Газлайтер - Григорий Володин

— Что ещё сказал Древний Кузнец?

— Он приказал привезти пленного альва, — отвечает бывший пленник, понизив голос.

Лорд Пряности нахмурился.

— Возьмём охрану, — произносит он.

— Это не запрещено, — кивает Лорд Хлопка, хотя в глубине души понимает: хоть тысячу Мастеров возьми — не спасут, если Древний Кузнец решит стереть их в пыль. — Главное, быть покорными. Не перечить и не спорить с ним, — добавляет он глухо, словно убеждает больше себя, чем остальных.

Лорды-бунтовщики собирают гвардию, забирают пленного альва из пыточной и выдвигается в Нему. Когда они подъезжают к магистрату, Лорд Хлопка впервые видит их своими глазами: колонна Живых доспехов, матово блестящих, словно сталь только что вынули из печи. Рядом со зданием возвышается живая башня Рык, покачивая плетьми-стенами.

— Он даже поднял сторожевую башню, — опешил рядом Лорд Пряностей.

Лорды поднимаются в здание и проходят в главный зал с большим столом. Вдоль стены выстроились два дестка Живых доспехов в форме рыцарей, а в окружении своих жен сидит сам король Данила. Позади него стоят все его женщины — грозные, безмолвные, и Горгона, чьи глаза мерцают хищным светом. Чуть поодаль — воительница Зела, рука на рукояти меча, взгляд острый, как клинок. Лорд Хлопка опешил от вида воскресшего менталиста.

— Король Данила⁈.. — вырывается у него. — А где… где Древний Кузнец⁈

Король-регент поднимает взгляд и спокойно произносит:

— Никакого Древнего Кузнеца здесь нет и не было. На меня вам будет достаточно, лорды.

Лорд Хлопка застывает. Обман? Ловушка? Похоже, что так. Менталист разыграл их как детей и заполучил в свои руки всё командование восстания! И вместе с этим Лорд Хлопка испытывает стыд. Как они, старые волки, позволили так легко загнать себя в капкан? В этот миг он понимает: сейчас решается не только его честь — решается само понятие власти.

* * *

— Для начала отпустите моего человека, — произношу я спокойно.

Лорд Хлопка моргает растерянно, оглядывается на других лордов-бунтовщиков, но те лишь так же растерянно пожимают плечами.

— Кого?.. — выдавливает он из себя, голос дрожит.

— Отпустите моего альва, — поправляюсь я.

С Бера снимают антимагические наручники, и он, тряхнув крыльями, отходит к Зеле, которая молча дает ему легкий подзатыльник, видимо, есть за что.

А я, откинувшись на спинку кресла, произношу:

— Садитесь, лорды.

Отступившие от стен Живые доспехи синхронно отодвигают пустые стулья. Лорды-дроу садятся, и даже у Грандмастеров руки дрожат. Сейчас их титулы, возраст, сила — всё обнуляется. Передо мной сидят не правители, а испуганные интриганы, которые впервые осознали, что не они вершители судеб.

Я решаю не тянуть с наказанием изменников.

— Я тут только что открыл интересный мир, — говорю спокойно. — Называется Пустоши Миражей. В самих Пустошах я еще не был, зато вы отправитесь туда немедленно. Изучите и сделаете отчёт. Ваши дети примут ваши титулы лордов-регентов. И, разумеется, выплатят Неме и казне весь причиненный вашим войском материальный и моральный ущерб.

Пауза. Смотрю на лордов-дроу, давая каждому время осознать приговор.

— Возражения? — спрашиваю я наконец.

Ответ следует почти сразу — Лорд Хлопка тяжело дышит:

— Ваше Величество, пощади наши рода, прошу!

Я смотрю на него удивленно:

— Я же всё сказал, лорд. Кроме разве что одного, — добавляю после короткой паузы, — ваша монополия отменяется.

В зале раздаётся нервный смешок — кто-то не выдерживает, пытается сбросить напряжение. Но смех быстро обрывается. Лорд Пряности вскакивает, побледневший, с лицом человека, теряющего целое состояние:

— Мой род контролирует рынок пряностей! Вы не можете лишить нас нашей власти!

И прежде чем он успевает договорить, Лорд Угля резко поднимается, делает шаг вперёд и с разворота бьёт его кулаком в лицо. Хлопок такой, будто ударили по мясу молотом. Лорд Пряности улетает через весь зал. Лорд Угля рычит, нависая над ним:

— Не смей спорить с Его Величеством!

— Раз возражений больше нет, — произношу я ровно. — Собирайтесь в командировку, лорды.

Глава 3

Резиденция рода Ссил’Заратина, Багровые Земли

Лорду Питону только что принесли доклад. Он откидывается в кресле, раскладывает перед собой папку и принимается читать. С каждой строкой лицо его темнеет, а пальцы нервно барабанят по краю стола.

— М-м-м… мда-а… — протягивает лорд-дроу, листая страницы. — Живые Доспехи, пленение лордов, победа над многотысячной армией дроу… — Он резко замирает, взгляд становится острым, почти хищным. — Как Филинов это сделал, чёрт побери⁈

В кабинете наступает тяжёлая тишина. Рядом за столом сидят Бэнгм и брат лорда сир Удав. Оба стараются не встречаться с Питоном взглядом.

Бэнгм осторожно кашляет, потом тихо произносит:

— Милорд, я не могу знать. Филинов вышел из шахты уже с сотней Живых Доспехов. Я сам видел это собственными глазами. Шахта сейчас перекрыта людьми Филиновых, и нам нет туда доступа.

Питон шумно выдыхает, бросает папку на стол, так что листы разлетаются.

— Ничего не понимаю. Я, конечно, рассчитывал, что король-регент как-то выкрутится из засады Ланстера, — бормочет он, — но чтобы ещё и нашёл сотню Живых Доспехов⁈ Где он её достал? Не под землёй же выкопал? Или выкопал?..

Бэнгм сглатывает, опускает глаза.

— Не знаю, милорд, — глухо отвечает он.

Питон поднимается и отступает к окну, скрестив руки за спиной:

— Пойдёшь к нашим менталистам. Они тебя просканируют вдоль и поперёк. Всё, что ты видел, Бэнгм. Всё — до последнего мгновения.

Бэнгм вздрагивает, будто его ударили током, и торопливо заикается:

— М-милорд, может… лучше я сам попробую вспомнить?

Сир бледнеет, взгляд мечется, руки не знают, куда деться. В глубине души Бэнгм боится не самого сканирования, а того, что вместе с воспоминаниями всплывут его старые грешки — махинации на подрядах рода, мелкие кражи, тайные откаты, которые он годами проворачивал под носом у сюзерена, пользуясь доверием как старший гвардеец.

Но Питону нет дела до его страхов.

— Нет, — отрезает лорд. — Это важно. — Он переводит взгляд на Удава, и тот невольно выпрямляется. — Ладно, Живые Доспехи… хотя ничего с ними не понятно, но ничего не поделаешь. Как, спрашивается, Филинов умудрился провернуть свой триумф? — Лорд принимается ходить по комнате, руки за спиной, голос становится всё громче: — Заманил всех лордов-бунтовщиков к себе в магистрат, ни одного столкновения не допустил — и вот уже победил десятитысячную армию! Без крови,