Сеть Гефеста - Александр Николаевич Андрюхин

было: это именно тот компьютер, за который поплатился студент, и именно тот убийца, которого он разыскивал. Если преступника не остановило то, что его видели, значит, он потерял всякое чувство реальности. Это случается из-за безнаказанности. Злоумышленник впадает в иллюзию, что он неуязвим. «И этим нужно воспользоваться», – соображал следователь.

Плачущую супругу пострадавшего Замятин нашел в приемном покое. Лебедева только что увезли на операцию. Хирург успел шепнуть, что в несчастном сидит шесть пуль. Те, что в плече, в шее и в ладони, которой он прикрывался, не опасны, а вот пущенная в сердце может стать роковой.

– Что? У него пуля в сердце? – удивился следователь.

– Если бы была в сердце, его бы уже не было в живых, – ответил хирург, показав снимок. – Посмотрите, прошла в пяти миллиметрах. Сделаем все, что в наших силах.

Замятин осторожно подошел к Светлане и, представившись, поинтересовался, видела ли она продавца компьютера.

– Два раза! – прохрипела Светлана. – Первый раз, когда заходила к ним в комнату, второй раз – в прихожей. Я видела его мельком, но мы встретились глазами. У него злые холодные глаза. Я узнаю их из тысячи. Боже мой! Неужели Витя умрет? – простонала Лебедева. – Ведь я так и не попросила у него прощения.

Женщина разрыдалась, и Замятин с неприязнью подумал, что по большому счету у нее было время попросить у мужа прощения. Но, видимо, она из тех женщин, которые долго держат обиду.

Это было истинной правдой. Светлана намеревалась не разговаривать с ним три дня, а Новый год встретить с незамужней сестрой и ее другом. После того как муж с продавцом ноутбука вышли из квартиры, она бросилась к телефону и набрала номер сестры, чтобы сообщить, что на Новый год она приедет к ней. Однако у сестры было занято. Через минуту Светлана снова позвонила сестре, но ответом были короткие гудки. В третий раз, когда гудки стали длинными, в дверь внезапно позвонили. Поскольку у мужа имелись ключи, то это могла быть только мама, решившая по какой-то причине возвратить внука. От этого накатила новая волна раздражения, поскольку ключей у хозяйки не было, а без ключа дверь изнутри не открывалась. Пришлось водворить трубку на место и проследовать в прихожую.

– Кто там? – спросила Светлана недовольным голосом.

– Это я, – услышала она слабый голос мужа. – Открой! В меня только что стреляли!

– Кто? – изумилась Светлана.

– Этот… с ноутбуком… Он вырвал барсетку с деньгами…

Несмотря на то что внутренности Светланы передернулись, она не сразу поверила мужу. Первой мыслью было, что он прикалывается. Прикалывается, потому что чувствует себя виноватым.

– Что? У тебя отняли барсетку со всеми деньгами? – переспросила она недоверчиво. – Ты шутишь?

– Открой скорее! У меня пуля в сердце, – жалобно простонал муж.

– Но у меня нет ключей! Ключи у тебя! – недоверчиво ответила Светлана.

В это время он услышала, как хлопнула соседская дверь. Вслед за этим раздался испуганный голос тети Клавы.

– Ой, сколько крови! А я вчера помыла площадку.

Только после этого до Светланы дошло. Она сразу вспомнила о странных хлопках в подъезде, когда набирала номер сестры. Женщина клушкой заметалась по квартире, начала беспорядочно выдвигать ящики из тумбочек в надежде найти ключи, хотя прекрасно знала, что ключей нет. Она схватила швабру и выскочила с ней на лоджию.

– Павел! Павел! – завопила она, стукнув шваброй по стеклу его лоджии. – Скорей спустись! Помоги Вите открыть дверь!

В это время в прихожей заскрежетал замок. Светлана поняла, что лежащий на пороге муж нашел в себе силы подняться и теперь пытается попасть ключом в замочную скважину. Женщина снова метнулась к двери.

– Тетя Клава, да помогите же ему отпереть дверь! – закричала она с отчаяньем, но в ответ та пригрозила, что если кровь не замоют, она пожалуется участковому. После этого ее дверь сильно хлопнула.

Наконец Виктору удалось отпереть замок. Светлана открыла дверь и отшатнулась: муж был мертвенно бледен, глаза полузакрыты, простреленной ладонью он прикрывал сердце, из-под которой струилась кровь.

– Ой! Что же это такое? – пролепетала Светлана, чувствуя, что сейчас грохнется в обморок.

– Вызови «скорую», – сквозь зубы произнес муж и нетвердо шагнул в квартиру.

Жена обняла его и помогла довести до дивана. После чего принялась метаться и причитать, понимая, что из-за дрожи в руках она не сможет даже снять трубку, не то что набрать номер.

– «Скорую», «скорую» вызови! – продолжал хрипеть муж. – У меня пуля в сердце. Чего ты мечешься?

Выручил спустившийся сверху Павел. При виде окровавленного соседа он остолбенел, но через секунду взял себя в руки и деловито вызвал «неотложку». Затем позвонил в милицию.

Через некоторое время в квартиру вошла тетя Клава и снова потребовала, чтобы соседка замыла кровь, которая тянется от самого лифта. Ничего не понимая, Светлана метнулась в ванную и, точно помешанная, начала набирать в ведро воду. Но тут снова вмешался Павел. Он грубо вытолкал соседку на лестничную площадку, а Светлану вытащил из ванной и подвел к мужу.

– Не дай ему вырубиться, – шепнул он на ухо. – А я пойду встречу «скорую».

Несмотря на бледность, Виктор ни на секунду не сомкнул глаз и не потерял рассудка. Он спокойно инструктировал, что следовало делать жене. Заставил ее найти вату и наложить на прострелянные места, чтобы остановить кровь. Ран, включая простреленную ладонь, было семь.

– Сколько же раз он выстрелил? – спросила белыми губами жена.

– Шесть! – спокойно ответил Виктор. – Я прикрылся ладонью, но пуля прошла сквозь нее и застряла в шее. Пустяки… Пуля в сердце – вот это кабздец…

Операция длилась более трех часов. Хирург извлек из тела пострадавшего пять пуль. Шестая была сквозной. Ее потом криминалисты извлекли из дверцы лифта. После этого Виктор пришел в себя и поинтересовался, удалось ли им извлечь пулю из сердца.

– Разумеется, – ответил хирург. – Только она была не в сердце, а рядом.

– А нельзя ли на нее взглянуть? – спросил Лебедев.

Хирург подцепил пинцетом самую кровавую из пуль и поднес к глазам больного. Лебедев счастливо улыбнулся и закрыл глаза.

– Такая фиговина, а может остановить сердце, а стало быть, и жизнь, – прошептал он еле слышно. – Но колесо судьбы не остановишь…

Это были его последние слова. Через минуту он впал в беспамятство и умер.

18

Сердце Лебедева остановилось именно в ту минуту, когда одна из жительниц Сергиева Посада выскочила из постели с сильно бьющимся сердцем. Женщину с молочным лицом разбудил, как ей показалось, ужасный грохот. На самом деле из рук ее сына выпал молоток. Он сидел в инвалидной коляске и был