Город, которого нет 8 - Артемис Мантикор

Затем последовала янтарная вспышка, подсветив зловещее лицо Саши, и одна за другой вспыхнули две чёрные свечи, исписанные рунами.

— Где ты это взяла?

— У Марты.

— Ты уверена, что при этих свечах можно есть?

— Считай, что мы приносим еду в жертву голоду.

— Готовить я при них точно не могу.

— Терпи и учись.

Фраза про учение напомнила о разговоре с Луричевой, и настроение чуть испоганилось.

— Будешь меня поучать, запрещу тебе одежду в офисе или что-нибудь в этом духе.

— Вот ты и показал своё истинное лицо, начальник. Но ты можешь. Ты вообще можешь запретить мне в чём-либо тебе отказывать.

— Как при таком подходе ты пережила всех своих прежних боссов?

— Культивировала в них стойкое желание не связываться, — похвасталась она. — Вот, теперь ищу подход к новому. Как бы так сломать тебе психику?

— Можешь начать с того, что расскажешь, почему Несбывшаяся не улетела, а осталась возле Города.

Саша плюхнулась на стул.

Снаружи завыл ветер, забираясь в старое окно и пробегаясь по кухне. Он растрепал волосы Саши. Жёлтые глаза чудовища слегка светились во мраке.

Перед ней на столе появилась тарелка пшённой каши с картофелем и луком.

— Зашибись, — ответила она и взяла у меня сковородку. — Только мне в тарелку не сыпь. А ещё на верхней полке была банка кильки в томате. Подкинешь?

Я снял старую банку, хмыкнул и протянул ей.

Она демонстративно потянулась рукой над местной лазерной открывалкой к громадному мясному ножу и принялась вскрывать банку им.

— Раритет в этом мире, кстати, — похвасталась она. — Интересно, за сколько её можно было бы толкнуть на рынке?

— Ни за сколько. Здесь нет денег.

— А. Ну да. И правильно. На фиг мирское. Хавка зашибись, одобряю. Прям в самое сердечко. Теперь буду всем говорить, что мой начальник готовит мне есть. Думаю, Рита заценит.

— Оставь её в покое. Если мы в расчёте, жду твой рассказ. Раз уж ты такая догадливая.

— Я видела много стирателей. Некоторых даже валила. Время с них падает — дай боже! Я не могла их не распознать.

— Но не вмешалась сразу, — заметил я.

— Мне очень интересно, чем это закончится.

— Другие у меня по десять раз спрашивали, не собираюсь ли я вдруг идти против Города.

— Экие неженки. Я бы просто отрубила голову, чё зря сотрясать воздух? Но ты, вроде, не совсем тупой, чтоб вредить дому, в котором живёшь.

Я попробовал блюдо, получившееся блюдо. Не идеально — как по мне, слишком много остроты, забивается вкус пшена и картошки. Но таковы пожелания клиента.

— Ну что, рассказывай, что именно ты знаешь и с какого момента мне вещать истории, — Саша сама вернулась к начатому разговору и посмотрела в окно на потемневший Город со светящимися огнями окон.

— Кризис с мутантами, затем выброс трёх стирателей, один за другим. Огненные монстры, потом демоны, потом хаоситы. Что было потом, знаешь только ты и те, кто были тогда с тобой. Но они, как мне сказали, сошли с ума. Так что здесь моя нить повествования обрывается.

— Была причина, — вздохнула Саша.

9. Секретные секреты

— И в чём она заключается? Что случилось, когда случился последний выброс, и Город улетел в глубинные эхо хаоса?

Саша замерла и намурилсь. Опустила голову и стала непривычно похожа на себя прежнюю.

— Может быть, я тебе что-нибудь расскажу. Может быть нет. Я сама — хаос. Но сегодня мне хочется просто поговорить. Ты ведь пришёл не как шеф, иначе просто приказал бы мне, не так ли?

— Я не люблю приказывать. Меня с детства коробит любое подчинение. Только если по собственной воле вступил в какую-то организацию, но в целом, нарушение чужой свободы недопустимо. Такой вот один из моих принципов.

— У-у, так ты принципиальный. Интересно.

— Считай это небольшим кодексом чести. И не то чтобы я не мог его нарушить в случае необходимости. Просто без нужды я ничего никому не приказываю. Ну, кроме как по работе.

— Такие вещи как принципы, кодекс чести, а ещё стыд и прочая белиберда отваливаются первыми, — сказала Саша, глядя в стол при свете чёрных ритуальных свечей.

Надеюсь, Марта ими не кладбищенские ритуалы проводит.

— Сначала у тебя меняется тело. Ты понимаешь, что нет глубинной разницы, мужчина ты, женщина, собака или фикус. В сущности, всё это единая материя.

— Квантовые частицы, — понял я.

— Да похрен на умные слова. Просто представь что ты — набор треугольников. А затем тебе откусят угол и ты превратишься в квадрат. Форма не имеет значения, понимаешь?.. бля, такие разговоры ведут за пивом, а не ужиная при свечах Фарона.

— Ты знаешь, что это за артефакт? — удивился я.

— Конечно. Одна такая на чёрном рынке стоит около пяти или шести лет. Может, чуть больше.

— Где ты их взяла?

— Спёрла в кабинете Миши.

— Зачем⁈

— У Марты не такие крутые.

— Туши их, — спохватился я.

— Поздно, — покачала головой Саша. — Их нельзя задуть.

Я ей не поверил и всё же попытался. Не задуть — затушить пальцами. Вышло не очень — на пальцах остался ожог, совсем не как когда тушишь обычную свечу. А затем огонь вспыхнул вновь.

— Фома неверующий… — фыркнула Саша.

— И что они делают?

— Не знаю.

— Знаешь.

— Знаю.

— И?

— Десятая буква алфавита.

Чуть было не спросил «ты издеваешься?». Ибо ответ был и так очевиден.

Саша невинно хлопала глазами.

Я использовал фокусировку, чтобы замедлить время и просто успокоиться.

— Хорошо, если Миша спросит, куда делись его артефакты, у него будет ответ.

— А если не спросит?

— Тогда нечего забывать артефакты, — вздохнул я.

— Скажи, Полярис. Почему ты ответил так? «Нечего забывать артефакты». Но ведь я по сути — вор. Я должна быть наказана, разве нет?

— Какая тебе разница? — не понял я.

— Это очень интересный вопрос, на самом деле. Он говорит больше, чем кажется.

— Вы с Мишей знакомы много лет. Ты ни под кого не подстраиваешься, а значит уже не первый раз воруешь у начальства. В таком случае Михаил должен был ожидать, что нечто подобное может случиться