«Серебряное». Прятки в темноте - Александра Шервинская

– И что это такое сейчас было?

Дашка стояла неподалёку и всё слышала, однако не подходила: мало ли, вдруг Несс передумает откровенничать. Теперь же подруга стояла рядом со мной и точно так же задумчиво смотрела в спину удаляющейся Золотницкой.

– Нас предупредили, – констатировала я очевидное, – только теперь хорошо бы понять, кто, насчёт кого и, главное, зачем. Стало ещё запутаннее, если честно.

– Сегодня постараемся выяснить, с какой целью Марк ходит в медкабинет, и тогда будем планировать дальнейшие действия, – пожала плечами Дашка, – о, к тебе Вяземская. Лизхен, помни, чему я тебя учила. Если что – бей сразу, не дожидайся удара противника. Стеша, конечно, нам подруга, но… сама понимаешь…

К нам действительно шла соседка, и вид у неё был самый решительный.

– Лиза, отойдём на минутку, – с заметной прохладцей в голосе сказала Стеша, – пошепчемся о своём, о девичьем.

«Лиза», не «Лизхен»… Значит, сердится она, да и, в общем-то, если по-честному, с полным на то основанием.

– Ты чего творишь, соседка?

Голубые глаза Стеши метали громы и молнии, светлые брови были сердито нахмурены, да и вся она просто искрилась от возмущения.

– Ничего объяснить мне не хочешь?

– Насчёт чего? – мне нужно было немного протянуть время и дождаться, пока Марк вместе с остальными парнями покинет столовую.

– А то ты не знаешь?! – совершенно искренне возмутилась Стеша.

– Ты насчёт Марка? Так он вроде официально никем не занят? Разве нет?

– Но ты же видела, что он мне нравится, – даже слегка растерялась Стеша, – у тебя же Самойлов есть, зачем тебе ещё и Марк? Или лишь бы у другой отбить? Так вроде не такая ты, Морозова. Или я не понимаю чего?

– Не понимаешь, – ссориться со Стешей не хотелось, да и увидел нас уже тот, кто присматривает, и выводы сделал правильные. Женька ушёл из столовой хмурый, как осенняя туча, Стеша со мной отношения выясняет… Всё именно так, как и должно было быть.

– Так ты объясни, я не дура, пойму, – раздражённо проговорила Стеша, поправляя волосы, и на пальце сверкнуло помолвочное колечко.

– Тебе реально Марк нравится?

Я старалась незаметно оглядеться: вдруг замечу, кто за нами наблюдает. Но столовая уже почти опустела, лишь за одним из преподавательских столов неторопливо беседовали директор и Филипп Батаев. Они передавали друг другу какие-то бумаги и выглядели полностью поглощёнными своими делами.

– И что? Твоё-то какое дело? – в голосе Стеши не было ни капли прежней симпатии, только раздражение и неприязнь.

– Ты не ответила, – я постаралась улыбнуться как можно мягче, давая понять, что настроена на разговор, а не на конфликт. Стеша была кем угодно, но не дурой, поэтому всё поняла правильно и прищурилась.

– Допустим, – проговорила она осторожно.

– Тогда второй вопрос, – я чувствовала себя так, словно шагаю по тонкому льду и могу в любой момент провалиться в ледяную воду. – Ты хотела бы убедиться, что он тоже к тебе по-настоящему расположен, то есть всерьёз, а не просто хиханьки?

Стеша задумалась, а потом на её хорошеньком личике промелькнула тень понимания.

– Так ты это чтобы Самойлова позлить и проверить, что ли?!

– Ну да, – я спокойно пожала плечами, – хочу убедиться, что всё, что он говорил, хотя бы наполовину соответствует действительности. А так-то мне Марк и через порог не нужен, не мой типаж, понимаешь? Просто больше некого, Стеша. Кир только на Клео смотрит, это все знают, Гера вокруг Котлаковой круги нарезает, ему сейчас никто больше не интересен, Димон… ой, нет, так-то он парень ничего, но Женька ни за что не поверил бы, что я им заинтересовалась. А вот Марком…

– Это да, Марк – он такой, – кивнула Стеша, видимо, вполне удовлетворённая моими объяснениями, – но ты хоть бы предупредила, что ли.

– Нет, Стеш, если бы ты вот такая сердитая ко мне не пошла, Женька не поверил бы, у него с логикой всё в порядке, – объяснила я, радуясь, что конфликт, кажется, угас, не начавшись. Как бы ни складывались обстоятельства, ссориться со Стешей мне совершенно не хотелось.

– А потом что ты будешь делать?

– Да ничего, – я улыбнулась, – сделаю вид, что разочаровалась в Марке, а он и настаивать не будет. Ты же его знаешь, он такой легкомысленный, это что-то!

– Есть такое, – засмеялась соседка, – тогда, пожалуй, я немного пофлиртую с твоим Самойловым. Во-первых, чтобы ты на себе прочувствовала всю прелесть такой ситуации, а во-вторых, это очень даже в моём характере. Да и на реакцию Марка посмотреть хочется.

– А пожалуйста, – я и не подумала спорить, – ну и я за одно посмотрю, как он отреагирует. Ну что, мир?

Я протянула Стеше ладошку, которую она с улыбкой пожала. Любой, кто наблюдал бы за этой сценой, решил бы, что девчонки обсудили своих парней и пришли к выводу, что добрососедские отношения дороже. Парни приходят и уходят, а жить и опасаться, что кто-то по доброте душевной тебе в кофе плюнет – спасибо большое, дураков нет.

– Морозова!

Я обернулась и увидела Веру Борисовну, которая вошла в столовую и кого-то высматривала.

– Да, я здесь, – я подняла руку, привлекая к себе внимание, и пошла к выходу из столовой, на прощание кивнув Стеше.

– Завтра утром доставят твой торт, – сообщила мне Вера Борисовна, – поэтому сразу после завтрака подойди к Виктории и лучше заранее договорись с Кариной насчёт холодильника.

– Спасибо большое, – искренне поблагодарила я, – именно так я и сделаю.

– Там тебе ещё какой-то пакет придёт, видимо, подарок, – добавила Вера Борисовна, и эти слова заставили меня замереть на месте.

– Пакет? От кого?

– Откуда я знаю? – она слегка удивлённо посмотрела на меня. – Тебе же пакет, не мне. Получишь – и узнаешь. От родителей, наверное, подарок на день рождения.

Мне хотелось сказать, что это вряд ли: папа уже два года не поздравлял меня с днём рождения, ограничиваясь переводом денег на карту. Причём меня всегда удивляло, что делал он это в сентябре, а не в марте, когда я родилась на самом деле. Ладно посторонние, но он-то прекрасно знал, когда у меня настоящий день рождения, а не по документам. Не хотелось думать о том, что ему это было настолько всё равно и что об этом дне он вспоминал исключительно благодаря напоминалке в телефоне или записи в ежедневнике. Типа: «напомнить, чтобы отдали пиджак в чистку», «обед с Дмитриевым», «поздравить Лизу», «распорядиться насчёт билетов в Лондон»… А про Катю и говорить нечего: она если что и прислала бы, так это пожелание никогда не возвращаться в