Второй Шанс Старого Рокера - Денис Стародубцев

нихрена не дал, кроме как в морду. Так приступ ещё этот не вовремя: они воспользовались положением и начали меня бить. Я ещё потом ударился головой о стену и мало чего помню, поэтому если какие-то очевидные вещи тебе не расскажу — это всё оттуда.

Решил сразу же подстелить себе соломку на случай, если ляпну какую-то херню или попадусь ещё каким-то образом. Лишние вопросы мне вообще были ни к чему.

— А чем все закончилось-то? Эти бы просто так не отстали, — он нахмурился. — Ты ничего прям вообще не помнишь?

— Отрывками, — я покачал головой. — Вроде полиция пришла, и они убежали, а меня вырубило. Когда очнулся, не помнил ничего. Со временем вроде слегка отпустило, но до сих пор остаточная реакция сохранилась.

Он посмотрел на меня внимательным, изучающим взглядом, а потом кивнул:

— Такое бывает. После удара головой память теряется на время. Хорошо хоть до дома дошел, а то бывает, люди забывают, кто они, где живут. Ничего! Память тебе ещё вернется, не переживай!

— Надеюсь, — сказал я, хотя понимал, что нихрена не вернётся.

Потом старик продолжил задавать вопросы:

— Коля, ты же знаешь, что в переходе не просто так играют?

— Ну, видимо, теперь знаю, — сказал я. — Только это херня же какая-то. Они принадлежат кому-то?

— Да, — он кивнул. — Ты должен платить тем, кто держит переходы. Местная шпана, они собирают дань с уличных музыкантов, попрошаек и просто бабушек. Если не платишь — бьют и забирают инструменты. Скажем так, ты ещё легко отделался, могли ведь и ноги сломать. Ты туда больше не ходи. Не надо тебе оно.

— Так, подожди… А кто ими руководит? — спросил я.

— Местный авторитет, — сказал он. — По кличке Череп. Его так прозвали за форму головы. Вроде парень ещё достаточно молодой, а уже весь лысый, даже бровей нет. Болезнь что ли какая-то… В общем, он держит всю округу. Все переходы, ларьки, уличных музыкантов и прочее. Он решает, кому играть, а кому нет. Без него никак. Ты либо работаешь на него, либо против него, а быть против Черепа — себе дороже. Ну, думаю, ты уже понял.

— И что, он прямо-таки сильно опасен? — спросил я.

— Он человек, который привык, что его боятся, — сказал Кузьмич. — Логика там простая, как три копейки: если боятся, значит, уважают. Говорят, что он даже и убить может. Сам не знаю, правда ли это, но люди же зря не говорят…

Я усмехнулся:

— Говорят, кур доят… — прошептал я себе под нос.

— Что-что говоришь? А то я старый уже. Слышу плохо, — встревожился Кузьмич.

— Говорю: значит, этот Череп — местный король? И все платят ему типа дань?

— Да, — кивнул Кузьмич. — Всё правильно понял, парень.

— А если я не заплачу? — спросил я.

Он посмотрел на меня:

— Я бы не советовал. Ты молодой, да и больной к тому же. Ты не сможешь с ним справиться. Лучше заплати и играй спокойно. Ну или дома играй. Так оно даже безопаснее будет.

— Нет, — сказал я. — Я не буду платить.

— Почему? — удивился старик. — Все же платят? Что ты как белая ворона? Неужели тебе вот этих всех проблем хочется? А, Колька?

— Потому что это не мои правила, — сказал я. — Я не буду платить бандитам за право играть на гитаре. Это неправильно.

Он покачал головой:

— Ты такой же упрямый, как твой отец. Он тоже никому не платил.

Я смотрел на него.

— Ну значит, я сын своего отца, — сказал я.

Он улыбнулся.

Мы встали. Кузьмич оперся на палку и посмотрел на меня:

— Ладно. Мне пора! Я вообще в магазин собирался, да вот отдохнуть присел, да ты меня заболтал. Там сейчас счастливый час для пенсионеров. Скидки. Почапал я.

— Спасибо, Кузьмич, — сказал я.

— Не за что, — он махнул рукой. — Тебе ежели ещё что-то понадобится или просто поболтать захочешь — ты приходи. Квартира номер шестьдесят девять, а то вдруг и это не помнишь.

Я смотрел ему вслед. Он шел, опираясь на палку — медленно, но уверенно. Он хоть и был старым внешне, но душой всё ещё тот же пацан. Это чувствовалось.

Я развернулся и пошел к подъезду. Зашел внутрь, поднялся по лестнице и открыл дверь своей новой квартиры:

— Я дома! — крикнул я.

В ответ тишина: дома, кроме меня, никого не было. Я захлопнул за собой дверь квартиры и закрыл её на замок. Ну так, на всякий случай. Бросил рюкзак на пол — тот шмякнулся с глухим стуком. Прошёл в комнату. Окно было открыто, и я отчетливо слышал, как там лаяла какая-то дворовая собака. Подошёл к нему и закрыл. Окна были не вот уж мега-звуконепроницаемые, но хотя бы больше не было ощущения, что животное находилось прямо у меня в комнате.

Подошел к углу, где стояла моя гитара. Ну как моя… так-то она Колина, но теперь моя. Одна струна болталась, и я вспомнил, как недавно поранил палец. Повезло, что ещё легко отделался. Струны были старые и не так сильно натянуты, как должны были.

Я взял инструмент и осмотрел. Она и до этого выглядела так, как будто её переехал грузовик, а теперь была окончательно в нерабочем состоянии. Печаль. Сел на кровать и положил её на колени.

— Да, малышка, теперь-то ты точно мертва, — сказал я вслух. — Ну ничего… Мы это исправим.

Я достал чехол и положил гитару туда, вдруг услышал звон. Что-то упало на пол. Я наклонился и увидел на полу несколько монет. Собрал их и пересчитал: сто рублей. Каких-то жалких сто рублей. Их даже на пачку дешевых сигарет не хватит, не то что на струны.

Обратил внимание на старенький компьютер, который стоял всё это время в комнате. Решил включить его. Он загружался очень долго: в какой-то момент подумал, что на нем так и останется гореть черный экран. Наконец он загрузился. На заставке рабочего стола стояла какая-то девчонка. Она была совершенно голая, но все прелести были прикрыты гитарой. Эх, Коля, видела бы мамка, чем ты занимался в интернете, знатно бы охренела.

Открыл браузер и ввел в поиск:

«Музыкальный магазин ближайший».

Нашел нужный адрес. На карте высветилась красная точка. Двадцать минут пешком или десять на автобусе. С учетом того, что денег и так ни на что не хватает, я решил прогуляться пешком. Да и для здоровья вроде как полезно.

Я выключил ноутбук и посмотрел на гитару ещё раз:

— Ну что, пойду попробую найти для тебя достойные запчасти.

Глава 9

Я надел старую куртку,