Стеллар - Роман Прокофьев

заброшек, а Кошки приложат все усилия для организации встречи. Корвин был моей единственной ниточкой к городским Инкам и настоящей Башне Пустоты. Надежда казалась отчасти безумной, но не просто так же «я прошлый» упомянул в сообщении, что Корвин может помочь. Значит, они были знакомы, значит, в прошлом их что-то связывало. Возможно, Крестоносец (так называли Корвина в Городе) даже знает, кем именно я был в прошлом?

Гранд-легат… это огромная зацепка. Высшее звание Стеллара, дающее некий административный доступ к управлению системой. Судя по всему, гранд-легаты могли сами формировать системные директивы и отдавать приказы чужим когиторам. Абсолютная власть над другими Инкарнаторами, вплоть до полного разжалования. И достичь этого ранга за всю известную историю удалось лишь единицам из десятков тысяч. Условия получения звания были неизвестны, но принципы Стеллара намекали, что все завязано на ликвидации Тревог. Для повышений в офицерском звании требовались Белые Звезды. В легатском — Синие, об этом говорил Кай. А что нужно для гранд-легата? Простая логика подсказывала, что необходима еще одна, неизвестная ступень системных наград, которые, скорее всего, выдаются за ликвидацию Красных Тревог.

А ведь Красные Тревоги — это угроза планетарного масштаба. Значит, чтобы стать гранд-легатом, требовалось спасти мир. Моя нейросеть, чуть улыбнувшись, подтвердила кивком правильность рассуждений:

Мико: И скорее всего, не один раз, Грэй.

Кто был гранд-легатом? Я еще раз проверил доступную информацию. Всего трое Инков, о наличии у которых этого ранга было точно известно.

Элейн Белая Звезда. Подтвержденная гибель задолго до высадки на Черную Луну. К тому же я видел ее со стороны в послании. Нет, невозможно.

Легендарный Прометей. Подтвержденная гибель… то ли от рук предательницы-Немезиды, то ли при ударе «Абсолютом» по Городу. Он был создателем Первого Легиона, но в списках отправившихся на Черную Луны его не значилось — Прометей, судя по всему, остался хранить Город. Тоже не складывалось…

Зигфрид. Командир Первого Легиона в той самой операции. Самая вероятная кандидатура. Единственный из известных гранд-легатов, отправившийся на Черную Луну. Неужели действительно Зигфрид? Смущало одно обстоятельство — согласно докладам тех, кто вернулся, Зигфрид погиб в самом начале Осады вместе с неким отрядом «Ронсеваль», когда первая волна Инков была разгромлена и истреблена.

Все трое считались подтвержденными мертвецами. С разной вероятностью утверждали, что гранд-легатами, возможно, были некие Искандер и Белый Ворон. Болтали о малоизвестной Инке-девушке по имени Мэй. Информация была крайне спорной и неподтвержденной, на уровне теорий и слухов.

Мико: Существует теоретическая вероятность, что кто-то из выживших на Черной Луне Инков стал гранд-легатом уже там. Генерация Красной Тревоги возможна и автономно, с помощью когиторов. Но — неясен механизм присвоения звания, на Черной Луне нет связи с терминалами Стеллара…

Да, загадка. Впрочем — как бы там ни было, возврат к прошлому невозможен. Теперь я — Грэй, и путь придется пройти заново. Вот только куда он приведет?

Легкий шорох донесся снаружи. Хруст. К зданию кто-то приближался.

Я расширил пси-поле и ощутил, что сюда идет группа людей. И у них весьма решительные намерения. Кровавые блики агрессии и злобы, как у стаи науськанных бродячих псов. Спустя несколько мгновений они один за другим появились в помещении, и я убедился в правильности своих предположений.

Восемь человек. У них не было огнестрела, только холодное оружие, дубинки и цепи. Пустоглазые наркоманы-омеги, уличные бандиты, готовые за щепотку нюха на любое злодеяние. Они пришли сюда неслучайно, им указали место и обозначили жертву.

Попыток поговорить не было. Они сразу бросились ко мне, стараясь окружить со всех сторон и зайти за спину.

Опрометчивое решение. Я поймал на лету брошенный булыжник, резким броском возвращая его противнику. Уклонился от удара дубинки, утыканной гвоздями, перехватил руку нападавшему и, заломив ее, использовал его как щит против остальных. Бедняге порядком досталось, а я, отбросив его, проскользнул между врагами и резким ударом в пах вырубил второго.

Мгновенное раздумье — что делать? Я мог выхватить «Крысу» и просто перестрелять их всех, или перерезать Фангом — численность не давала омегам никакого преимущества. Они были медленными и слабыми бойцами, не представляющими опасности для меня. Даже если заденут, нестрашно. Но убивать их казалось кощунством, несмотря на явную агрессию — это все-таки люди, чистые люди, хоть и вставшие на дерьмовую дорожку. Я им не враг, и речь не идет о моем выживании. Инкарнаторы должны использовать свои способности, чтобы защищать их, а не убивать.

Как там было высечено на памятнике Прометею? «Мы защищаем людей».

Врубив «Ауру Света», обжигающую и замедляющую все, попадающее в радиус действия, я перешел от защиты к нападению. Ослепленные омеги, крича от боли, отшатывались в стороны, а я обезоруживал их одного за другим, стараясь сильно не поранить нападавших их же оружием. Несколько ушибов, сотрясений и сломанных пальцев не в счет.

Ошеломленные, ослепленные жгучим светом, частично покалеченные, они отползали в разные стороны со стонами и ругательствами. Я активировал «Исцеление», сделав льющийся свет лечебным, и сконцентрировал свое пси-поле на разумах несчастных.

— Вы сейчас уйдете. Начнете новую жизнь. И больше никогда не будете употреблять нюх, — громко произнес я, передавая мощный мысленный посыл всем одновременно.

Они медленно поднимались, смятенно переглядываясь и ощупывая свои тела. Мой свет быстро излечивал нанесенные раны и незначительные увечья, не оставляя на людях следов схватки. Я чувствовал, как мой ментальный сигнал клеймом запечатывается в их сознаниях, и знал — это сработает. Им придется начать новую жизнь.

— Уходите! — я сделал еще одно усилие. И они пошли к выходу, все время оглядываясь, молча, оставив свое незамысловатое оружие. Эмоции, исходящие от омег, были странными — страх, смешанный с невероятным изумлением, и что-то, больше всего напоминающее священный трепет.

Когда исчез последний из нападавших, в зале вдруг раздались редкие хлопки аплодисментов. Густые тени в углу словно ожили — я был готов поклясться, что там никого не было, неожиданно обрисовав фигуру в плаще. Продолжая аплодировать, он шагнул ко мне и движением головы отбросил надвинутый капюшон.

Я узнал лицо и хитрую усмешку главного меркатора Кошек. Значит, он все это время был здесь? Или проник только что? Но почему я его не заметил?! Почему мое пси-восприятие не может обнаружить его?

— Впечатляющее представление, — сказал меркатор. — Я рад, что не ошибся в тебе, мой друг.

— Ты меня обманул, — произнес я, чувствуя прилив холодной ярости. — Это ты все подстроил? Зачем?

— Просто небольшая проверка, — пожал плечами торговец. — Нужно же было убедиться, кто ты на самом деле.

— А если бы я ее не прошел?

— Мелочи жизни, — без улыбки произнес