Друид Нижнего мира - Егор Золотарев

— Это все Полугрудов! — заорал Борька, указывая на моего друга. — Он меня убить хотел!

— Заткнись, придурок! — возмутился Женька. — Такого верзилу, как ты, камушком не убьешь. Если только валуном запустить.

— Ах ты скотина!

Борька набросился на Женьку, но тот ловко увернулся и хотел отбежать, но один из дружков противника сделал ему подсечку, и парень свалился на дорогу, больно ударившись затылком о булыжник.

— Вот ты и попался, — Борька двинулся на него, вскинув руки и изогнув пальцы, словно когти.

Женька порывался встать, но на него навалились двое парней, удерживая. Если сначала я не хотел вмешиваться, думая, что они сами должны решить разногласия, то, видя такую несправедливость, не смог остаться в стороне.

— Эй, Борька, передай привет свиньям наместника! — выкрикнул, обращая на себя внимание.

Верзила повернулся ко мне, уже готовый разразиться руганью, но я не дал ему этого сделать. Резким ударом снизу вверх ладонью врезал ему в основание носа.

— А-а-а! — заорал он и схватился за нос. Между пальцами и по подбородку потекла густая темная кровь.

Хм, если честно, я даже не ожидал от себя такого сильного удара. Похоже, нос ему сломал, хотя хотел всего лишь немного проучить. Получается, что не так уж и слаб, как думал.

— Что вы стоите? — со слезами на глазах проорал Борька. — Бейте Державина!

Парни, что держали Женьку, поднялись на ноги. Переглянувшись, они одновременно с двух сторон со всей силы пнули его по ребрам и двинулись на меня. Я увидел, как скорчился и застонал от боли Женька. Обернувшись, встретился взглядом с охотником в очках. Оказывается, все это время они наблюдали за нами, но никто не вмешивался.

Борька же продолжал орать, чтобы меня насмерть забили, а трое его дружков полукругом наступали, преграждая путь к бегству, ведь сзади были ворота.

Тут я увидел рогатку Жени. Недолго думая, метнулся к ней и прихватив одновременно камень с дороги, запулил в первого попавшегося. Попал прямо в лоб и рассек кожу. Искать еще камни времени не было, поэтому во второго запустил рогатку, отвлекая внимание, а у третьего перехватил руку и, резко нажав на запястье, вывернул кисть на другую сторону. Парни с криками бросились врассыпную. Кроме одного — того, в которого я бросил рогатку. Он выглядел напуганным и не осмеливался нападать в одиночку.

— Вы чего здесь устроили? — взревел Глухарь. — А ну, марш по домам, недоросли!

Изнывающий от боли Борька торопливо двинулся в сторону Первой улицы. Остальные поспешили за ним, выкрикивая угрозы расправы в мой адрес.

— Спасибо, выручил, — проговорил Женька.

Он сам поднялся с земли, но прижимал руку к левому боку и часто дышал. Его лицо побледнело, а губы пересохли.

— Болит? — спросил я и кивнул на бок.

— Пройдет, — дернул он плечом. — Но мне лучше полежать.

— Пошли, отведу тебя домой.

Мы уже двинулись по дороге, но тут меня окликнули.

— Эй, малой, иди сюда!

Это был тот самый охотник с кривыми ногами, который разговаривал с Глухарем. По его лицу невозможно было понять, злится он на меня или, наоборот, хочет похвалить. Но, судя по тому, что отряд шел со стороны Первой улицы, наверняка он встанет на защиту Борьки, а мне сейчас даст оплеуху или чего похуже. Я не хотел показывать страха, поэтому отдал Женьке его рогатку, которую подобрал с земли, и двинулся к охотнику. Остальные расступились, с интересом рассматривая меня.

— Говорят, ты сбежал в Дебри и через два дня вернулся оттуда живым? — сухо спросил охотник и мельком взглянул на Глухаря своими серыми проницательными глазами. Тот подтверждающе кивнул.

— Да, — коротко ответил я, ожидая продолжения.

— Как тебе это удалось? Куда прятался?

— Я ничего не помню. Пришел в себя, только когда за мной пришли охот… хм… люди наместника.

— Не помнишь, говоришь? Ну-ну. — Его глаза сузились, будто он пытался пробраться мне в голову. — А зачем ты вообще пошел в Дебри?

— Хотел добыть ядро зверя и стать охотником, — озвучил я уже готовую легенду.

— Судя по тому, что ты вернулся живым из Дебрей, и по тому, как ты сейчас дал отпор парням, которые намного сильнее, — стержень у тебя имеется. — Его лицо приобрело задумчивое выражение. — Может, и станешь охотником, но об этом еще рано говорить. А пока можешь попросить у меня все что хочешь из Дебрей. Если смогу — принесу.

Ого! Вот это удача! Мои губы невольно растянулись в улыбке. В голове пронеслась целая карусель желаний, среди которых были: ядро зверя, мох для остальных колодцев, чернозем для кактуса, ростки целебных трав и еще многое другое. Но остановился я на одном.

— Я делаю игрушки из дерева, но с древесиной у нас туго. Не могли бы вы принести тонкое деревце или хотя бы толстую ветку? Один ребенок ждет, когда я ему сделаю жирафа.

Брови охотника удивленно поползли вверх.

— Деревяшку тебе принести? — переспросил он, будто не мог поверить в услышанное.

— Если не трудно, — кивнул я.

— Ладно, малой. Принесем тебе ветку, если не забудем, — кивнул он и обратился к остальным. — Ну что, братцы, пришла пора. Заходим!

Глухарь быстро подошел к двери, снял с пояса кольцо с ключами, отпер три замка и отодвинул два засова. Но прежде чем открыть дверь, выглянул в небольшую щель.

— Чисто, — ответил он и отошел в сторону.

Охотники друг за другом выбежали в лес, и Глухарь снова запер дверь.

— Вот и все. До утра их не жди, — сказал он мне. — Обычно возвращаются на рассвете.

— Ясно, — кивнул в ответ и заметил, как Глухарь мнется, будто хочет что-то сказать.

Я подождал, но он так и не решился и, махнув рукой, двинулся к сторожке. А я направился к ожидающему меня Женьке.

— Балда ты, Егорыч, — усмехнулся он, когда мы двинулись к Четвертой улице. — Надо было ядро зверя просить. Ты хоть знаешь, сколько оно стоит?

— Думаю, что много.

— Не умеешь ты думать, — хохотнул он. — Зачем тебе эти игрушки делать, если одно ядро стоит сотен твоих игрушек?

— Не могу я попросить ядро зверя, — признался я. — Они жизнями ради них рискуют.

— Их, между прочим, никто не заставляет. Сами в охотники пошли, а зарабатывают они столько, сколько нам и не снилось, — буркнул Женька и снова схватился за бок. — Болит-то как. Слушай, может, твоя мама придет к нам и посмотрит, что у меня там болит?

— Хорошо, попрошу ее, — кивнул, а сам задумался насчет охотников.

Женька говорит, что их никто не заставляет и сами в охотники пошли, но я так не думаю. Тут