Бар «Грехи Эббота» - Мила Вант

Тварь!

Прости… я понимаю… ты просто еще не осознала всю глубину своей любви ко мне…

Лукка вышла на площадь…

Сегодня я планировал завершить наше с ней длительное отсутствие общения и наконец пригласить на свидание. Идеально будет сделать это в парке – надеюсь, она зайдет туда. Я бы встал на колено. В одной руке эти роскошные розы. В другой… Блин, я забыл, что хотел погладить галстук!

Мама опять забыла погладить мне галстук!

Чтоб ты сдохла!

Прости…

Я следовал за ней все дальше и дальше.

Лукка Спенсер вышла на площадь и направилась к кафе «Центральный парк». И что она планировала там найти? Оно уже закрыто. Я же знаю все ее расписание и, естественно, уже выучил расписание всех заведений и мест, которые она посещает.

Идеально!

Она сейчас направляется в парк.

Хочу ее поцеловать. Надеюсь, она не будет рыпаться.

Она же должна быть очарована мной.

Мама всегда говорит, что я у нее очень обаятельный молодой человек.

Так, соберись… План такой: она идет обратно, я зову ее в парк, там обнимаю, дарю цветы, целую. Между нами пролетает искра. Она понимает, что безумно в меня влюблена. Понимает, что все эти подарки и роскошные цветы – от меня. Это не может ее не очаровать.

Прекрасно!

Дело за малым.

Так, Лукка выходит из кафе.

Ну да, как я и сказал, закрыто. Ее попросту не обслужили.

На всякий случай взял веревку. Не знаю зачем. Может быть, пригодится.

Иногда людям нужно давать возможность посидеть в тишине, чтобы они приняли свои чувства и эмоции.

Но…

Стоп!

Идиотка!

Ты кто?!

Что за мужик?

Она зачем-то заговорила с каким-то мужиком. Ты посмотри на эту шлюху!

Прельстила его небрежная стрижка?

Что за плащ? Сейчас слишком холодно для тренчей.

Тварь!

Стой… успокойся…

Она твоя. Просто… просто еще этого не поняла.

…

…

…

Куда ты идешь?!

Лукка Спенсер удаляется с мужчиной в светлом плаще. Куда-то.

Да они никак трахаться идут!..

Грязная шалава!

Прости… боже мой… Прости меня! Я не хотел так подумать о тебе. Ты самая красивая и чистая. Ты моя! Я понимаю… просто я недостаточно решителен… был. До этого дня.

Твои волосы… Они так красиво развеваются на этом прохладном ветру. Я бы хотел прикоснуться к ним.

Идеально.

Но ты уходишь.

С каким-то мужиком.

Моя рука невольно сжала моток толстой веревки, которую я прихватил на всякий случай. Кисть свело.

Я выбросил розы.

Она недостойна этих роз.

Она недостойна жизни.

Если не моя, значит ничья.

Сука…

Глава 11

Заноза в заднице

– Не хочешь ли сходить со мной в один странноватый бар на отшибе?

И снова этот вопрос. Она его уже слышала. Да-да… кажется, Лукка начала все вспоминать.

– В бар «Грехи Эббота»? – уточнила девушка. Ей больше не было страшно. Она словно кожей ощущала, что Фрай не причинит ей вреда. Или… Нет, совершенно точно не причинит.

– Именно туда, – прищурился он и снова совершенно по-кошачьему улыбнулся.

* * *

Серовато-синие оттенки небесного свода постепенно сдавали свои права более темным краскам, а те, в свою очередь, скромно прятали всю свою глубину за сиянием многочисленных звезд. Лукка не мерзла, несмотря на то что ночь выдалась снежной. После всего произошедшего кровь в ее теле внезапно решила устроить скоростное ралли по венам и артериям, заставляя девушку забыть, что такое холод.

Она вспомнила, как впервые очутилась в баре «Грехи Эббота», приняв наутро все произошедшее за сон. Кажется, там был бессмертный вышибала, бармен-зомби по имени Арчи, гадалка и…

Лукка невольно сжалась, осознав, в какой близости от Харона находится ее маленькое смертное тело. На секунду представила, какие функции и обязанности входят в послужной список – если это вообще можно так назвать – проводника душ… Стало жутковато.

Тот выглядел безмятежно, словно ничто в мире не могло затронуть его настолько, чтобы хоть один мускул на его молодом лице дрогнул. Однако еле заметные морщины, впрочем, как и вся эта его небрежность в виде легкой небритости и слегка помятого тренча, наводили на мысль о том, что за деланной неаккуратностью скрывается ответственность, свалившаяся на этого человека. Или существа? А кто он?..

С другой стороны, если рассудить, неужели знакомство с самим Хароном нельзя назвать весьма полезным? Неужели не найдется в мире человека, который бы сказал:

– О! Так ты на переправе в загробный мир работаешь? Отлично! Давай порешаем парочку вопросиков!

Девушка посмотрела на свои ноги. Кроссовки были испачканы размокшей парковой землей. Это смотрелось крайне странно; во всяком случае, ей именно так и показалось. Какая-то совершенно вопиющая неуместность: вот она идет в своих грязных кроссовках, вышагивая по белоснежному покрывалу только-только выпавшего снега. И кто она такая, что заслужила отгул по случаю смерти? Или не так… Кто она такая, что заслужила обхитрить саму Смерть, решив просто не помирать?

Однако было ли это решение ее собственным? И могла ли Лукка Спенсер в принципе принять подобное решение?

Фрай, он же Харон, он же… странный мужик, навевавший странные чувства, находящиеся где-то на развилке между удовольствием от пинты пива и смертельной болью в пыточных подвалах, наконец остановился. Лукка последовала его примеру.

– Мы пришли? – уточнила она, прорываясь сквозь туман собственных мыслей.

– Пока нет, – мотнул головой ее спутник и обернулся к девушке.

– Так а чего мы встали? – недоумевала она.

– Прежде я бы хотел удостовериться, что ты готова найти дорогу к бару, – ответил Харон и легким движением руки закрыл девушке глаза.

– Ты чего… – начала было та, но он тихонечко кашлянул, чем дал ей понять, что стоит заткнуться.

Лукка практически задержала дыхание. Его ладонь слегка касалась ее лица, закрывая собой часть лба и глаз. Она была теплой. На секунду девушке показалось, что именно для нее он выбрал быть по-человечески теплым и обычным. Хотя, если учесть, что Харон – это бог… ну, во всяком случае, так написано в Википедии, то… Чем же она заслужила столько уникальную честь идти с ним на равных и чувствовать тепло друг друга без мимолетной мысли о том, что сил этого мифического существа хватит на целый апокалипсис.

– Готово, – сообщил мужчина и убрал руку с ее лица. Лукка открыла глаза и проморгалась – ничего не изменилось. Она внимательно посмотрела на него и нахмурилась.

– Что ты делал все это время? – спросила она, убирая за уши выбившиеся спутанные пряди волос.