— Ну! — шмыгнув носом, понурился Кид.

Переглянувшись с ошалелым Генрихом, дед подвел итог невнятному бормотанию внука:

— Так… То есть, ты убил двоих местных рейнджеров. Так?

— Да.

Карл, не торопясь, набил трубку, раскурил ее, затянулся пару раз и повторил:

— Ты убил двоих рейнджеров другого округа. И тебя не вздернули там, на месте? Ага. Потом Пулавски и капитан Джонсон унеслись в Абингдон. Но тебя все равно не повесили?

Парень пожал плечами:

— Ну, как видишь. Или ты думаешь, что меня все же повесили, но я повисел немного, мне быстро надоело, и я решил вернуться домой?

Гюнтер и сам не мог понять, что не дает ему рассказать деду все сразу и толком. То ли непонятное желание подурачиться, то ли смутная боязнь порки. А может, боялся за здоровье Карла — как на него все сразу вывалить? Он же старый уже, а ну как сердце не выдержит.

— Я тебя сейчас сам пришибу, мелкий ты засранец! — прошипел дед.

«Х-м-м… Мелкий? Да я выше его уже чуть не на голову!».

— Да все нормально, дед. Один из них признался, что они меня не первого грабить хотели. Сволочи! Уже стольких людей угробили!

— Кто признался? Один из них? Ты же их убил, как он мог признаться?

— Ну-у-у… Второго-то я не сразу убил. Вот он и рассказал, про грехи всякие.

— Сам рассказал? Вот просто — взял и рассказал, да? Покаяться решил, да? — сарказм Карла можно было нарезать пластами.

— Ну, не совсем. Я это… Спросил его и ножиком ему рану поковырял. Он и рассказал. И даже могилы мы потом нашли, тех убитых, кого они раньше ограбили.

Дед зыркнул на Кида из-под бровей и приказал Генриху:

— Иди коляску закладывай. С вами поеду, в Кристиансбург. С капитаном поговорю. А то… От этого полудурка толком ничего не добьешься. А ты, сраный койот, Кайзера не трогай, пусть отдыхает. Уже и бока впали, совсем загонял жеребца за это время.

Кид согласно кивнул.

— Дед! Может, я тогда двух меринов оседлаю, с Гюнтером верхом поедем. Чего мы с тобой в коляске тесниться будем? — предложил Генрих.

Карл согласно кивнул:

— Идите, собирайтесь. Чтобы через час все было готово!

Гюнтер с улыбкой погладил по шее гнедого мерина. Коняга был во всем хорош: умный, спокойный, покладистый. Не Кайзер, конечно, но здесь и сравнивать нечего: племенной жеребец-красавец и мерин, рабочая скотинка.

Дед, усевшись в коляску, недовольно бросил:

— Догоняйте! — и направил повозку к воротам на выезд.

Дождавшись брата, Кид вскочил в седло и рысцой последовал за стариком. Когда догнали Карла, поехали чуть позади, Генрих негромко спросил:

— Ты чего сразу все не рассказал толком. Чего-то мямлил, тянул… Придуривался, что ли?

— Да не придуривался я! — с досадой прошипел Гюнтер, помолчал и попробовал сформулировать мысль:

— Ну ты сам пойми… Получается, я убил двух людей. И при этом еще и пытал одного из бандитов. Сам посуди — приятно ли такое… И делать, и рассказывать об этом…

Генрих задумался, а потом поежился, передернул плечами, как от озноба:

— Да уж… Я сразу и не подумал. И как это, Кид?

— Да хреново, брат! Поначалу-то я в запале был, злой. А потом…

— Понятно… — протянул Генрих, — Да уж… Но ты же был прав, так же?

— Прав, не прав… Прав, конечно. Но вот мнение у людей… Какая репутация у меня может сложиться?

— Да, брат… Но ты и правда изменился.

Гюнтер промолчал. Через некоторое время Генрих, покосившись на едущего впереди деда, шепнул:

— А это… Кид! А как там… Ну, в борделе, а? — и, смутившись, отвернулся.

— Х-м-м… — «вот это уже совсем другая тема!», — Там хорошо, Генрих! Девки все — ух, огонь! Не все прямо писанные красавицы, но… Месяца через три, если у меня не получится раньше туда съездить, кто-то из них сюда приедет. Уговор у нас такой был. Вот тогда-то я тебя с ними и познакомлю!

Скабрезно усмехнувшись, Кид потянулся и ткнул кулаком в плечо